Комната бабочек - Люсинда Райли

«Дорогая Поузи, мы не знали, что тебе лучше подарить, и Алессандро подумал, что этот чек уменьшит твои расходы на жизнь в университете. Надеемся, что ты приедешь к нам в ближайшее время… Алессандро не может дождаться знакомства с тобой. Целуем, с любовью, М и А».

Подавив дрожь, я глянула на сумму чека и ахнула. Мне прислали чек на пять сотен фунтов!

Я показала бабушке чек, а она глубокомысленно кивнула.

– Что ж, разве они не пригодятся тебе в ближайшие годы?

– Естественно, пригодятся, но, бабуля, это же целое состояние! И мы обе знаем, что у маман не могло быть таких денег, а значит, это денежки ее мужа, хотя он даже ни разу не видел меня и…

– Прекрати, Поузи! Ведь, судя по тому, что нам говорила твоя мать, она вышла замуж за весьма состоятельного человека. А ты – хочешь ты того, или нет – формально являешься его новой падчерицей, и если ему захотелось сделать тебе такой подарок, то следует просто с благодарностью принять его.

– Но это означает, что я буду каким-то образом… – я помедлила, подыскивая уместное слово, – обязанной ему?

– Это означает, Поузи, что ты стала членом новой семьи, и он признает эту данность. Господи, ты же долгие годы ничего не получала от своей матери, и, как бы ты ни относилась к данной ситуации или откуда бы ни взялись эти деньги, не стоит смотреть дареному коню в зубы.

– Я не притронусь к его деньгам, – упрямо процедила я. – Они, видимо, решили меня подкупить. Кроме того, бабуля, я же выиграла стипендию, поэтому их деньги мне не понадобятся!

– Ты уже знаешь, что как твой опекун я использовала часть наследства твоего отца для оплаты твоего школьного обучения, и мы согласились, что сделаем то же самое для покрытия твоих расходов на проживание в Кембридже, однако остаток ни в коей мере не назовешь богатством. Почему бы мне не убрать этот чек, а ты можешь считать его своим запасом на черный день? Тебе не придется трогать эти деньги без надобности, но в случае необходимости они могут пригодиться.

– Ладно, но, по-моему, это неправильно. И к тому же тогда мне придется послать им благодарность, – мрачно заключила я.

– Ну, ты же не хочешь, чтобы нас сочли невежливыми. Послушай, у тебя же сегодня день рождения, и довольно уже об этом. Почему бы тебе не развернуть мой подарок? Хотя, надо признать, что, по сравнению с чеком, он едва ли сильно порадует тебя. – Бабушка улыбнулась.

Я взяла небольшой сверток и сорвала обертку. Сначала я подумала, что там лежит книжка в кожаном переплете, но, полностью сняв обертку, поняла, что это шкатулка. Открыв замочек, я увидела на переливающемся синем атласе нитку кремового жемчуга.

– Ах, бабуля! Какая красота! Спасибо тебе огромное!

– На самом деле они достались мне в наследство от моей матери, поэтому они действительно довольно старые, однако, Поузи, это настоящие дикие жемчужины, а не те дешевые шарики, что нынче выращивают на жемчужных фермах. Давай-ка, – она встала с кресла, – я застегну на тебе бусы.

Я сидела не двигаясь, пока она застегивала изящный фермуар на моей шее. Потом бабушка вышла вперед и посмотрела на меня.

– Очаровательно, – улыбнувшись, оценила она. – У каждой молодой женщины должна быть нитка жемчуга. – Она поцеловала меня в щеку. – Теперь, милая, ты готова к выходу в свет.

* * *

В Кембридж я приехала в начале октября с двумя чемоданами и папкой ботанических зарисовок. Некоторое время нам с Биллом пришлось покружить в лабиринте мощеных улиц центра городка. В поисках Сильвер-стрит мы как минимум трижды проехали мимо Тринити и Королевского колледжа. Когда мы остановились перед зданием Эрмитажа, где жили студенты Нью-Холла, я испытала легкое разочарование. Прекрасный большой дом Эрмитажа не шел ни в какое сравнение с вычурными четырехсотлетними зданиями мужских колледжей, увенчанных сказочными шпилями.

У входа меня сердечно приветствовала мисс Мюррей, наш наставник в Нью-Холле, которую мисс Самптер, моя бывшая директриса, знала со времен их совместного обучения в школе.

– Мисс Андерсон, надо же, вы успешно доехали на машине от самого Корнуолла! Силы небесные, должно быть, вы чертовски устали. Я сейчас же отведу вас в вашу келью… надо сказать, она небольшая и под самой крышей… первая группа девушек в прошлом году заняла все лучшие комнаты… но зато из вашей мансарды открывается прекрасный вид на наш городок.

Мисс Мюррей не погрешила против истины – комната и правда оказалась похожей на скромную келью. По моим предположениям, на этом чердаке когда-то жила прислуга, однако под скошенными потолками в ней уместился славный маленький камин, а из окна открывался поистине великолепный вид на крыши с башенками и шпилями. Туалет и ванная находились этажом ниже, но мисс Мюррей заверила меня, что она планирует переделать смежную с моей комнатой кладовку с метлами в более общеупотребительное помещение.

– У нас возникли определенные сложности, поскольку в нынешнем году число студенток удвоилось, и во многих более просторных комнатах девушки живут вместе. Я решила, что вы предпочтете свое личное пространство, каким бы маленьким оно ни оказалось. Итак, оставляю вас распаковываться и устраиваться, а потом спускайтесь к шести часам в столовую, там вы сможете познакомиться с остальными девушками.

Дверь за мной закрылась, и я замерла на мгновение, вдыхая запах пыли и – возможно, у меня разыгралось воображение – старых книг. Подойдя к окну, я посмотрела на расстилавшийся передо мной Кембридж.

– Папуля, я выиграла, – прошептала я. – Я буду учиться здесь!

Спускаясь вниз часом позже, я с волнением думала о знакомстве с другими девушками. Меня одолевала усталость, накопившаяся не только от долгой езды, но и от предшествовавших ей бессонных ночей. Я терзала себя размышлениями о том, какими умными, искушенными и почти наверняка более симпатичными будут эти другие девушки, и о том, что, вероятно, я поступила в Кембридж только благодаря дружбе мисс Самптер с мисс Мюррей.

Глубоко вздохнув, я вошла в столовую и обнаружила, что там уже полно девушек.

– Добрый вечер, ты кто, новенькая? – спросила меня высокая молодая барышня, одетая в нечто, очень похожее на мужской костюм. Она предложила мне выпить хереса, рюмки с которым стояли на подносе.

– Поузи Андерсон, – представилась я, взяв одну из рюмок.

Захотелось выпить для куража.

– А, верно. Ты ведь будешь изучать ботанику?

– Да.

– Андреа Гранвилл, а я специализируюсь на английской литературе. В нашей группе на курсе всего несколько девушек, и я уверена, что на твоей специализации будет и того меньше. Тебе придется привыкнуть к общению с толпой тупых юнцов и к их дурацким шуточкам в твой адрес, и чем скорее, тем лучше.