Выбор, или Герой не нашего времени - Серж Середа

– У меня иногда такое чувство, что кто-то специально подставляет эту власть. Этот кто-то хочет скомпрометировать демократов и сказать: «Вот к чему привела ваша демократия, ребята. Давайте теперь «железную руку» попросим навести порядок». У тебя нет такого ощущения?

– Может, ты и прав…

– Серёжа, хочу поговорить с тобой на одну деликатную тему. Мне важно твоё мнение.

– Спрашивай, Володя, что смогу, то отвечу.

– Как ты относишься к однополой любви?

– Ох, ни фига себе, Володя. Чего это ты вдруг?

– Да так, Серёжа, хочу расширить кругозор в понимании запретных тем. Мнение быдляков мне известно. Меня интересует точка зрения интеллигентного, разносторонне грамотного человека и, главное, юриста.

– Володя, ты мне льстишь, но всё равно спасибо тебе за такую оценку. Я попробую. Есть два аспекта этой проблемы: юридический и моральный. Три года назад в июне в России была отменена статья, карающая за мужеложство. Этот поступок власти, на мой взгляд юриста, носит верный характер. Во всех цивилизованных странах преследования за то, что мужик любит мужика, а женщина – женщину, уже давно нет. К тому же с 1991 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) рекомендовала больше не считать гомосексуальность заболеванием. Но в нашем обществе пока как бы присутствует моральная сторона этого дела. Хотя, честно, я такой морали не знаю. Если взять Библию, Ветхий Завет, то… извини, я атеист, и мне религиозные бредни, которые неизвестно кем и когда писались, – не указ. Поэтому, отвечая на твой вопрос, скажу: отношусь нормально, как и должен относиться любой цивилизованный человек.

– Серёжа, то есть ты допускаешь…

– Для себя лично я не допускаю, прости, что перебиваю тебя. Видимо, я ещё до этого не созрел. Но у меня есть знакомые гомосексуалисты. Это более чем приличные люди. Есть преподаватель в вузе, есть знакомый искусствовед, есть, наконец, знакомый депутат из городского Законодательного собрания. Я знаю пару семей, у которых образовался так называемый любовный треугольник. Вообще, примеров сколько хочешь.

– А что за треугольник?

– С главой семьи и его женой спит молодой красивый мужик. А у другого олигарха молодой шофёр является его любовником. Там роли поделены поровну.

– Как это, Серёжа?

– Просто меняются активной и пассивной фазами. Играют в шестьдесят девять, как сейчас принято говорить. Таких мужиков называют двустволками.

– Ох, ни хрена себе терминология.

– Володя, ты случаем не приглянулся ли кому-то, раз меня спрашиваешь?

– А почему ты так подумал?

– Ну, во-первых, ты меня спросил. А во-вторых, ты посмотри на себя. К тебе, чувствуя себя бабами, половина мужиков захотят пристроиться. Ты же самец высшей пробы. Я ещё подумал тогда, сидя на скамейке, в «катькином саду», но время было ранее. Если бы ты пришёл туда после семи вечера, к тебе дюжина юнцов подбежала бы с предложением: «Парень, хочешь, пенис пососу». Ещё и деньги бы тебе заплатили.

– Ты так думаешь? – улыбнулся Владимир.

– Да, я это знаю. Наш город является столицей лесбиянства и гомосексуализма, причём это ведётся ещё с советских времён. В прежней стране все прятались, скрывались, но всё равно от природы не уйдёшь. Да ты посмотри, сейчас во всех наших рекламных газетах сплошь и рядом объявления, где не просто предлагают встречу, а в подробностях расписывают своё умение обращаться с гениталиями партнёра.

– Насколько это позорно, Серёжа?

– Ну, если этим заниматься на Дворцовой площади, то, пожалуй, позорно будет. У нас всё же не Амстердам. А если дома наедине с любовником, то какой здесь может быть позор? Оба получают удовольствие, и всё.

– А как быть с чувствами? Или эта стезя знает только секс?

– Почему это только секс? Не скажи. Есть и тонкие отношения между партнёрами в этой области. Ты знаешь, сколько на самом деле известных людей были гомосексуальными? Здесь и великие учёные, архитекторы, композиторы и музыканты. Повально сегодня это процветает в балете, кинематографе, спорте, в так называемом шоу-бизнесе и в других сферах искусства. Подобные взаимоотношения между мужиками были распространены и в королевских дворах Европы, и, конечно же, в Доме Романовых.

– Может, этот только сплетни, Серёжа?

– Почему же сплетни? Александр III, ты думаешь, почему не позволил трогать Петра Ильича Чайковского?

– И почему же?

– Прежде всего потому, что родной брат императора Великий Князь Сергей Александрович спал с корнетами и другими молодыми ребятами. А убийство Распутина тебе ничего не говорит?

– А что убийство Распутина?

– Тоже связано с этой тематикой. Один из известнейших в России князей попросил Распутина провести с ним сеанс гипноза, чтобы уменьшить гомосексуальную зависимость от своего друга, тоже князя из Дома Романовых.

– И что последовало?

– Последовало то, что этот дурашка стал болтать окружающим о противоестественной связи двух людей высшего княжеского рода. И судьба его была предрешена. Ты знаешь, как он закончил.

– Знаю. Заманили во дворец к князю Юсупову, там его убили, и труп сбросили в Мойку.

– Всё правильно, Володя. Я не склонен думать, что среди этих людей всё завязано только на сексе. Среди них могут быть серьёзные увлечения, и просто есть настоящая привязанность, которая со временем может перейти в глубокое чувство. Всё зависит от харизмы человека. И ты, насколько я теперь тебя знаю, как раз относишься к такому типу людей. Так что, общаясь с тобой уже не один год, я не удивляюсь, что в тебя могут влюбляться и те, и другие.

– Серёжа, но у нас ведь общество не готово пока воспринимать подобные отношения. Люди некоторые просто звереют, когда узнают о симпатиях или связях двух мужчин или женщин.

– Володя, всё это показная гомофобия. С точки зрения физиологии человека у нас такое же общество, как и в Европе, США и других странах. А психология поведения человека, находящегося в их социуме и в нашем, диаметрально противоположны. Западное общество построено на большей откровенности, а у нас – повально на лжи. У нас всё пронизано лицемерием и враньём. Поэтому так же спят с гомосексуалистами, а хотят выглядеть так, как того хочет простой люд. А знаешь, почему гомосексуальные отношения преследуются именно в авторитарных и тоталитарных режимах?

– Нет, не знаю, Серёжа.

– Элемент однополых отношений, Володя, предусматривает полную свободу в поведении человека. Для авторитарных режимов само слово «свобода» является большой угрозой, поэтому они создают идеологию, превращая её в законы страны. Она основана на полном подавлении проявления самостоятельности человека и превращении его в послушного робота. Сегодня ему укажут, как и с кем спать, завтра подскажут, как надлежит жить, потом посоветуют, кого избирать в руководители страны, и так далее. Главная политика руководства в авторитарном государстве заключается в том, чтобы простой человек всё время осознавал себя ничтожеством, чтобы он забыл о своей индивидуальности и был как все.