10 лучших дней моей жизни - Адена Хэлперн

Я с улыбкой заглядываю ему в глаза.

– Ты моя ложка меда, – шепчет Адам и наклоняется ко мне.

Первую райскую ночь я провожу в хэмптонском особняке симпатичного банковского служащего.

Утром я собираюсь незаметно выскользнуть из дома, но краем глаза замечаю отражение в зеркале. Ни следа размазанной косметики, и прическа волосок к волоску.

Так что я забираюсь обратно в кровать.

Адам поворачивается и притягивает меня к себе. В голове мелькает мысль о невероятно свежем дыхании.

Все пропало

Так и знала! С самого начала подозревала, что сказка вот-вот закончится!

Все происходящее слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. Я так и знала!

Ничто не дается даром в этом (или том) мире.

Вернувшись в роскошную усадьбу Лена Якобса после лучшего секса в жизни и смерти, я обнаружила на кухне дурацкого ангела!

– Привет, – без тени подозрения обрадовалась я. – Вы зашли убраться? Я не ночевала дома, но в столовой осталась грязная посуда, и где-то в спальне лежит коробка с мороженым.

Сами посудите, откуда мне знать, зачем в дом пожаловал ангел?

– Нет, Алекс, – ответила женщина.

Я бы дала ей около шестидесяти. В глаза бросались плохо покрашенные волосы и растрепанные перья. Ангел встала, усмехнулась и поставила чашку в мойку.

– Меня зовут Дебора, я твой ангел-хранитель. Возможно, ты меня даже помнишь. Присмотрись.

Я наморщила лоб. Действительно, если напрячь память, женщина казалась смутно знакомой.

– Это вы помогли мне на роллердроме в шестом классе, когда я сломала запястье?

– Да! – радостно подтвердила Дебора. – Я притворилась директором катка. Не подхвати я тебя, руке грозили бы множественные переломы.

– Подождите, а как же два дня назад? В ночь перед смертью мы задержались в ресторанчике «У Джона». Мне посчастливилось поймать такси у самого выхода. Не вы ли сидели за рулем?

– Я.

– Но у шофера точно были темные волосы.

– Иногда я являюсь брюнеткой, иногда рыжей – по настроению.

– Прекрасно понимаю. – Я налила себе кофе. – Что могу сказать, спасибо, что присматривали за мной. Вы уберегли меня от вождения в пьяном виде, но два часа спустя припоздали, когда из-за угла вырулил «мини-купер».

Я засмеялась, но женщина не поддержала шутку.

– Приготовлю вафли. Мне так нравятся местные кулинарные традиции, никаких калорий. Составите мне компанию?

– С удовольствием. Не имею привычки отказываться от вафель, – рассмеялась Дебора. – Честно говоря, мне надо кое-что с тобой обсудить.

Я не вслушивалась, поскольку полезла в холодильник за беконом.

– Как мило, что пришли проведать меня.

Я вытащила из шкафчика вафельницу. Естественно, там уже поджидали пышные вафли, поджаренные до великолепной золотистой корочки. Затем достала две тарелки из свадебного сервиза «МакКензи чайлдс» с голубыми цветами и золотой каймой. Вафли я подала с голубикой и кленовым сиропом.

– О, сливки! – я вскочила со стула.

– Алекс, – произнесла ангел. – Присядь на минутку.

Я послушалась. Совершенно искренне я считала, что последует официальное поздравление с прибытием на небеса и краткий инструктаж по здешним порядкам. Может, Дебора объяснит, как попасть в сны родителей и успокоить их. Мать с отцом обрадуются, когда узнают, что у меня все хорошо и я даже познакомилась с симпатичным бухгалтером. Они будут счастливы.

– Алекс. Прежде всего позволь поздравить тебя с хорошо прожитой жизнью. Мы учли, что твой срок на земле оказался короток, и все же власти испытывают некоторые сомнения.

Вот тут-то я поняла, что все кончено.

– Мы знаем, что ты не воровала – ну разве что блеск для губ «Бонн Белль» в пятом классе. Но на подобные мелочи в раю не обращают внимания. Послушай. – Дебора сжала мою ладонь. – Ты никого не убила и не нарушила закон. В этом отношении ты показала себя хорошим человеком.

– Спасибо. Я старалась. Правда, иногда выписывала чеки, даже если на кредитках не оставалось ни цента. Но ведь мы все не без греха?

Я начинала нервничать. К чему она ведет?

– Алекс, – ангел стиснула мою руку, – сейчас мы находимся на высшем кругу неба. Тебе же знакомо выражение «на седьмом небе»?

Еще бы.

– Конечно. – Я никак не понимала, на что она намекает.

– Видишь ли, седьмое небо отведено для людей, чья жизнь на земле станет примером для других. Для тех, кто пережил тяготы, испытал бедность или не сдался перед лицом посланных ему испытаний.

– Я понимаю.

– Тем не менее большинство попадают на седьмое небо просто потому, что прожили обычную жизнь. Они достойно встречали и преодолевали препятствия на своем пути. Возьмем, к примеру, твоих бабушку и дедушку. Дед построил бухгалтерскую фирму с нуля и обеспечил семью всем необходимым. Бабушка держала дочь в строгости и воспитала ее сильной женщиной. Дядя Моррис отказался от мысли обзавестись семьей ради сестер. Их жизни могут стать примером, поскольку прожиты мудро, в заботе об окружающих.

– Конечно, они замечательные люди, – согласилась я. – Не сомневаюсь, что со временем я бы последовала их примеру. Но, как вам известно, я умерла молодой.

– Именно поэтому тебе сделали скидку.

Я с облегчением выдохнула и принялась за вафли.

– Я уж испугалась, что меня отправляют в ад. Передайте бекон, если не сложно.

– Что ты. – Дебора протянула тарелку с хрустящим беконом. – Конечно, тебя не отправят в ад, но есть некоторые вопросы. Нас заботят кое-какие твои прижизненные поступки.

– И что я сделала?

Я немного обиделась. Нет, правда, как бы вы себя чувствовали на моем месте?

– Речь скорее о том, чего ты не сделала. Я уже говорила, что приглядывала за тобой от рождения до смерти и ты справлялась с жизнью неплохо. Но ангелам-хранителям неведомо одно: как люди выбирают тот или иной путь. Поэтому иногда мы проводим вступительный экзамен.

– Экзамен? Мне придется писать тест? – Я уронила вилку.

– Не стоит беспокоиться. – Ангел снова сжала мою ладонь. – В худшем случае ты всего лишь спустишься на пару кругов.

– На пару кругов?

– Например, на четвертое небо.

– Вы только что сказали «на пару», а теперь говорите о трех! Неужели я так плохо себя вела?

– Алекс, четвертое небо все равно входит в состав рая. Оно лишь немного отличается от седьмого.

Я вдруг потеряла аппетит – впервые после смерти.

– А как же моя семья?