Вершина угла - Сережа Павловский

Когда все разбирательства закончились, мы вышли втроём на улицу.

– Мда, рубята, подвели вы меня конкретно, – начал Ксюхан, закуривая. – Придётся мне вас занести в блэклист, ничего поделать не могу. Типы оказались не просто серьёзные, вы ещё и первые начали.

– Я не начинал, – сказал я, потирая ушибленную скулу.

Гаста тоже закурил, но молчал и смотрел в землю.

– Какая разница, ты же влез.

– А что мне, смотреть надо было?

– Да правильно всё, я же за вас ручался, а теперь даже и не знаю, как разрулить.

– Сходили, блядь, на дискотеку сельскую, туда, где крутят рейв два студента-медика: Григорий и Панас, – тихо произнёс Гаста.

– Гаста, может, расскажешь, за что я по печени отхватил? – я повернулся к Гасте.

– Я фотик настраивал и попутно стал фотографировать красивых тёлок, одну попросил слегка оголить грудь, а рядом стоял её чувак с другом.

– Ну ты и урод, – сказал я и криво улыбнулся.

– Это я, – ответил Гаста, также корчась в улыбке от боли.

– Показала хоть? – поинтересовался Ксюхан.

– Нет, подошёл её тип и отправил меня во всеми нами изведанное место, потом схватил мой фот за объектив и стал его у меня отбирать, я его послал на юг, ну и началось.

– Ты мне такое интервью обосрал, чувак, – сказал я с великим сожалением. – Я ведь его почти закончил, а ты косяков напорол.

– Ой, Автор, не нуди.

– А что за интервью? – спросил Ксюхан.

– Автор с тёлкой знакомился под предлогом интервью для газеты, а я должен был её сфотографировать, – пояснил Гаста.

– А ты чё, Автор, в газете работаешь? – Ксюхан явно не понимал суть происходящего.

– Ага, называется «Мокрая вогиня», – сказал я грустным голосом.

– Ха-ха, чё, правда, так и называется? Ха! – Ксюхан не мог разобраться – смеяться ему или нет. – Прикольно…

– Да какая уже разница, мы всё просрали, в клуб мне больше не попасть и с ней уже не увидеться.

– Ну вообще, можно кое-что придумать, – помолчав, слегка сверкнул надеждой Ксюхан. – А взамен вы мне…

– Чего? – перебил я Ксюхана и посмотрел на Гасту, тот хмыкнул.

– Я бы мог попробовать договориться, чтобы вас пустили и не заносили в список, но вы мне замутите две темы: ты мне сделаешь на халву контрольные к сессии, а ты, – повернулся он к Гасте, – будешь фотографом на свадьбе моей сестры в следующую пятницу тоже на халву, потому что цены нынче у фотографистов за свадьбу отщёлкать – я манал!

– Да сосака, ёпти! – эмоционально отреагировал Гаста. – Ты так говоришь, будто тебе у своего начальника придётся отсосать! В рот я чехлил и этот клуб, и свадьбу твоей сестры. Я не фотографирую свадьбы, и точка, и фотоаппарат мне наебнули. Так что сосыч!

– Какие контрольные? – меня заинтересовала его сделка.

– Я же тебе говорил, что сегодня и мой праздник тоже, я учусь на заочке, – пояснил Ксюхан.

– А почему я? – эта новость меня слегка шокировала, представить Ксюхана с дипломом какого-нибудь инженера у меня совсем не получалось. Но… может, мне сильно дали по голове? Хотя нет, к Ксюхану это не относится.

– Ты же ботан, – уверенно заявил он.

– Гаста, соглашайся, – сказал я.

– Хуй тебе, Автор, это для меня изнасилование, ты знаешь, и фотик сломан.

– Ну ладно, проехали, как хотите, тогда я вам сейчас вынесу шмотьё, и расход-пароход по хатам, давайте номерки.

– Погоди, Ксюхан, – я повернулся к Гасте. – На два слова отойдём? – он кивнул.

– Отскочим, побормочем, хаааа, – добавил Ксюхан.

Мы с Гастой отошли в сторону.

– Слушай, Гаста, ты мне сегодня обосрал, возможно, любовь всей моей жизни, я даже не поинтересовался у Ксюхана, что за контрольные, а уже готов за них взяться.

– С чего бы это я обосрал? Ты сам меня к ней потащил. И вообще, отхватил бы я, а ты бы дальше с ней болтал и не влезал бы.

– Ты охуел, что ли?! Сам же знаешь, что я прав. Чего тебе, сложно, что ли, пофоткать свадьбу? Даже напрягаться не нужно, сделал двести снимков и отдал.

– Так сделай, хули ты.

– Я из-за тебя отхватил по еблецу и лишился бабы!

– Гусар, ептить, я выпью за твоё здоровье. Я не могу, Автор. Я знаю, что ты прав, а я – нет, но я не могу, извини, – Гаста продолжал мяться.

– Оо, нет-нет-нет-нет-нет, ты мне всё обосрал, тебе и разруливать, и простым извинением ты сейчас не отмажешься.

– А минетиком? – с надеждой в голосе спросил Гаста.

– Мне всего-то осталось – взять у неё телефончик, и всё, а ты сиськи мнёшь, – я уже начинал злиться, хотя понимал, что конец моей миссии был прост только на словах, на деле же ещё ничего не было ясно, но и шанс вернуться обратно в клуб я тоже не хотел упускать.

– У меня объектив сломан, мне его разбили, – сказал Гаста и показал трещину на объективе.

– У тебя, блядь, сто объективов, чё ты мне пиздишь! – я был настроен весьма серьёзно.

– Они же все разные.

– А, и такого, конечно же, больше нет.

– Нет.

– И такого, с которым можно было бы свадьбу пофотографировать, – тоже.

– Такой найду.

– Чё ты мне мозги пудришь? Заебал! – этот спор шёл в никуда.

– Ещё, похоже, затвор по пизде пошёл, точно не знаю, надо в ремонт сдавать, – не отступал Гаста, разглядывая сломанный фотоаппарат, пытаясь выявить поломку.

– Его долго будут делать? До следующей пятницы не починят?

– Откуда я знаю? Я даже понятия не имею, как до него добраться.

– А чё ты тогда говоришь, что затвор сломан?

– Я просто так сказал. Факт – фотик сейчас не работает.

– В чём проблема? – я уже был близок к тому, чтобы его уговорить.

– Мне ремонт может обойтись в половину стоимости фотика, ёпта!

– Я тебе половину от стоимости ремонта оплачу, – я не отступал. – Гаста, ты не можешь так поступить со мной, ты мне всю дорогу сюда говорил, что мне сегодня светит, все мокрощелки мои, такие песни пел, вогнал в меня Иисуса и одиннадцать апостолов…

– Их двенадцать было, – перебил Гаста.

– Петя не влез! А сейчас не можешь для меня согласиться на эту шнягу?

– Вот именно – шнягу. Я не буду подписываться на это говно, – Гасте явно было насрать на мои светлые чувства к Елеанне.

– Сука, будешь! Писанёшься! – от злости моя скула стала ныть сильнее.

– Вы долго там ещё? – сзади стоял Ксюхан, и он, похоже, уже замёрз.