Грязная работа - Кристофер Мур

— Именно. Все равно. Таинственно. Знаешь, что мне нравится в тайнах? Они таинственны.

На голове Рэя сидела бейсболка «Гигантов», и теперь он развернул ее козырьком назад для пущей важности. Если бы он носил очки, то сорвал бы их с носа, но очков Рэй не носил, а потому прищурился так, словно их уже сорвал.

— Прости меня, Чарли, но кто-то хотел выманить из дому тебя и собак одновременно. Ковер на тебя сбросили с крыши дома напротив, и когда тебя прижало, а собаки выскочили наружу, в дверь выстрелили, чтобы она захлопнулась. Они испортили замок задней двери и заклеили передние — вероятно, еще до того, как начали всю эту бодягу с ковром, а затем спустились по линю к окну на площадке, протиснулись между прутьями и… Ну, дальше неясно. Чарли вздохнул:

— Ты не расскажешь мне о женщинах, пока не изложишь все это, правда?

— Преступление было хорошо организовано. Это не случайное нападение.

— На площадке окно забрано решеткой, Рэй. Туда никто не может протиснуться. Никто и не протиснулся.

— Ну а вот тут немножко начинается чума. Видишь ли, я убежден, что в дом проник не человек.

— Не человек? — Вот теперь Чарли, похоже, обратил внимание на версию Рэя.

— Чтобы протиснуться в эту решетку, в нападавшем должно быть меньше двух футов росту, а весу — меньше, скажем, тридцати фунтов. Я думаю, в дом пробралась мартышка.

Чарли бабахнул кофейной кружкой так, что на бумаги, разложенные по столу, выпрыгнул гейзер «явы».

— Ты считаешь, меня подстрелила хорошо организованная мартышка?

— Не воспринимай так…

— Которая перебросила трос, сломала двери и что потом — уперла вазу фруктов?

— Слышал бы ты, какую ахинею сам нес ночью в больнице. Я над тобой смеялся?

— Меня удолбали наркотиками, Рэй.

— Другого объяснения не нахожу. — Рэеву воображению бета-самца мартышка представлялась вполне разумной версией — ну, если не считать отсутствия мотива.

«Но ты же знаешь мартышек — они будут кидаться в тебя какашками просто удовольствия ради, поэтому вовсе не исключено…»

— Объяснение в том, что это тайна, — сказал Чарли.

— Я ценю, что ты пытаешься привлечь к ответственности эту… этого мохнатого ублюдка, Рэй, но мне нужны данные о двух женщинах.

Рэй кивнул, сдаваясь. Надо было вообще не раскрывать пасть, пока не выяснит, кому понадобилось запускать в квартиру Чарли мартышку.

— Люди вообще-то мартышек умеют тренировать. У тебя в квартире ценности хранятся?

— А знаешь, — сказал Чарли, потирая подбородок и глядя в потолок, словно припоминая.

— На той стороне Вальехо напротив лавки весь день стояла маленькая машина. Я на следующий день посмотрел, и там была гора банановых шкурок, как будто кто-то следил за домом. И ел при этом бананы.

— Что за машина? — деловито осведомился Рэй, распахивая блокнот.

— Вроде бы красная — и явно мартышечьих размеров.

Рэй оторвал взгляд от блокнота:

— В самом деле?

Чарли помедлил, будто бы тщательно обдумывая ответ.

— Да, — очень искренне сказал он.

— Мартышечьего размера.

Рэй перелистнул блокнот к началу.

— Совершенно не обязательно так со мной поступать, Чарли. Я хотел помочь.

— Ну может, чуть больше, — дальше припоминал Чарли.

— Вроде мартышечьего вседорожника. Ну, такой, в общем… я не знаю… обезьянник на колесах.

Рэй поморщился и стал читать вслух свои записи:

— Я поехал к Джонсон домой. Там никто не живет, но дом на продажу не выставлен. Племянницу, о которой ты говорил, я не видел. Самое забавное: соседи знали, что Джонсон болела, но никто не слыхал, что она умерла. Одному дядьке даже показалось, будто он видел, как она залезала на прошлой неделе в мебельный фургон вместе с двумя грузчиками.

— На прошлой неделе? Племянница сказала, что она умерла две недели назад.

— Никакой племянницы.

— Что?

— У Эстер Джонсон нет племянницы. Она была единственным ребенком в семье. Ни братьев, ни сестер и никаких племянниц по линии покойного супруга.

— Так она жива?

— Очевидно. — Рэй протянул Чарли фотографию.

— Ее последние водительские права. Это все меняет. Теперь мы ищем пропавшего человека, а такие оставляют следы. Зато вторая — Ирэна — еще лучше. — Он отдал Чарли еще один снимок.

— Тоже не умерла?

— О, некролог в газете напечатали три недели назад, но она спалилась. Все ее счета оплачиваются до сих пор — личными чеками. Которые подписывала она сама. — Рэй с улыбкой откинулся на ящики: праведное негодование за мартышечью теорию было сладко, а муки совести из-за того, что он не сказал Чарли о своих особых сделках на стороне, отчасти поутихли.

— Ну? — спросил наконец Чарли.

— Она живет в доме своей сестры в Сансете. Вот адрес. — Рэй вырвал из блокнота листок и протянул боссу.