Неразгаданная - Ирина Потанина

— Забудь, заюшка, забудь этот разговор, я прошу тебя… Скоро все будет хорошо. Ты будешь счастлива… Раз тебе так нужны деньги, то они у меня появятся…

— Мы не понимаем друг друга, — задумчиво произнесла Рита. Минут десять царило гнетущее молчание.

— Знаешь, — вдруг сказала она, — я думаю, нам стоит продать машину. Мне нужны эти деньги для… Для одного дела…

— Ну вот, опять о деньгах!!!

— Но они действительно мне нужны

— Черт, а мне для того проекта, о котором я говорил, очень нужна машина…

— Ну, и что ты предлагаешь?

— Давай знаешь как… С первой же прибыли, это будет недели через две, я просто куплю у тебя Москвич, хорошо?

— Договорились. Но у тебя действительно срок только две недели.

— Ритуль, ты не любишь меня? — Леша очень серьезно смотрел на жену.

— Какая разница, мы ведь итак вместе.

Леша встал и ушел спать.

«Я неизменно стервенею с каждым шагом, с каждым разом…” — похоже, Янка пела именно про меня. Я действительно становлюсь стервой. Мучаю ни в чем не повинного человека. Он ведь не нужен мне, совсем не нужен. Нет, он конечно безумно много, сам того не понимая, для меня сделал… Благодаря ему, я избавилась от Морозовомании… А он, благодаря мне, навеки обрел монстра и деспота в виде взбалмошной особы женского пола, меркантильной и угрюмой. Что же он все это терпит? Может и вправду любит… Нет, я не должна впредь мучить этого человека, надо что-то решать”

Рита излила свои соображения дневнику и тоже отправилась спать. Все было как всегда, страстная ночь любви, долгие уверения Алексея в вечной преданности, которые уже действовали на Риту похлеще любого снотворного… Всё было как всегда, кроме Ритиного настроя. Решение в душе девушки почти созрело. Нужен был лишь повод, и тогда расставание могло быть оправданным. Естественно, повод нашелся.

«Он сжег Володьку… Он ненормальный, он сжег Володьку, плюя на мои чувства, на его чувства, ему важно лишь свое собственное убеждение в собственной влюбленности в меня, а не я сама. Сегодня ко мне в гости пришла Анька, милая такая, тихая девочка, единственная из всего окружения без претензии на собственную безгрешность. Я ее за это и люблю. Правда, она вообще без каких-либо амбиция, что делает ее жизнь довольно скучной, но мне-то какое дело? Главное, что не приходится испытывать раздражение, выслушивая навязчивые реплики о светлой и вечной любви. Анечка принесла с собой карты, мы уселись гадать. Лешка, вопреки своему обыкновенному желанию убежать в комнату, когда мы с Анечкой отдаемся во власть темным силам (ведь гадание, это конечно же от тёмных сил) молча слушал наши лишенные какой-либо интеллектуальной нагрузки реплики. Естественно, мне раз пять подряд под сердцем выпадал червовый король. Я даже начала верить в гадания, с таким упорством всякий раз Володька оказывался у меня под сердцем.

— Нет, ты посмотри на него! — смеясь, обратилась я к Алексею, — и ведь правду говорят, гады… Компрометируют меня перед тобой, будто нарочно.

— Что, Владимир Морозов червовой масти? — Леша изменился в лице и задал этот мрачный вопрос таким страдальческим тоном, что Анька слегка побледнела.

— Лешенька, с тобой все в порядке? — Анечка ничего не знала о Владимире Морозове и, в отличие от меня, никогда не наблюдала, театральные страдания моего мужа по поводу него.

— Просто сердце очень разболелось… — прошептал мой муж и схватился за сердце. Выглядел он довольно жалко, и моя гостья не на шутку перепугалась.

— Рита, ты что не видишь, ему плохо?! У тебя есть таблетки?

Анечка никогда не видела, как мой муж, заслышав имя Владимира Морозова, становился якобы невменяемым. Не видела, как он шел прыгать с балкона, или падал на ковер, уверяя, что темная сила моей несостоявшейся когда-то любви убивает его наповал. Я уже привыкла к таким его выходкам, тем более, что, как только Алексей убеждался в полном моем равнодушии к его, якобы, гибелям, он возвращался на кухню и становился нормальным человеком.

— Думаю, если ему и впрямь плохо, стоит отправить его к врачу.

— Рита, но ведь он же умирает, — Алексей, ощутив поддержку со стороны Анечки сполз в кресле и выронил сигарету. Это было уже слишком, выкидывать такие вещи при посторонних он не имел права.

— А еще придется вызвать пожарников, потому как своим окурком, ты сейчас спалишь квартиру! Алексей, прекрати валять дурака!!!

— Да, сейчас, сейчас отпустит, это опять те силы, о которых я тебе говорил, — шепотом и запинаясь проговорил мой муженек. Понимая, что я выгляжу одновременно и полной идиоткой (потому как другая замуж за этого человека не вышла бы) и бездушным деспотом в глазах Анечки я набрала в стакан воды.

— Наверное, ему стоит освежиться, — вода была вылита прямо на голову страдающего, Алексей как того и следовало ожидать, мгновенно очнулся.

— Ты нормальная?! — негодующе спросил он.

— Нет, мне просто надо было доказать Анечке, что с тобой действительно все нормально, она, понимаешь ли, не привыкшая к твоим комедиям.

— Уже просто прошло все, — Леша обиженно вытирал голову кухонным полотенцем. Я решила не спрашивать, почему нельзя взять в ванной нормальное…

— Да, — согласилась я, — Так что бездушность мне приписать уже никто не сможет. Напротив, я героически спасла умирающего мужа, вовремя облив его…

Анечка нервно рассмеялась.

— Правда, теперь меня наверняка можно счесть сумасшедшей, — продолжала я, — покажите мне еще хоть одного человека, который бы выдержал с тобой так долго? Когда человек начинает просто умирать от одного имени…

— Это не просто имя, это символ черных сил, во власти которых ты находишься! — закричал Лёша, — Я хочу вытащить тебя оттуда… Поэтому и терплю все это…

Анечка опять нервно рассмеялась. Бедная девочка.

— Анюта, ты не представляешь… — и он начал жаловаться Анечке на то, как тяжело ему со мной живется, но что он все равно безумно любит меня, и посему терпит все, в том числе и полное безучастие в критические моменты. И вообще — из его речи можно было прийти только к такому выводу — человек, не снимающий любимого мужа с перил, когда тот собрался прыгать с балкона, не плачущий над его почти охладевшим телом, когда он собирается умирать, растянувшись на ковре, не рыдающий, когда он безостановочно выпивает бутылку гадкой водки, пытаясь утопить свое горе, — такое человек просто камень бесчувственный. Анечка ошарашено выслушивала эту тираду. А мне было жутко стыдно за Лёшу, за себя, за Володю…

— Ну вот, опять червовый король, — мстительно заметила я, погадав еще раз.

Алексей подскочил, судя по его взгляду, он собирался передушить всех блондинов в Харькове. Вдруг он выхватил карту у меня из рук и начал шептать над ней какие-то заклинания, после чего он перекрестил ее и поджег. Мы с восторгом следили за столь неординарными действиями ревнивого мужа. Володя мирно потрескивая догорал в кухонной раковине.