Общество любительниц плавания имени Дж.М. Барри - Барбара Цитвер

– Вот сюда, – сказала Гала, указывая на ровное место на берегу.

– Но ставить на землю нельзя, – авторитетно произнес второй грузчик. – Нужно как следует закрепить.

– Это мы знаем, – сказала Мег. – Это уже этап номер два.

– Оставьте все в ящике, – велела грузчикам Вив.

– Вы не хотите, чтобы мы распаковали? – удивился первый.

– Нет! – крикнули дамы хором.

Грузчики с недоумением покачали головами, но перенесли ящик на то место, которое им показали, и опустили на землю. Агги расписалась в бумагах, после чего грузчики затопали через лес обратно.

– Что, черт возьми, происходит? – спросила Лилия. Она старательно избегала смотреть в глаза Джой, но хоть не пыталась ее оскорбить.

– Речь скажет Мег, – объявила Вив.

– Это еще что за новости? – возмутилась Гала.

Солнце клонилось к закату, заливая землю и воду мягким коралловым светом.

– Лилия, – начала Мег. – У нас для тебя есть подарок. Мы уже давно собирались его сделать.

Лилия смущенно поглядела по сторонам. Джой перехватила ее взгляд и робко улыбнулась. Лилия секунду смотрела ей в глаза, затем вежливо кивнула и перевела взгляд на ящик.

Мег справилась с бумажкой, на которой были набросаны тезисы. Она откашлялась и начала торжественно и взволнованно:

– Когда-то мы называли себя «потерянными девчонками».

Она выдержала паузу и обернулась к Джой:

– Я как раз писала тогда книгу о Барри и братьях Ллевелин Дэвис. О том, что они вполне могли послужить прообразами «потерянных мальчишек» из «Питера Пэна». Однажды мы выпили много вина, и Гала… по-моему, это была Гала…

– Это была я, – перебила Вив.

– Да, это была Вив, – подтвердила Гала.

Мег продолжала:

– И Вив сказала: «Что ты возишься с этой ерундой, Мег? Написала бы лучше книжку о нас! И назвала бы ее „Потерянные девчонки“!»

Джой поглядела на дам, которые кивали и улыбались, вспоминая.

– Наверное, вам, Джой, будет сложно поверить, но все мы когда-то терялись. Иногда на месяцы. Иногда – на годы.

Дамы притихли и посерьезнели, а затем, залитые изумительным розовым светом закатного солнца, взялись за руки.

– Гала потерялась первой. В Освенциме, – продолжала Мег. – Агги по-настоящему потерялась, оставшись без Роберта. Вив терялась пару раз в больнице, когда заболела раком, а я терялась без счету, и это просто чудо, что я до сих пор здесь. И должна сказать, меня не было бы без всех вас. – Голос Мег дрогнул, а когда Джой поглядела на женщин, оказалось, что у всех на глазах блестят слезы. – Я чувствую это нутром. Я уверена в этом, как ни в чем другом в этой жизни.

Мег замолкла, чтобы собраться с духом. Агги шагнула к ней и похлопала подругу по спине. Мег засопела, сделала глубокий вдох и попыталась продолжить:

– И ты, наша дорогая Лилия, тоже потерялась давным-давно, и все мы чувствуем это, и ты сама это чувствуешь. Но ты никогда – ни на секунду! – не оставалась одна. И сейчас ты не одна, и до тех пор, пока мы живы, мы всегда будем рядом с тобой. Мечтая, чтобы та Лилия, какую мы знаем и любим, снова вернулась к нам. Потому что у нас, «потерянных девчонок», есть свой остров Нетинебудет, и он здесь.

Все они подняли глаза и поглядели на пруд в лучах заката, как будто нарисованный безумным художником на блекло-сером холсте. Мег снова перевела взгляд на свою бумажку и продолжила:

– «Если вы чуть-чуть прикроете глаза и при этом вам повезет, – писал наш любимый Барри, – тогда вы увидите большое пространство, заполненное водой серого и голубоватого оттенка. Теперь, если вы зажмуритесь, эта вода примет очертания и засветится разными красками. Если вы зажмуритесь еще сильней, то она заполыхает красным огнем»[19]. Я уверена, что он писал про наш пруд. Потому что нам как раз повезло. У нас есть мы.

Мег кивнула Гале и Вив. Они вышли вперед и сняли с ящика крышку, затем развязали ремни, которые стягивали боковые стенки. Убрали бортики, открывая взглядам чудесную резную скамью.

– Какая красота! – воскликнула Лилия.

– Это в честь Кейт, – негромко пояснила Агги.

Рыдание сорвалось у Лилии с губ, когда она медленно подошла к скамье и провела рукой по спинке.

– Там есть надпись, – сказала Мег. – Джой, вы не прочтете?

– Она единственная из нас, кому для этого не нужны очки, – хмыкнула Гала.

Джой медленно подошла и всмотрелась в медную табличку. Затем прочла:

Господь наделил нас памятью,

чтобы розы были с нами и в декабре.

Дж. М. Барри

Памяти

Кэтрин Маргарет Маккормак

1972–2002

Лилия стояла, онемев.

– Это для того, чтобы придать тебе силы, Лил, – сказала Мег. – Это будет место, где ты сможешь побыть наедине со счастливыми воспоминаниями.

– Они все счастливые, – негромко отозвалась Лилия. – Даже те, от которых больно.

– А вот эти оставь для других мест, – посоветовала Гала. – Скажем, для кладбища.

Она открыла шампанское, которое тут же вспенилось. Гала держала бутылку над скамьей, брызгая на нее шампанским.

– Сим нарекаю тебя Скамьей Общества любительниц плавания имени Джеймса Мэтью Барри для воспоминаний о розах!

– Ура! – крикнула Агги.

– Браво! – добавила Вив.

– Значит, это отсюда взялось? – спросила Джой.

– Что взялось? – не поняла Мег.

– Посвящение в вашей книге о Барри. Обществу любительниц плавания имени Джеймса Мэтью Барри.

– Но ведь мы не можем вот так запросто называть себя «потерянными девчонками», – с живостью откликнулась Гала. – Не то нас упрячут в сумасшедший дом!

– Пора фотографироваться, – сказала Вив, помахав фотоаппаратом. – Свет уходит. Вот только поставлю штатив.

– Я могу сделать снимок, – вызвалась Джой. – У меня рука почти не дрожит. Так что пусть кто-нибудь из вас сядет на скамейку, а кто-то встанет за ней.

Джой глядела в видоискатель, пока дамы устраивались на скамье и за ней.

– Обязательно пришлите мне фотографию, – попросила Джой. – Я вставлю ее в рамку и буду держать у себя на письменном столе.

Дамы расселись, а Джой опустила фотоаппарат.

– Мне так не хочется покидать вас, – сказала она, пытаясь улыбнуться. – Не знаю, видите ли вы, как я… нуждалась в людях, которые возьмут меня за руку, включат в свой круг. Хотя бы ненадолго.

На глаза у нее навернулись слезы. Нужно все-таки сделать снимок, пока она еще держит себя в руках. Но ведь она может никогда уже их не увидеть! Они ведь старые… и кто знает? Может, она вернется через месяц или два и окажется, что кто-то из этих бесценных, незаменимых женщин не пережил внезапного удара или сердечного приступа. Возможно ли такое? Как они могут быть такими живыми и прекрасными и в то же время такими болезненно уязвимыми для опасностей, какие расставляет жизнь на пути людей их возраста?