Моя чужая дочь - Сэм Хайес

— Все не так плохо. — Она бросила еще один взгляд на его ладонь. — Просто сейчас у вас тяжелое время. Когда справитесь…

— То же самое можно сказать о любом человеке. К вам ведь только с проблемами и приходят, не так ли? — Роберт сразу пожалел о своем выпаде — не спорить же сюда явился.

— Проблемы и впрямь есть у всех, мистер Найт. Но каждый решает их по-своему. Этим мы и отличаемся друг от друга.

Она убрала руку Роберта с бархатной скатерти — знак того, что слова Роберта ее задели, — и обхватила ладонями хрустальный шар. Роберт видел в шаре ее искаженные, как в кривом зеркале, черты с печатью событий прошлого, ей не подвластных.

— Расскажите о моей семье. Что их ждет?

Роберт сам подкинул ей информацию. Теперь Черил в курсе, что клиент не одинок, ну и ладно. Он и не ставил целью ее экзаменовать, а пытался как-то подвести Черил к разговору о девочке. Идеальный вариант — чтобы Черил сумела разглядеть в его будущем свое собственное и тем самым избавила его от необходимости рассказывать о Руби. А как иначе он мог восстановить справедливость — и при этом не предать Эрин?

Пока Черил созерцала хрустальные глубины шара, Роберт перебирал в памяти все, что знал о пропаже ее ребенка. Вдруг он ошибся? Но ведь и полиция тринадцать лет назад пришла к тем же выводам: от Роберта не ускользнул тот факт, что дела сбежавшей Рут Вайстрах и похищенной дочери Черил вел один инспектор полиции.

Роберт тоже уставился на шар, пытаясь разглядеть пятнадцатилетнюю Рут — его Эрин! — с украденным ребенком на руках. Тщетно. Он видел лишь лицо Мэри Боумен, у которой отняли детей.

— Вижу женщину. Ее жизнь хрупка как крылышко мотылька, — прошелестела едва слышно Черил. Она вся была там, внутри хрустального шара. — Женщина напугана. Давно и смертельно напугана. Всегда от кого-то, от чего-то убегает…

Черил резко отняла ладони, ее лицо стало каменным, взгляд пустым. Она повернулась, сдернула со спинки кресла мохеровую шаль и набросила на плечи. Роберт заметил, что волоски на ее руках, открытых до локтей, встали дыбом.

— Продолжайте! — Роберт в подобные вещи не верил, но Черил определенно что-то увидела.

Она снова остановила взгляд на шаре:

— Честно, мистер Найт?

— Конечно. — Хотел бы и он быть с ней абсолютно честным, но правда, которая озарит жизнь этой женщины, навсегда разрушит жизнь Эрин.

— Не так давно вы потеряли близкого и дорогого человека. Вините себя и ходите, ходите по кругу, живете старыми привычками, прежними ошибками. — Черил плотнее завернулась в шаль. — В вечном страхе… — прошептала она, и, заглянув ей в глаза, любой повторил бы те же слова о самой Черил.

— А дальше? — Роберт на миг забыл истинную причину, приведшую его к Черил. Медиум явно говорила о Дженне.

— Больше ничего не вижу.

— Не можете увидеть — или не хотите? — чересчур громко вырвалось у Роберта.

Гадалка сказала правду — и все же ранила его. Он готов был орать, трясти ее за плечи, а потом взять это бледное лицо в ладони и прошептать, чтобы перестала страдать, что ее муки позади, что он нашел ее девочку, что его жена, Эрин Лукас, много лет назад сбежав из дома, по одной ей ведомой причине украла малышку и воспитала как свою дочь. И что теперь Руби может вернуться к родной матери.

Вот только произнести все это вслух — значит посягнуть на еще один мир. Мир замечательной девочки, только-только обретшей семью и надежду на счастливое будущее. Как можно лишить Руби единственного родного ей человека? Как можно предать любимую женщину? Эрин, без сомнения, попадет за решетку, и ее история станет известна всей стране.

Немыслимо.

Роберт обмяк в кресле и, не сдержав стона, заставил повернуться не одну голову в комнате.

— Извините. — Он снова выпрямился, уловив удивление на лице Черил. — Неделя выдалась не из легких.

Чтобы сгладить неловкий момент, Черил раскинула карты таро. Роберт приклеил взгляд к замысловатым картинкам, смысл которых его не волновал, даже если они обещали ему назавтра смерть под колесами автобуса. Он хотел одного — услышать от Черил о ее пропавшей дочери.

— Так я и думала, — деловито произнесла Черил, разрывая ту ниточку, что на миг протянулась между ними. — Долгая жизнь, впереди масса перемен. К лучшему, — добавила она быстро. — Думаю, у вас есть конкретные вопросы?

О да, еще какие конкретные.

— А вам никто никогда не предсказывал будущее, Черил?

Она усмехнулась, на глазах оттаивая.

— Зачем мне просить кого-то другого? Я и сама вижу свое будущее.

Неужели. Роберт не стал возражать. Пока Черил расшифровывала значение расклада таро, он пытался наложить ее слова на реальную жизнь. Что-то там про необходимость выбора из двух зол или одной из дорог на перепутье… С тем же успехом совет подошел бы и предыдущему ее клиенту, и следующему. Коснулась она и работы Роберта, но заявила, что выбранная специальность — не его конек. Пальцем в небо. Роберт глянул на часы — сеанс не мог длиться бесконечно.

— Вы не выпьете со мной, Черил, когда здесь закончите?

— Я буду работать допоздна, у меня еще пять клиентов.

Опять глаза вниз. А щеки порозовели.

— Тогда, быть может, пообедаем завтра?

— Мистер Найт, вы сюда зачем пришли? Будущее узнать — или пригласить меня на свидание? — Черил скрестила руки на груди и оторвала наконец взгляд от таро.

— Извините. У вас, наверное, муж, семья, и вы сочли меня безнравственным типом…

— Между прочим, о вашей семье мне известно. С ваших же слов.

— Да я, собственно, не имел в виду свидание. Просто пригласил выпить. — Роберт сглотнул; почувствовал, как заходили желваки. А ведь у Черил наверняка не менее острый глаз на признаки волнения, чем у него, — профессия тоже обязывает. — И все-таки — вы замужем?

Роберт смутно помнил, что в газетах шла речь и об отце похищенной малышки, — как его, Эндрю Варни? Он пожалел о своей настойчивости: Черил уронила голову, сцепила руки на коленях и, кажется, едва дышала.

— Разведена. — Она словно мешок с булыжниками на плечи взвалила. — Давно. — И, демонстрируя немалую силу воли, принялась тасовать карты.

— А я вдовец, но женат вторично. — Роберт помолчал, чтобы она прониклась схожестью судеб: оба они теряли любимых, обоим знакомо одиночество. Он надеялся, что Черил сама перекинет к нему мостик. — А дети есть?

Молчание длилось невыносимо долго, секунды растягивались до бесконечности. Впрочем, Роберта не удивила мгновенно застывшая на лице Черил маска. Он знал, что ядро эмоций спрятано глубоко внутри этой женщины с кофейными волосами, безупречной кожей и бездонными глазами.

— Нет. — Интонация не оставляла сомнений: дальше ни шага.