В.Н.Л. Вера. Надежда. Любовь - Сергей Вавилов

На набережной Артём круто свернул вправо.

Югин заёрзал, стуча пальцами по портфелю, который он держал на коленях двумя руками.

– Слушайте! – вдруг произнёс он. – Здесь надо было налево!

– Да мы небольшой крючок сделаем… – ухмыльнулся Артём и добавил газу.

– На, держи… – свободной рукой Артём протянул мне доселе стоявшую у него между ног борсетку.

Кожаная и маленькая, она вдруг показалась мне очень тяжёлой.

– Сейчас пробки начнутся, так ты его постереги, чтобы не делал глупостей.

С замиранием сердца я открыл сумочку. Моя догадка оправдалась. В борсетке стволом вниз лежал пистолет!

Обеими руками я вытащил оружие из сумки. Вложил в левую, и пистолет слился с ладонью.

Югин молча бледнел!

– Нет, парни, так дело не пойдёт! – вдруг довольно смело подал он голос.

– А оно уже не пошло! – нагло заявил я и глотнул из фляги, наставляя оружие на писателя. Как им пользоваться, я не знал. Не знал я также, снят ли пистолет с предохранителя. До этого я ни разу в жизни не держал боевого оружия и во всём надеялся на Артёма.

– А в чём… В чём проблема? – в голосе Югина не чувствовалось того страха, которого я ожидал. Тёртый кулич!

– А проблема в библиотеке! Ты куда Серёгины книжки отправил? – Артём внимательно следил за дорогой.

– Я ещё не отправлял, – опять же спокойно заверил он.

– А собирался?

– Москва. Петрозаводск… Что-то в городе останется.

– Так вот, дорогой Андрей Семёнович! Повторяй по буквам! Хабаровск! – Артём выждал паузу. – Уфа! – и, осклабившись: – Йошкар-Ола!

Изящно!

– С чего вы взяли? – он сделался даже вызывающ!

– Со Светланы Назаровой. И… – Артём вспоминал. – Да, с Игоря Мудрова… Такой дед смешной, в кучеряшках! Они тебе привет передавали.

Хорошо Артём подготовился!

И вот тут Югин струсил. И я это сразу почувствовал. Он словно бы стал меньше в размерах и ещё больше выставил вперёд свой портфель, стараясь защититься им от дула, которое я водил вверх-вниз. У меня устала рука.

Старые дома вдруг кончились. Пошли хрущёвки. Потом и вовсе – новострой! Куда мы ехали, я не знал. Когда мы готовились, Артём беспечно махнул рукой – «за город».

Новострой всё не кончался… Артём был прикован к дороге, мы с Югиным молчали.

Потом прошли и новостройки. Мы ехали по берегу залива. Серая поверхность воды возле берега, как в игре «Морской бой», была утыкана поверженными временем корабликами. Потом дорога свернула в сосны.

– Куда мы едем? – спросил наконец Югин.

– На рандеву с медведем, – в рифму ответил Артём. – Скажи мне, Андрей Семёнович, сколько ты денег из воздуха достал? И что, неужели думал, что тебя никто не прищучит?

Югин молчал. Потом вдруг тихо произнёс:

– Вы же не убивать меня едете? Деньги я отдам…

– Ага! А потом нам пришьют за вымогательство! Ты же всё посчитал, а?

– Нет…

– Что нет? Не посчитал или не пришьют?

– Не посчитал.

Артём вдруг свернул на грунтовку, уходившую в сторону залива. По её обочинам в неглубоких канавах стояла ржавая, мёртвая вода. Машина остановилась, проехав метров сто.

Нас обступил влажный низкорослый лес. Откуда-то тянуло гарью.

– Ну выходи… – сказал он Югину. Тот зашевелился.

Я выскочил первым и направил в ноги писателя дуло. Небрежно вылез и Артём.

Югин, отбросив портфель на заднее сиденье, выбрался. Вздохнул вдруг полной грудью.

– Хорошо… – он больше не боялся нас, меня и Артёма. – Знаете что, Артём? Вы, конечно, правы… Но ведь люди, – он посмотрел на меня с некоторой опаской, – люди платят за свою мечту, а не за мои услуги. Я чуть-чуть зарабатываю на их мечте. Ну и что? А вы – вы всегда пишете то, что вам по душе?

И тут я вспомнил наш с Артёмом разговор после мехового показа.

– Нет, Андрей Семёнович, не всегда… – ненависти у Артёма заметно поубавилось. Это почувствовали все.

– Если у вас не хватает таланта и вы идёте таким путём, я могу вам помочь… Но зачем, скажите мне, библиотекам такое творчество?

Я незаметно для себя опускал пистолет.

Артём открыл дверцу машины, достал из бардачка начатую мной бутылку. Со вздохом протянул её Югину.

– Выпить хочешь?

Югин протянул руку и взял бутылку.

Артём сел на корточки.

– И вправду хорошо. Но дождь будет… – а потом, обращаясь к Югину: – Иди отсюда…

– Может, вы меня подвезёте обратно? – спокойно спросил тот.

Артём усмехнулся.

Югин уже не смотрел в мою сторону, обращаясь исключительно к Артёму.

Я положил пистолет на землю рядом с машиной. Медленно подошёл к Югину сзади. И ледяным голосом спросил:

– Может, тебе и денег дать на дорогу?

Он обернулся. Я без замаха ударил его в лицо. Костяшки пальцев правой руки почувствовали мягкий ворс его бороды.

– Сука! – проговорил я, добавляя ему с левой и не попадая в нос.

– Серёга! – бросился ко мне Артём. Югин удержался на ногах, но я ударил его ещё, и он, теряя равновесие, замахал руками.

Сцепившись, мы покатились по земле. В небольшом его тельце оказалось немало сил, но мои сантиметры и килограммы всё же брали своё. Подмяв его под себя, я без раздумья попадал кулаком ему в голову раз за разом.

Артём подлетел сзади. Схватил меня за руку.

– Ты же убьёшь его, идиот!

– Убью… – подтверждал я и продолжал вырываться.

– Держите его! – проговорил Югин, поднимаясь с мокрой земли. К его костюму прилипли иголки и прошлогодние листья. Из носа текла кровь, и капли её расплывались на голубой рубахе.

– В машину! Оба! – скомандовал Артём. – Возьмите, – у него в руках я увидел новенький платок. Он поднял с земли пистолет и положил его на водительское сиденье.

– Нет уж, – пробормотал Югин. – Дайте мне портфель, я машину поймаю…

Артём полез в машину.

Я поднял бутылку, оброненную Югиным. Сделал глоток. Писатель-«грейт» быстрыми шагами удалялся к шоссе. Мы с Птицыным молчали. Я к тому же тяжело дышал.

– Что ж ты его так… Хотя за дело, – Артём что-то недоговаривал… Не хотел причинять мне неприятностей?

– Ты тоже так думаешь?

– Что именно? – Артём понимал и только взял лишнюю секунду для ответа.

– То, что он говорил…

– Он мошенник, но не дурак… А думаю ли я так? Нет, писатель. Я думаю – жизнь рассудит!