Девочка-беда. или Как стать хорошей женщиной - Диана Чемберлен

– Почему же она не попросила твоего отца о разводе, если она хотела быть с другими мужчинами?

– Ты пытаешься быть логичным, но моя мать была какой угодно, только не логичной, – сказала она. – Анни была невероятно сложной личностью. Я всегда знала, что она была сложной, но до прошлого года я и понятия не имела насколько. Она любила моего отца. Я полагаю, что по-настоящему любила, всем сердцем. Но что-то заставляло ее отдаваться всем этим остальным.

Она зажмурила глаза покрепче.

– И самое пугающее, – она замолчала, пытаясь набраться смелости произнести то, что хотела, – кажется, я унаследовала… ген шлюхи.

Бобби рассмеялся, и она не могла винить его.

– Не думаю, что это возможно.

Она подняла голову, чтобы взглянуть на него.

– Я знаю. Это звучит нелепо. Но, Бобби… я годами повторяла эту модель поведения и даже не знала, что и мать была такой.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что ты повторяла эту модель?

Она села и потянулась за пляжным полотенцем, накинув его на плечи, несмотря на то что ей все еще было жарко. Ей вдруг понадобилось прикрыть свою наготу.

– До прошлого года я меняла любовников одного за другим, но не заводила постоянных отношений, – призналась она. – Я избегала тех, кто хотел стать мне ближе. Я избегала глубоких чувств. Все было так ужасно, что моя семья стала беспокоиться за меня. Я знаю, что некоторые люди, может быть, многие люди, сплетничали обо мне. Но, когда я узнала о своей матери прошлым летом, я заключила пакт с самой собой, что я остановлюсь.

– Ты обратилась к консультанту? – Он смотрел на нее, но понимал, что трогать ее не надо.

– Да.

– Она сказала тебе, что ты сексуальная маньячка?

– Она сказала, что я не подхожу по критериям.

– Ты смогла остановиться? – Он задавал много вопросов, но она думала, что обязана дать ему ответы.

– Да, – сказала она, – до сегодняшней ночи.

Он улыбнулся ей.

– Я полагаю, что сегодняшняя ночь другая, однако… Или я себя обманываю?

Она покачала головой.

– Прости, Бобби. Я просто не знаю. Все, что я знаю, это то, что мне хотелось заняться любовью с тобой. Но это не так просто, как с другими парнями, потому что ты отец Маккензи. У меня к тебе слишком много других чувств. Они усложняют дело.

– Именно так и должно быть, Лейси, – сказал он, пробегая руками по ее рукам сверху вниз. – Предполагается, что отношения – это не только секс.

– Ты относишься к тому типу мужчин, к которому меня всегда тянуло, – хмыкнула она. – Необузданный, дикий тип. Я могу отличить плохого парня издали.

– На самом деле я не плохой парень, – улыбнулся он. – Может быть, когда-то был, но не теперь. Я заинтересован не только в сексе.

Она вздохнула и уронила голову прямо на песок, чувствуя свое поражение.

– Думаю, мне еще раз нужно навестить своего терапевта.

– Неплохая идея.

Положив голову на колени, она изучала его лицо. Белки его глаз светились в темноте.

– Ты считаешь, что я сексуально озабоченная женщина?

– Не знаю, – растерялся он. – Ты интересуешься порно?

– У-у, нет. Совсем нет.

– Тебя одолевают сексуальные фантазии?

Она покачала головой, изумляясь тому, что сидит здесь и беседует с ним об этом.

– Ты всегда после секса чувствуешь себя так плохо, как сейчас? – На его губах была едва заметная печальная улыбка.

– Да нет, обычно нет… Но сегодня я чувствую разочарованность в самой себе. Слабость.

Со вздохом Бобби сел и посмотрел в сторону моря. Вдали виднелись огоньки, где-то шел корабль, пробиваясь сквозь темноту ночи.

– Не думаю, что ты классический пример сексуальной одержимости, – сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее. – Но я считаю, что тебе надо и впрямь кое с чем разобраться.

Она усмехнулась:

– Поэтому я и встречаюсь с Риком. Меня к нему совсем не тянет.

Бобби рассмеялся.

– Ты – красивая, – признал он, – но, боюсь, один из твоих красивых винтиков разболтался.

– Я знаю, – признала Лейси его правоту. – Но это как… – Она внимательно смотрела, как огоньки прокладывают себе путь вдоль горизонта, и пыталась собраться с мыслями. – Это как если бы ты был эквивалентом любовников моей матери, а Рик – эквивалентом моего отца.

Бобби ничего не сказал, и она поняла, что выразилась слишком вольно, обидела его.

– Извини, – сказала Лейси. – Это прозвучало ужасно.

– Все в порядке.

– Я тебя боюсь, – призналась она. – Я хочу сказать, что я боюсь того, что я чувствую рядом с тобой. Что утрачу контроль над собой, как сегодня ночью. А Рика не боюсь.

– Он не кажется очень уж опасным, – признал Бобби.

– Я думаю, он мог бы подойти мне.

– Послушать тебя, так он что-то вроде насыщенного витаминами рыбьего жира. Но когда в последний раз ты глотала эту жидкость?

– Бобби, извини, – сказала Лейси снова. – Я чувствую себя так, как будто использовала тебя. Использовала обманом и хитростью.

Он улыбнулся, услышав это, потом стал серьезным снова.

– Я собирался предложить тебе пользоваться мной в любое время, когда тебе захочется, но после всего, что ты только что рассказала мне, я понимаю, что это не то, что тебе требуется услышать.

Бобби встал, и она отвернулась, пока он надевал шорты. Она посмотрела на темную полосу побережья и подумала о том, что стало с ее купальником.

– Пошли, – он протянул ей руку.

Лейси поднялась на ноги, поправив полотенце, в которое куталась, прежде чем взять его руку и пойти с ним в дом.

– С нами все будет в порядке? – спросила Лейси, когда они подходили к крыльцу. – С тобой и со мной? Я хочу сказать, что мы должны ладить друг с другом ради Маккензи.

– Конечно, мы будем в порядке, Лейси. Хотя если ты ждешь, что я забуду то, что произошло ночью… – Он потряс головой. – Я не смогу этого сделать.

Она кивнула, зная, что никогда не сможет просить его об этом. Она даже не хотела, потому что, несмотря на боль, которую ей это причинило, несмотря на досаду и разочарование, она тоже не хотела забыть это.