Депортация - Александр Михайлов

* * *

Погрузившись в тему, Лиза проглатывала всё новую информацию. Никогда раньше она не сталкивалась с исследованиями Антарктиды и сведениями о возможном присутствии на ней какой-то тайной базы или цивилизации. Вчера её познакомили с весьма интересным дядечкой предпенсионного возраста. Он посвятил изучению этих вопросов лет двадцать пять – тридцать. Основная работа давно ушла у него по значимости на второй план. А четыре года назад ему удалось добраться до Антарктиды в реале. Правда, не в составе научной экспедиции, а в качестве экстремального туриста, ибо поездка на такой слабоисследованный и удалённый от цивилизации континент уже сама по себе экстрим. Рассказывал он обо всём с небывалым энтузиазмом. Хотя туристические высадки на берег были весьма формальны и краткосрочны, но всё же они были, и дядя Яша по-настоящему ступал на поверхность белого материка. Сама того не замечая, Елизавета влюблялась в этот загадочный континент всё больше и больше, а вместе с ним – и в чудо-энтузиаста дядю Яшу. Бывают такие люди, которые одним лишь присутствием в жизненном поле уже поднимают настроение. Когда по утрам нужно было задать позитивный фон предстоящему дню, Лиза вспоминала о них, и настроение неизменно улучшалось. Метод был проверен неоднократно. Этих людей в жизни Лизы было не так много, как хотелось бы, но они находились, и это было по-настоящему здорово. Дядя Яша теперь принадлежал к их числу. Встречая Лизу, он всегда улыбался, был неизменно вежлив и доброжелателен. Девушка нашла «живую книгу», переполненную легендами и былями об Антарктиде. Лизе уже практически ничего не надо было делать. Лучший мировой «поисковик» по Антарктическому континенту был у неё в друзьях, о чём и было доложено неформальному шефу проекта Никанору.

* * *

Похожий на графа седовласый подтянутый человек поставил перед Мигелем чашку кофе, дымящийся омлет и блюдце с гренками. Трапеза была аппетитна и отлично сервирована. Мигель очнулся только тогда, когда голова визитера исчезла в проёме пола, паркет задвинулся, и о визите мужчины уже ничто не напоминало, кроме оставленного завтрака. Мигель поднялся, подошёл к месту исчезновения «призрака» и принялся ощупывать пол, но никаких швов и стыков не обнаружил. Паркет был идеально гладким. «Вот это работа, – подумал журналист. – Филигранно».

Однако все загадки оставались актуальными. Он был непонятно где, похищен непонятно зачем, и кто массовик-затейник этого мероприятия – неизвестно, если не считать мифической фигуры по имени Диего. Журналист не мог вспомнить момент встречи около памятника. А может, встречи и не было. Он вообще не помнил никаких лиц и никаких людей, приблизившихся к нему во время ожидания в назначенном месте. Помнил только слово «миссия» в SMS-ке своего мобильного и предупреждение Никанора никуда не выпадать из поля его зрения. Мысли опять закрутились по замкнутому кругу.

* * *

Разработчики интерьера «Красного кафе» были либо экстремалами, либо садистами, либо большими шутниками. На входе в заведение стоял символ революций и гражданских войн – здоровенный пулемёт «Максим», нацеленный в лоб входящему. Аппетит отшибало напрочь! Но другого общепита поблизости не было, и садисты-интерьерщики, видимо, этим пользовались. Народ пёр, вздрагивая, останавливался и опять пёр. Видимо, поняв, что в округе альтернативы нет и можно остаться голодным. Очутившись в зале и стоя в очереди за котлетами, можно было ознакомиться с настенной живописью в виде радикальных четверостиший батьки Махно:

У меня одна забота,

Нет важней её забот…

Кони вёрсты рвут намётом,

Косит белых пулемёт.

Или:

Я не белый и не красный

Не зелёный и ничей,

Запрягай коней в тачанку,

Атакуем сволочей.

Изучая фронтовую поэзию классиков гражданских войн, Лиза с дядей Яшей жевали куриные котлеты, запивая их томатным соком. Несколько прошедших дней Елизавета практически не расставалась с Яковом Сергеевичем и гигабайтами качала из него всю накопившуюся за три десятилетия информацию по интересовавшему её вопросу, тем более что дядя Яша не возражал и с удовольствием ею делился. Он был влюблён в Антарктиду, как в девушку. гуляя по городу и забредая в уютные места на глоточек кофе или глинтвейна, они параллельно блуждали закоулками дядияшиной памяти. Этот приятный и в чём-то уникальный человек прекрасно знал город и водил свою новую знакомую маленькими извилистыми улочками тихого центра с богатой историей и удивительной архитектурой. Многого из истории своего города Лиза, к своему стыду, не знала. И удивлялась, как много интересного люди порой не замечают в привычных улицах, даже если выросли здесь. Думают, что про свой родной город, где живут уже много лет, знают всё. Не-а! Ни-че-го не знают! Лиза теперь это ясно понимала.

Заходя в монументальные подъезды старого центра, Яков Сергеевич знакомил её с собирателями всякой всячины, имеющей отношение к разработке околоантарктической темы, чёрными следопытами, людьми, интересующимися историей Третьего рейха и знающими многое о его базах, экспедициях и научных разработках. Особой таинственностью веяло от упоминающейся в их разговорах организации «Аненербе». С ней, помимо всего прочего, была связана известная экспедиция нацистов на Тибет в конце 30-х. Этих людей было совсем немного, но все знали дядю Яшу. Для Лизы это знакомство стало огромным скачком в выполнении своего задания. Яков Сергеевич сэкономил Лизавете уйму времени и не грузил её лишними ненужными данными, выполняя роль главного модератора темы.

* * *

Пол разъехался. Из-под него медленно поднималась платформа с человеком. Когда она сравнялась с полом помещения, где находился Мигель, молодой, в отличие от первого статного пожилого посетителя, смуглый незнакомец ступил на ковёр и, пройдя несколько шагов пружинистым шагом в глубь комнаты, застыл. Он действительно был похож на жителя Южной Америки. Несколько секунд мужчины смотрели друг на друга: Мигель с некоторым удивлением и напряжением, незнакомец спокойно, уверенно, невраждебно.

– Здравствуйте, – проговорил незнакомец. – Прошу извинить за ваше вынужденное присутствие здесь. Вас зовут Мигель Веласкес, вы журналист чикагского телеканала, специализируетесь на журналистских расследованиях и заочно наняты гражданином Перу Аугусто Диасом для поиска информации о тайной базе Третьего рейха в Антарктиде и тщательного исследования этого вопроса на территории Европы. Прошу вас подтвердить эту информацию.

Мигель был всё-таки тёртым калачом и на всякий случай сделал попытку отрицать сказанное пришельцем. Но успел только подумать об этом. Сказать не успел. За него сказал незнакомец:

– Вам не имеет смысла что-то отрицать. Наша информация всегда достоверна.

– А зачем я здесь? И кто тут хозяева? – с некоторым раздражением спросил журналист.

– Сейчас я сообщу вам информацию, которая, возможно, изменит ваши планы, и вы откажетесь от дальнейших действий по изучению порученного вам вопроса.

– Что же вы хотите сообщить?

Незнакомец минуту помолчал, глядя в упор на журналиста, и ответил: