Бумажная девушка - Гийом Мюссо

Олегу было сорок четыре года, но из-за круглой, как шар, головы он выглядел моложе. Никто бы в жизни не догадался, что этот мужчина в джинсах, вельветовой куртке и свитере с капюшоном входит в число самых богатых людей России. Он не выставлял деньги напоказ, не ездил в лимузине, как это любят делать олигархи, а его охрана умела соблюдать дистанцию и не бросалась в глаза. Когда ему было двадцать шесть и он преподавал философию в Петропавловске-Камчатском, ему предложили место в муниципальном совете этого крупного порта на востоке России. Он принял активное участие в жизни города, затем благодаря перестройке и ельцинским реформам занялся бизнесом. В какой-то момент он сошелся с подозрительными личностями, которые помогли ему улучшить благосостояние, умело воспользовавшись политикой приватизации государственной собственности. Олег не был похож на афериста, и противников часто вводил в заблуждение его мечтательный безобидный вид, за которым скрывалась стальная воля. С тех пор он проделал длинный путь и давно избавился от неудобных знакомств. У него была недвижимость в Лондоне, Нью-Йорке и Дубае, яхта и личный самолет. Кроме того, он приобрел профессиональную баскетбольную команду и конюшню «Формулы 1».

Олег остановился перед витриной небольшой книжной лавки «Керуак и К°». Его взгляд привлекла афиша фильма «Неприкаянные» с автографом Мэрилин Монро.

«Может, подарить Марике? Почему бы и нет…»

Он встречался с Марике ван Эден, двадцатичетырехлетней голландской моделью, которая два года не сходила с обложек модных журналов.

— Доброе утро, — бросил он, входя в магазин.

— Чем могу помочь? — отозвался Кеннет Эндрюс.

— Автограф Мэрилин настоящий?

— Конечно, к нему прилагается сертификат подлинности. Отличная вещь…

— …которая стоит?

— Три с половиной тысячи долларов.

— Хорошо. Можете сделать подарочную упаковку?

Олег даже не думал торговаться.

— Минутку.

Пока продавец аккуратно скручивал в трубочку афишу, Олег вынул карту «платинум» и положил на прилавок рядом с книгой в темно-синей кожаной обложке.

«„Том Бойд. Трилогия ангелов“. Это же любимый писатель Марике…»

Миллионер открыл роман и полистал.

— Сколько стоит?

— Мне очень жаль, но книга не продается.

Олег улыбнулся. Его, как бизнесмена, больше всего интересовали вещи, которые якобы не продавались.

— Так сколько? — повторил он.

Круглое лицо уже не выглядело таким простодушным. В глазах загорелся опасный огонь.

— Сожалею, но книга уже продана, — спокойно сказал Эндрюс.

— Если она продана, почему лежит здесь?

— Покупатель придет за ней сегодня.

— Значит, он еще не заплатил.

— Нет, но я дал слово.

— И сколько стоит ваше слово?

— Мое слово не продается, — твердо ответил книгопродавец.

Эндрюс тут же почувствовал себя неловко. Этот тип выглядел угрожающе. Старик взял кредитку, затем протянул русскому упакованную афишу и чек, радуясь, что разговор окончен.

Олег был иного мнения. Вместо того чтобы направиться к двери, он уселся в кресло из рыжеватой кожи напротив прилавка.

— Мне кажется, купить можно все.

— Я так не думаю.

— Кстати, что там говорил ваш Шекспир?

Олег задумался, вспоминая цитату:

— «Деньги делают уродов красивыми, стариков молодыми, несправедливых справедливыми, подлецов благородными…»[95]

— Нельзя так цинично думать о людях.

— Что, по-вашему, нельзя купить? — спровоцировал старика Олег.

— Вы прекрасно знаете: дружбу, любовь, чувство собственного достоинства…

Миллиардер отмел этот аргумент.

— Человек слаб и продажен.

— Однако есть моральные и духовные ценности, которые не подчиняются этой логике.

— Просто у каждого своя цена.

На этот раз Эндрюс показал на дверь.

— Желаю вам хорошего дня.

Но Олег не шелохнулся.

— У каждого своя цена, — повторил он. — Назовите вашу.

* * *

Гринвич-Виллидж

Два часа спустя

— Что за бред? — возмутился Мило, подходя к магазину.

Кароль не верила своим глазам. Мало того, что металлическая штора опущена, на двери весит впопыхах написанное объявление, предупреждающее возможных покупателей:

ЗАКРЫТО НА ПЕРЕУЧЕТ В СВЯЗИ СО СМЕНОЙ ВЛАДЕЛЬЦА

Молодая женщина почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Она обескураженно села на бордюр и уронила голову на руки. Только что она сняла со счета шесть тысяч долларов, а четверть часа назад сообщила радостную новость Тому, и вот книга снова уплыла из-под носа.

Мило в ярости забарабанил по железной шторе. Кароль попыталась урезонить его:

— Хоть все тут разнеси — не поможет.

Она достала из сумки шесть тысяч долларов наличными и отдала ему большую часть.

— Мне надо возвращаться на работу, а тебе спешить в Париж, чтобы поддержать Тома. Это единственное, что мы можем сделать.

На этом и порешили. Все еще не придя в себя от разочарования, друзья вместе сели в такси и отправились в Международный аэропорт им. Джона Кеннеди. Кароль отправилась в Лос-Анджелес, а Мило — в Париж.

* * *

Ньюарк — вторая половина дня

В нескольких десятках километров, в другом нью-йоркском аэропорту личный самолет Олега Мордорова взмыл в воздух и направился в сторону Европы. Миллиардер решил смотаться в Париж и сделать Марике сюрприз. Шла первая неделя октября, молодая манекенщица принимала участие в Неделе моды в Париже. Юная голландка обладала классической красотой и была утонченной натурой, кроме того, в ней горел огонь, какого Олег не встречал в других женщинах, словно олимпийские боги бросили на Землю искру своего бессмертия.

Удобно устроившись в кресле, Олег рассеянно полистал книгу Тома Бойда и убрал в украшенную бантом упаковку.

«Оригинальный подарок. Надеюсь, ей понравится», — подумал он.

Остаток путешествия он провел, улаживая дела, а потом разрешил себе пару часиков взремнуть.

* * *