Паприка - Ясутака Цуцуи

Косаку Токида вернулся домой. Он и представить себе не мог, что несколько минут назад на том же этаже, в соседней квартире Морио Осаная объявились Ацуко Тиба и Сэйдзиро Инуи и что в погоне за Инуи туда ворвались Носэ и полицейские.

К Токиде наведались Торатаро Сима и Мацуканэ из газеты «Биг морнинг». Симу посадил в свою машину Мацуканэ. Сначала они укрылись в управлении полиции, но, как только всей европейской нечисти поубавилось, Сима поехал домой, прихватив с собой Мацуканэ.

– Кажется, утихло,- начал разговор Мацуканэ, принимая кофе из рук матери Токиды.

– Почему вы так уверены? – возразил Токида. Набегавшись задень, он сильно проголодался и, не стесняясь окружающих, уплетал приготовленный матерью ужин.

– Так сказал господин Конакава,- ответил ему с дивана обмякший Сима.

– Никак в управлении устроили брифинг? – Токида слегка удивился и отложил палочки.

– Нет, брифинг будет завтра. Просто господин Конакава сказал нам по секрету.

– Если количество случаев появления чудовищ в городе пошло на убыль,- расслабившись, продолжал Токида,- это может означать, что Инуи либо проснулся, либо вступил в медленную фазу и не видит снов. Интересно, что из двух? Я так думаю, он не снимает МКД. А раз так, по опыту госпожи Тибы, проснуться ему очень трудно. Полагаю, он в фазе медленного сна.

– Фаза медленного сна. Это где? – увлеченно поинтересовался Мацуканэ.- Может, накрыть его прямо в том месте, где он спит?

– Он может передвигаться и вне пространства,- с отчаянием промолвил Токида.- Например, переместиться по памяти в гостиничный номер, где останавливался, путешествуя по Европе. И там его не достать. К тому же во сне он может вернуться в прошлое.

– И в прошлое? Вот как? Вне времени и пространства? – спросил Мацуканэ с большим сомнением.

– Ох, вот же напасть,- вздрогнув, посетовала мать Токиды и печально добавила: – Что же получается: этот человек сам в безопасности, а безнаказанно творит беды похлеще землетрясений и наводнений?

– Не все эти чудища и аномалии вышли из снов Инуи,- вяло произнес Сима.- Сдается мне, смешались сны всех, кто хоть раз использовал МКД, всех, кому, как нам, проецировали с помощью этого модуля сны больных шизофренией. И не только сны самих пациентов, но и тех, кто был связан с людьми с подключенными МКД. Ты тоже так подумал, верно?

– Вереница кукол, тот гигантский Будда. Это явно не из снов Инуи,- согласился Токида. Он собрался было продолжить ужин любимым блюдом – жареной рыбой, уже взял палочки, отделил мясо от костей, но тут вдруг сник.- Ну вот, а это – уже мой собственный страх.

На тарелке разделанная до костей жареная рыба, широко разевая рот, пронзительно заверещала:

– В чем дело? В чем дело? Я – умный человек. Я – умница. Зачем меня выбрасывали в корзину для бумаг? На будущий год научная конференция состоится в Брюсселе. Поэтому обязательно съешь две рисовые лепешки. К слову, дешевая рифма: «Мой сосед – домосед». Ха-ха-ха.

– Это из сна какого-то пациента,- пробормотал Токида.

При виде болтающей рыбы мать Токиды, охнув, упала в обморок. Косаку успел ее подхватить и с журналистом отнес на диван, который им уступил тактичный Сима.

Вернувшись со всеми за стол, Мацуканэ какое-то время растерянно смотрел на рыбу – опять безмолвную порцию еды. И вдруг неожиданно для всех произнес фразу, непозволительную для корреспондента солидной газеты:

– Интересно, получится при помощи этого МКД установить канал связи с потусторонним миром? – Как бы поражаясь собственной глупости, он встал и, чтобы сменить тему разговора, торопливо подошел к телевизору.- Уже поздно, хотя новости еще не закончились.

– …этому делу и шумихе в окрестностях управления полиции не исключено, что по аналогии с нападением во время недавней пресс-конференции, проводившейся по случаю опубликования имен лауреатов Нобелевской премии, можно ожидать очередной выпад на этот раз, когда планируется объяснить причину появления нечисти и предпринимаемые против этого контрмеры,- возбужденно выстраивая фразу, говорил корреспондент, возникший по пояс в экране 37-дюймовой панели телевизора.- Это вынудило управление полиции отсрочить анонсированную на завтра пресс-конференцию. Также минут двадцать назад, а точнее, в час ноль-четыре в студии телекомпаний, передававших экстренный выпуск о чрезвычайных событиях дня, внезапно ворвались чудища, из-за чего трансляцию пришлось…

На экране заплясали причудливые блики и мерцание, непохожие на помехи в эфире, а когда они улеглись, открылась панорама ночного Токио. По краям экрана виднелись железобетонные арматуры, будто телекамера находилась на высоте строящегося здания. Кто-то вопил:

– Спасите! Паприка! Паприка!

– Вы слышали, зовут Паприку? – Токида встал.

– Постойте! Похоже на голос Носэ,- изумленно буркнул Сима.

Токида подошел к телевизору, скрестил руки и впился глазами в экран, словно собираясь его гипнотизировать. Всем показалось, что ракурс камеры изменился. Неужели камера смотрит глазами Токиды? На тесном пятачке арматуры, не зная, за что схватиться, покачивался от ветра Тацуо Носэ.

– Носэ! – воскликнул от удивления Сима.- Как же так! Он ведь боится высоты. Как его угораздило? Со страху сам мысленно перенесся туда? Что же делать? Если мы не поспеем на помощь, он сорвется и упадет.