Дыхание богов - Бернард Вербер

Густав Эйфель и Сара Бернар вновь начинают обсуждать возможность союза, чтобы защитить нас от войск анархиста. Рауль выглядит озабоченным.

– Если мои люди-орлы отважатся подняться в горы, я скорее всего отобьюсь. Будем сбрасывать камни либо заблокируем перевалы. Сам я не буду спускаться в долину, чтобы сразиться с ордой Прудона, особенно теперь, когда он применяет новую тактику – выпускает вперед рабов, чтобы прикрыть себя, и дожидается, когда противник истощит запас стрел.

– Откуда Прудон узнал об этом приеме?

– Кажется, средневековые китайские полководцы уже пользовались живым щитом, – ответил я, вспомнив, что читал об этом в «Энциклопедии». – Еды рабам давали ровно столько, чтобы они дожили до ближайшего сражения. Затем их выталкивали вперед и использовали как прикрытие.

– До чего же китайцы, должно быть, презирали себе подобных, – вздыхает Сара Бернар.

Мы разрабатываем стратегию. Люди-лошади Сары Бернар и люди-тигры Жоржа Мельеса пока находятся слишком далеко от тех мест, где свирепствуют люди-крысы Прудона. Бессмысленно заставлять их выступить в поход, чтобы слиться в единую великую армию.

– Впрочем, Прудона больше всего занимают женщины-осы. Пока он с ними будет разбираться, мы что-нибудь придумаем.

– А если он захватит всю планету? – спрашивает Густав Эйфель.

Сара Бернар сухо отвечает:

– Тогда женщины навсегда попадут в рабство. Вы видели, как люди-крысы обращаются со своими женами, сестрами и дочерями?

– И что они делают с чужаками, – добавил Жорж Мельес.

– Какой противоречивый характер, – замечает Мата Хари. – Прудон проповедует мир «без бога и господина» и в то же время готовится к установлению тирании в масштабах планеты. Тирании, основанной на насилии и кастовости.

– Злом противостоять злу – известный принцип, – напоминает Жорж Мельес.

Сара Бернар добавляет:

– Он борется против фашизма фашистскими методами – насилием, ложью, пропагандой.

– В политической игре крайние правые не всегда противники крайних левых. Как правило, радикалы всегда объединяются в борьбе против центра, – говорит Жорж Мельес. – Любые «экстремисты» всегда обращаются к одной и той же аудитории – к завистливым, озлобленным людям, к националистам, реакционерам. Во имя «высших идеалов» они действуют как вооруженные бандиты, прибегают к неограниченному насилию, демагогии и пропаганде, основанной на лжи.

Никто не решается возразить, но я чувствую, что не все на стороне Мельеса. В частности, Рауль. Мне прекрасно известно, что он всегда считал, что центр слишком безволен, а правому и левому крылу давно пора как следует встряхнуть его.

– У экстремистских партий даже идеалы сходны, – поддерживает Мельеса Сара Бернар. – Обычно все начинается с того, что женщин отстраняют от политики. Это первый симптом. Затем наступает черед интеллигентов и всех, кто представляет угрозу для власти.

Мы смотрим на Прудона, который сидит за столом в одиночестве. Он обдумывает свой следующий ход.