Чакра Фролова - Всеволод Бенигсен

К ночи он загнал грузовик по небольшой проселочной дороге поглубже в чащу, перекусил тем, что осталось от Серафиминых гостинцев, и устроился поудобнее на сиденье. Заснуть долго не мог, ворочался, прислушивался и, наконец, провалился в сон, как под воду ушел. Проснулся от требовательного стука в дверцу.

– Эй!

Со сна Фролов не сразу понял, где он. Наконец, мысли худо-бедно зашевелились и заняли положенные места. Вот только тело никак не желало слушаться. Это было то неприятное состояние прерванного глубокого сна, когда ты одновременно понимаешь, что происходит, но совершенно беспомощен физически.

– Э-эй! Ку-ку!

Фролов нечеловеческим усилием воли стряхнул липкую беспомощность и привстал, опираясь на затекшие руки. В боковом окне со стороны пассажирского сиденья виднелось мужское лицо неопределенного возраста. Вроде молодое, а вроде и не очень. Есть такие странные стертые лица. Но главное, что лицо было явно русским и без агрессии в глазах.

«Не немцы», – успокоился Фролов. Дернул ручку и открыл дверцу.

– Что такое?

Спросонья вышел не вопрос, а нечленораздельное «шкое?!»

Гость, недолго думая, полез на сиденье, тесня Фролова к рулю.

– Не время спать, – деловым, если не сказать приказным тоном сказал он.

– В смысле? – все еще щурясь от бившего в лобовое стекло солнца, спросил Фролов.

– Ехать надо. Е-ХАТЬ!

– Куда?

– А ты не понимаешь?! Или жизнь не дорога́?!

– Жизнь? – забормотал Фролов. – Нет, почему… А что? Немцы?

– Немцы, немцы, – отмахнулся парень. – И немцы, и французы… Ты давай трогай.

На нем были мятые штаны и линялая рубашка некогда синего цвета. Нечесаные волосы стояли дыбом, как будто он долгое время провисел вверх ногами.

– Да куда трогать-то? – возмутился Фролов.

– Все равно! Главное, быстрее!

– Деловой, я смотрю.

Фролов принялся дергать зажигание, но впустую – мотор только кашлял и фыркал. Чертыхнувшись, Фролов выхватил «кривой стартер» из-под ног пассажира и пошел заводить машину вручную. Все время, пока он боролся с ленивым мотором, парень нервно ерзал по сиденью и кусал губу. Спустя пять минут грузовику как будто надоело сопротивляться, и он затарахтел.

Взмокший и уставший, Фролов впрыгнул на водительское сиденье, швырнул на пол ручку и стал отпускать сцепление. Машина тронулась.

– Но ты смотри, – сказал Фролов, крутя руль и старательно объезжая прячущиеся в траве ухабы и кочки. – Если нам по пути, я подброшу, но в сторону не поеду – у меня горючего с кот наплакал.

– Да ты езжай, езжай! – замахал руками парень.

– Откуда такой резвый?

– А тебе все знать надо, – ответил тот недовольно.

При этом он нервно бегал глазами и озирался, хотя тело его было статично и как будто устремлено куда-то вперед.

– Все не надо, – огрызнулся Фролов – пассажир начал его раздражать. – А раз спросил, значит, надо.

– А откуда я знаю, можно ли тебе доверять?!

– А откуда я знаю, можно ли тебе доверять?

Логичность встречного вопроса смутила попутчика. Но ненадолго.

– Потом спасибо скажешь, – ответил он туманно. – Ты, главное, жми, жми, жми!

– Да я и так жму, что нога скоро в пол провалится. Может, объяснишь, что случилось? Помирает кто?

Машина выскочила на широкую дорогу.

– Туда! – закричал вдруг парень, тыча куда-то вправо.

– Уверен?

– Говорю же, туда!

Фролов послушно повернул руль направо.

– Ты местный, что ли?

– Местный, неместный. Главное, оторваться!

– От кого оторваться-то? Ты смотри, мне в Минск надо. Я тебя по всей Белоруссии катать не собираюсь. Если нам не по пути, то…

– Теперь туда! – завопил парень, указывая налево.

Фролов рванул руль налево в сторону развилки.

– Да чтоб тебя! – чертыхнулся он.

– Давай, давай, – бормотал парень и с досадой ерошил волосы, отчего они приняли абсолютно вертикальное положение.

– Чего давать-то? – спросил Фролов, нервно поглядывая на попутчика.

– Не едем, а плетемся!

– Так это ты транспортом ошибся, тебе самолет нужен.

– Разберемся, – ответил парень.

Тут машина уперлась в развилку.

– Ну и куда теперь? – спросил Фролов.

– Туда! – махнул рукой парень.

Фролов покорно поехал туда, куда указывал парень.

– Теперь туда! – потребовал парень, указывая на тропинку, убегающую куда-то в глубь леса.

– Там не проедем, – наотрез отказался Фролов. – Не видишь, что ли, как узко?

– Тогда туда! – закричал парень и махнул в противоположную сторону.

– А там вообще дороги нет.

– Тогда туда! – снова завопил парень и стал махать обеими руками, отчего стало совершенно непонятно, куда он хочет.

– Так! – разозлился Фролов и нажал на тормоз так резко, что едва не влетел вместе с пассажиром в лобовое стекло. – Тебе что, все равно, куда ехать? А мне нет. И горючее, между прочим, тоже свой предел имеет.

– Тогда назад! Назад сдавай!

Фролов убрал руки с руля и демонстративно скрестил их на груди.

– Не буду.

Попутчик неожиданно сник и замолчал.

– Ладно, – сказал он после паузы.

– Что ладно-то?!

– Езжай куда ехал.

– Здрасьте! То «туда давай», то «сюда давай»! А теперь «езжай, куда ехал»? А ты что же, со мной?

Глаза попутчика снова оживились и забегали.

– Да, да! Только быстрей, быстрей!

– Быстро только кошки родятся. Тебе-то самому куда?!?

Парень несколько секунд напряженно глядел на Фролова, словно борясь с собственным недоверием.

– Мне… мне… мне нужно докладывать… обстановка… немцы… тяжелая бронетехника…

Фролов скосил глаза на ручку для завода мотора и подумал, успеет ли он ее схватить, если попутчик поведет себя совсем неадекватно. Но тот неожиданно замолчал и стал чесать голову, и сквозь поросль волос Фролов вдруг увидел свежий шрам.

«Так он контуженый просто», – с сочувствием подумал Фролов.

Парень неожиданно как будто очнулся:

– Что это?

– Что «что»? – удивился Фролов.

– Вы кто? Так. Вы меня не видели, я вас.

Он быстро открыл дверь, выпрыгнул из машины и сломя голову побежал в сторону зарослей.