Руна жизни - Роман Перин

Ехали молча.

Согласно инструкции, после выполнения задания машину нужно было оставить на лесной дороге и в условленном месте выйти на берег Финского залива. Там должен был ждать катер.

Как только они подошли к берегу, катер двинулся в их сторону.

К их удивлению в каюте сидел Базунов.

— Как вы успели? — удивился Андрей?

— Старая школа, Андрюша. Вот познакомтесь с нашим капитаном Моисеем Ивановичем, надёжный человек.

Моисей Иванович кивнул головой.

— Я, друзья, пойду, самоварчик соображу, а вам, я вижу, поговорить не терпится.

— Это вы, Моисей Иванович, в десятку, — с иронией сказала Таня.

— Присаживайтесь. Всё объясню. Вы представляете, — у Базунова блестели глаза, — они не договорились! Они не смогли поделить Мир. Эти сумасшедшие споткнулись на своём безумии. План по имитации захвата планеты инопланетянами отменяется в силу того, что он может быть осуществлён только при сговоре всех заинтересованных сторон, при их полном молчании. Болезнь остановила их так же легко, как и подвигла к этому безумству. Алчность, маниакальное желание господствовать в мире единолично разрушили их союз.

— Я не вижу здесь ничего хорошего в будущем. Если они разругались, не поделив мир, значит, они продолжат борьбу за него, — заключила Татьяна.

— Танечка, это так, но для появления новых планов им нужно время. Сейчас для меня главное, что вы избежали смертельного риска. Ведь как только ко мне пришла эта информация, я понял, что если я не успею вас предупредить, то застрелюсь в случае беды с вами. А сейчас забудьте обо всём. Стройте семью, рожайте детей. Вы заслужили длительный отпуск.

— А как Система? — многозначительно спросил Андрей.

— Система, Андрюша, никуда не денется. Пришли новые люди. Я ухожу и увожу из неё вас. Вы теперь сами себе Система. Сейчас мы доберёмся до одного места. Там отсидимся один день. Вы сдадите оружие, я выплачу вам увольнительные, оставлю контакты для возможного возвращения в Систему. Жизнь по-разному может сложиться.

Через пару часов путешествия на катере они вышли на берег возле небольшого двухэтажного каменного особнячка, похожего на игрушечный замок. Их встретил лай собаки и охранник с равнодушным взглядом.

— Прислуги тут нет, но для жизни всё есть. Чистое бельё, еда, кухня, баня, душ. У вас будет отдельная комната. Ужин готовлю я, завтрак — Таня, обед все вместе.

— Не надо, Николай Евгеньевич, я всё буду готовить сама.

— Нет, Танечка, я хочу, приготовить своё фирменное блюдо из свежей рыбы, которой меня снабдил наш капитан. Поверьте, мне будет приятно это сделать для вас. А вы пока в душ, обживайте комнату.

— И как ваше фирменное блюдо будет называться?

— Филе окуня с сырно-картофельным пюре.

— Это же сложно.

— Да, если возиться с окунем, но Моисей Иванович, мне уже вырезал филе. Остальное — мелочи.

— А почему у вас на таком объекте охрана без оружия, — спросил Андрей, — глядя в спину удаляющемуся охраннику.

— Это не совсем так. Огнестрельное оружие есть, но Сергей предпочитает нож. Тут как-то года два назад медведь-шатун забрёл в дом. Сергей его зарезал. Правда, вся его спина в шрамах от когтей мишки. Я у него спросил, зачем он так рисковал? Можно было и до винтовки добежать. А он мне сказал, что соскучился по рукопашному бою с настоящим противником.

— Да, это многое объясняет. Просто «Крокодил Денди», — с улыбкой сказал Андрей.

— Можете спать спокойно. Да и собака у нас умница.

Таня и Андрей после душа лежали в постели.

— Ты что-нибудь хочешь? — спросил Андрей.

— Ты имеешь ввиду «это».

— Да.

— Нет, это только в плохом кино люди после стресса сразу занимаются сексом. У меня ещё на душе не спокойно, — она глубоко вдохнула носом. — Какой запах! Базунов действительно умеет готовить. Пошли, поможем ему, хотя бы морально.

— Пошли. Я видел в шкафу халаты.

За ужином говорили мало. Таня восхищалась блюдом, Андрей вином.

— Я где-то читал, что Григорий Распутин любил закусывать мадеру селёдкой, — сказал Андрей, разглядывая бутылку.

— Григорий был мужик. Он мог её и рукавом занюхивать. А эту мадеру нам поставляют из Крыма. Эта бутылка хорошего урожая. Я вам такую презентую в дорогу. Не забудьте, на столе, в пакете, лежит ваше «выходное пособие» в долларах. Оружие сдадите утром.

Таня быстро убрала со стола. Базунов попросил Андрея проводить его до комнаты.

— Вы, если хотите, можете здесь оставаться сколько нужно. Эта дача за мной закреплена. Вы меня не стесните. Я через неделю ложусь на операцию. Врачи настаивают на шунтировании сердца, — Базунов говорил пропадающим голосом, с отдышкой.

— Спасибо, но у меня планы держаться подальше от нашей конторы.

— В этом тоже есть резон. Конечно, в том случае, если ты уже подготовил более надёжное место, о котором знаешь только ты.

— Я подготовил.

— Ну и молодец. Береги Таню. Вам надо детей нарожать, тогда будете за жизнь сильней цепляться. Спокойной ночи.

Андрей проснулся от истошного лая собаки. Затем собака внезапно затихла. Он посмотрел на часы: «Странно, кто здесь может быть в пять утра?» — мелькнуло в голове Пикина. Он встал, взял пистолет. С улицы донёсся глухой стон. Андрей взвёл курок «ТТ». Таня проснулась.

— Ты почему с пистолетом?

— Там что-то произошло. Бери свой ствол и жди меня здесь.

— Нет уж! Кто из нас умеет стрелять? Я пойду с тобой.

Андрей понял, что спорить бесполезно.

— Тогда, пойдешь за мной.

— Ладно.

Они спустились на первый этаж. Дверь в холл была приоткрыта. Андрей выглянул на улицу. Охранник и собака лежали безжизненно почти рядом. Метрах в десяти от них лежало тело человека в чёрном спортивном костюме с ножом в шее.

— Охранник и собака мертвы. Убит ещё кто-то, похоже, ножом охранника, — шёпотом сказал Андрей.

— Как минимум, здесь ещё один. Они пришли убивать. Стреляй, не колеблясь. Идём к Базунову, — шептала Таня, бегло осматривая пространство.

Они двинулись по узкому коридору. Остановились возле двери комнаты Базунова. Была тишина. Как только Андрей потянулся к ручке двери, в комнате начали разговаривать.