Непреодолимое черничное искушение - Мэри Симсес

– Слушайте, мы можем просто уже заказать напитки? – спросила я. – Мне, пожалуйста, диетическую колу.

Мне ни в коем случае не следовало сейчас пить алкоголь. Мне сейчас как никогда нужна была трезвость мысли – это я точно знала.

– Ага, ладно, – официантка качнула головой, что-то буркнула себе под нос, приняла у нас остальные заказы и отошла.

Хайден наклонился ко мне.

– Кажется, она сказала, что лучше бы ты утонула. О чем она вообще говорила?!

– Хайден, я думаю, тебе просто послышалось. Тебе стоит проверить слух. А ведь еще и сорока не исполнилось, – я выдавила из себя улыбку.

Джим засмеялся, но Хайден продолжал смотреть на меня, как будто понимая, что что-то тут не так. Внезапно в помещении стало очень жарко, я чувствовала, как у меня вспыхнуло лицо. И теперь все за столом смотрели на меня, ожидая, что я что-нибудь скажу, но я молчала как рыба.

А потом случилось чудо.

Распахнулась задняя дверь и в зал ворвались участники музыкальной группы, они тащили с собой гитары, барабаны, электрическое пианино и другие инструменты, и при виде них весь бар взорвался аплодисментами и одобрительными выкриками.

– Они, наверно, популярны, – заметил Хайден с удивлением.

– Будем надеяться, что заслуженно, – ответила Талли, слегка задирая подбородок, как будто пытаясь что-то на нем удержать. – Мы ведь находимся довольно далеко от цивилизации.

Группа начала настраивать инструменты, а через пару минут вернулась официантка, неся наши напитки, и сказала, что готова принять наши заказы на еду.

Я не смотрела в меню, но вспомнила два блюда, которые в нем точно были: мясной хлеб и лобстеры. Мясной хлеб я сегодня не хотела, поэтому пробормотала:

– Двойную порцию лобстера с растопленным маслом. И картошку фри.

Отодвинула меню и спрятала ладони в коленях.

Глаза Хайдена чуть не вылезли из своих орбит.

– Растопленное масло? Фри?! Ты что, сошла с ума? Я думал, ты всегда следила за уровнем холестерина, Эллен. А сейчас ты же не выйдешь отсюда без «липитора»! – он покачал головой и посмотрел на меня с укоризной, а затем отвернулся к Талли. Я слышала, как он спросил у нее что-то про Кеннебанкпорт.

Ну и пусть, подумала я.

Попивая свою диетическую колу, я пыталась прислушиваться к их разговору, но ничего не слышала, потому что как раз в этот момент заиграла группа – они начали с песни Джонни Кэша «Кольцо огня». Несколько пар сразу выскочили на танцпол, включая супружескую пару в футболках с надписями «Я ♥ Мэн!» Я наблюдала за тем, как муж ведет жену по площадке, периодически наступая ей на ноги. Когда закончилась эта песня, музыканты заиграли «Дикую ночь» Яна Моррисона.

Джим перегнулся через стол и спросил меня, как долго мы еще планируем побыть в Бейконе. Я хотела поддержать разговор – но было очень сложно перекрикивать музыку, и после нескольких попыток я просто показала ему жестами, что ничего не слышу.

Я смотрела на танцплощадку, на которой теперь в полумраке двигалось множество теней. А потом я перевела взгляд на входную дверь. И как только я сделала это – тут же увидела, что в бар входит Рой Каммингс. На нем была синяя ветровка и так же самая красная бейсболка «Рэд Сокс», которую он то и дело, приветливо улыбаясь и раскланиваясь со знакомыми, снимал и надевал обратно.

О нет, подумала я, чувствуя, как в легких резко заканчивается воздух. Рой и Хайден в одном месте снова. Это плохо. Это очень плохо.

Рой увидел меня и помахал мне рукой, а потом подошел к нашему столику:

– О, вот это сюрприз, Эллен, – он снова взмахнул своей бейсболкой. – Ты становишься прямо фанатом «Оленьего рога».

Я ощущала на себе взгляд Хайдена. Поздоровавшись, я представила маму, Джима и Талли и закончила:

– А Хайдена ты помнишь.

– Конечно… поле для гольфа, – кивнул Рой, пожимая Хайдену руку.

Я нервно хихикнула, переводя взгляд с одного мужчины на другого, а мама сверлила меня подозрительным взглядом.

– Не хотите присоединиться к нам? – пригласил Джим. – Можем попросить еще один стул.

Лицо Хайдена вытянулось.

– Нет, – отказался Рой, – но благодарю за приглашение. Я забежал на минутку.

– Джим и Талли работают в «Нью-Йорк Таймс», – сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

– «Таймс»? – Рой повернулся к Джиму. – Вам надо познакомиться с нашим Скотти Блаффом, он где-то здесь. – Рой обвел рукой зал. – Он работает репортером в «Вестнике». В нашей местной газете, – пояснил он и покосился на меня: – Кажется, Эллен ее даже читала.

Я чувствовала, как краска заливает мое лицо.

Рой положил руку на спинку моего стула:

– Эллен, не могла бы ты уделить мне минутку?

Я подняла на него глаза. Он был гладко выбрит – ни следа щетины. А в глазах сверкали искорки.

– Я… не знаю. Я же здесь не одна и…

– Всего минутку.

– Хайден, что скажешь? – прошептала я. – Это наверняка касается моей бабушки и его дяди.

– Делай то, что считаешь нужным, – сказал он, накрывая свою ладонь моей.

– Я быстро, – пообещала я.

И пошла вслед за Роем, проталкиваясь сквозь толпу, к двери.

Выйдя из бара, он прошел вниз по улице примерно полдюжины домов и остановился перед «Ателье Фрэнка». Внутри я видела развешанные на манекенах без рук и ног модели – юбки и платья ярких летних цветов, а также мужские костюмные брюки и пиджаки. На витрине красовалось винтажное свадебное платье.

Я вдруг представила на секунду ту кондитерскую, которая располагалась здесь много лет назад, все эти печенья и кексы в корзинках на прилавке… это обещание чего-то теплого и восхитительного, когда открываешь дверь…

– Спасибо, что уделила мне время, – сказал Рой.

– Да ладно. Странно было встретить тебя в «Оленьем роге», – и снова голос у меня слегка подрагивал.

Рой снял свою кепку и запустил пятерню в волосы.

– На самом деле это не совпадение. Я ходил в гостиницу – искал тебя.

Я подумала, что ослышалась.

– Прости, что?

Он снова водрузил кепку на голову, чуть примяв козырек.

– Я приходил в «Виктори Инн», искал тебя.

Он продолжал смотреть на меня, и я вдруг почувствовала, что таю, словно мороженое. Потолочный светильник из магазина вдруг мигнул и снова вспыхнул, яркий, словно зарница.

– Паула сказала мне, что вы в «Оленьем роге».

Он спросил у Паулы, где я. Он пришел туда меня искать. Наверно, он нашел еще что-то, касающееся моей бабушки и его дяди. Точно.

– А зачем ты меня разыскивал? Ты еще что-нибудь нашел?