Джек на Луне - Татьяна Русуберг

В понедельник после каникул у нас был датский вторым уроком. Когда прозвенел звонок, и все с шумом повалили из класса, училка подошла ко мне:

— Джек, задержись, пожалуйста.

Я знал, о чем пойдет речь. О задолженности по сочинениям аж с августа. У нас уже состоялся один разговор на эту тему, еще до каникул. Я пообещал заниматься всю неделю и сдать написанное в понедельник. То есть сегодня. Вот только сдавать было нечего. Я не написал ни строчки. О чем и сообщил Элизабет: чего кота за хвост тянуть? Думал, она меня к директору потащит, или начнет спецклассом пугать — туда собирали всех школьных дебилов и отморозков. Но датчанка только покивала сочувственно и спрашивает:

— Джек, а как ты сам думаешь, что тебе нужно, чтобы все досдать?

"Чтобы отчим сдох", — подумал я, но промямлил только:

— Не знаю.

Элизабет помолчала немного, глядя на меня внимательно через стол, и вдруг выдала:

— Джек, у тебя все в порядке?

В горле у меня что-то сжалось. Не от самого вопроса, а от того, как она задала его. Будто ей и вправду было не наплевать.

— Да… Нет… У меня мама болеет, — зачем-то соврал я.

— Что-то серьезное? — Элизабет защелкала колпачком ручки, но тут же поймала себя на этом.

— Я… Мы еще не знаем, — несло меня дальше. — Ее обследуют.

Училка нервно сцепила пальцы:

— Ты думаешь, это… рак?

Я состроил печальную морду. Датчанка потянулась через стол и положила свою руку на мою:

— Я тебя понимаю. Моя мать умерла от рака в прошлом году. Будем надеяться, что это что-то другое, хорошо? — она через силу улыбнулась.

Мне стало погано. Хули я ей соврал? Мог бы просто промолчать! Что, если она теперь позвонит матери? Или Севе?

— Да, — я уставился в парту. — Наверняка это что-то другое.

— Тебе сейчас трудно сосредоточиться на учебе, — продолжала Элизабет. — Это естественно. Что, если мы договоримся так. Ты напишешь одно сочинение. Всего одно, но оно зачтется за все те, что ты не сдал.

Я взбодрился:

— А разве так можно?

— Конечно, можно, — датчанка улыбнулась и выпустила мою руку. — Только тема у тебя будет особая. Ты должен будешь написать письмо взрослому.

— Какому взрослому? — не понял я.

— Решай сам, — в ее глазах не было подвоха, и я расслабился. — Может, это твоя мама, отец или старший брат. У тебя есть братья или сестры?

Я покачал головой.

— Возможно, ты захочешь написать своему кумиру. Человеку, на которого ты хочешь быть похож. Ты понял задание?

Типа того.

— Как думаешь, справишься?

Я спросил осторожно:

— А сколько у меня времени?

Элизабет постучала пальцами по столу:

— Ну, скажем, месяц. Этого хватит?

На том мы и договорились. Я еще не знал, кому буду писать, но решил взяться за дело серьезно. Все-таки, Элизабет была единственным человеком, которого, по ходу, волновала моя судьба. И вроде как, я ей обещал. А я обычно держу обещания.

После уроков я отправился на охоту. Отловить соседского кота оказалось плевым делом. Финдус, как обычно, приволок свое жирное пузо в наш сад в надежде на мамину подачку. Приманил я котяру на колбасу: закинул шмат в спортивную сумку, которую заранее бросил на газон. Ну, зверюга заскочила туда и давай продукт хомячить — только за ушами трещит. Я молнию застегнул — и готово. Финдус спохватился, конечно, что дело нечисто. Давай выть. Ну, тряхнул я сумку пару раз, чтоб показать, кто тут хозяин, котэ и заткнулся.