Серафима прекрасная - Каринэ Фолиянц

Сима вещи в свой джип погрузила. С соседками поздоровалась. Объяснять ничего не стала. Да и поехала дальше, по делам.

Если нет счастья, то одно держит человека на земле – дело. Это Зорина давно поняла!

* * *

Ваня в кафе стойку починил. И стоит сам теперь за этой стойкой в белой рубашечке, в галстуке-бабочке…

– Ну, налей еще! А тебе идет за стойкой стоять! – смеялась Ира, зашедшая к нему в гости.

– Непривычно пока.

– Мать была? – Ира посмотрела на него строго.

– Была. Денег обещала, да только тянет. А мне отдавать вот-вот. Кредиторы-то мои, сами знаете, люди суровые… Вот звонили, напоминали.

– Ты, главное, не сдавайся! Со своих позиций ни шагу назад. Пусть вон мать как уж на сковородке вертится! – продолжала свои советы Долгова.

– Мне бы время не упустить, с долгами рассчитаться!

– Ничего, месяцок еще есть! Дави на мать, крепче дави, Ванечка, вырабатывай характер!

Близился Новый год. Валя наряжала дома большую елку. Помогали ей Василий Аркадьевич и Мария Ивановна.

– Вася, ты б под ногами не путался! Что ты зайцев вверх ногами вешаешь? Неужели не видно – это хвост, а это нос? – бурчала учительница на мужа. – Валюш, ну, теперь можно и макушку надеть!

– Мне не видно, где хвост, а где нос, – злился архитектор. – Какие-то инопланетяне, а не зайцы!

– Да что с тобой, Вася?

Вася сделался серьезным, к жене подошел ближе, прошептал:

– Мне другое видно. Сима себе места не находит. А чем отвлечь ее – не знаю. Сегодня покупатель на дедов дом приедет, так ей не до праздника. Смурная она…

– Что за покупатель? – услыхала их разговор Валя.

– Мужик какой-то, будете смеяться – из Москвы. Далось ему тут в деревне дом заиметь. Отдыхать, говорит, буду сюда наезжать. Места у вас хорошие…

– Конечно хорошие! – улыбнулась Мария Ивановна. – Вон Новый год на носу, а на улице плюсовая температура!

– Убила бы я Ваньку, что ж он творит! – Валя думала совсем о другом. – Мать же переживает, хоть и молчит! Мария Ивановна, может, мне с ним поговорить? Я все надеюсь: может, одумается? Не будет заставлять маму дедушкин дом продавать!

– Куда там одумается! Он уже крепко влип! – вздохнула учительница.

В Ларисиной городской квартире, куда они переехали с Ваней, громко плакал маленький Витенька. Злая Лариса кричала на мужа:

– Да мать дурит тебя, дурит, как лоха последнего. Неужели ты не понимаешь? Вон даже внука не захотела повидать.

– Она хотела. Ты же сама не пустила! – хмуро ответил Ваня.

Исхудал он совсем, измучился, а Ларисе перечить сил нет.

– Новый год на дворе, ты мне даже подарка не приготовил. Муж называется. Ну, спасибо! Весь в мамашу! – завела опять свою шарманку Лариса.

– Ты же знаешь, Лар, я на мели. Денег ни копейки. Мне и так звонят каждый день, чуть не угрожают, мол, не отдашь денег, худо будет! До подарков ли! Потерпи, Ларочка, будь же умницей!

– Когда замуж звал, про долги ничего мне не рассказывал. Да замолчи ты! – крикнула она на ребенка.

– Не кричи на него! У меня тогда долгов не было! Все из-за тебя, ты тут жить захотела, заставила меня брать эти кредиты. – Ваня впервые набрался смелости и выпалил это.

– Ах так! У меня от волнения молоко пропало, кормить сына нечем! Ты хоть про это знаешь? – заныла Лариса. – Во всем меня винишь, а не маманю свою. Вот что, езжай сегодня к своей мамаше и без денег не возвращайся, ты понял? Дверь тебе не открою, в дом не пущу, так и знай!

Сима заснула на диване. Время было вечернее, но до ночи еще далеко. Такое с ней случилось впервые – отдыхать она не умела, просто последние дни вымотали женщину.

Мария Ивановна осторожно разбудила задремавшую Симу.

– Сима, вставай. Там внизу этот приехал.

– Кто еще?

– Ну, покупатель дома. Хочет с тобой познакомиться. Идем вниз! Да ты хоть причешись!

Сима отмахнулась:

– Еще чего!

Она спустилась вниз, в большую комнату. И вдруг замерла…

Там стоял… Андрей.

– Ты? – только и сумела вымолвить Сима.

– Я, – широко улыбнулся он.

– Опа! Да вы, оказывается, знакомы. Вот так фокус, – обрадовался архитектор.

– Ты что здесь делаешь, Андрей Николаевич? – пришла в себя Серафима.

– Соскучился я по тебе, – честно признался он.

– Я извиняюсь, так вы не насчет дома? – встревожился Василий Аркадьевич.

– Да помолчи ты! – одернула его жена, которая, кажется, стала догадываться, в чем дело. – Симочка, так ты нам представь гостя, коль вы приятели.

– Это Андрей Николаевич Короленко, издатель детских книг. Хороший человек. Мы в Москве познакомились. – Сима повернулась к дочке: – Валюш, а знаешь, в молодости его как кликали? Король.

Валя взвизгнула от радости:

– Мама! А что ж ты раньше молчала!

– Да тут ничего особенного, – развела руками Сима. – Познакомились в Москве и что?

– Вот оно что, Король, – засуетилась дочка. – Так вы садитесь с нами за стол. Сюда, рядом с мамой. Мама ничего не рассказывала нам про своего короля!

– Никакой он не мой, – запротестовала мать. – Это просто… просто прозвище такое… так ведь, Андрей Николаевич?

– Нет, не так. Я, Сима, приехал, потому что понял: мне без тебя не обойтись, – честно и просто признался Андрей. – Я, товарищи, пишу лучше, чем говорю. А сказать могу только одно… Я люблю тебя, Сима!

– Господи, наконец-то! – воскликнула Мария Ивановна. – Ну, это лучшая сказка, которую я видела!

– Мамочка, – опять взвизгнула от радости Валентина, – как здорово!

– Постойте. Это ведь не все! – остановил их Андрей. – Мне еще надо сказать очень важное!

– Так я не понял насчет дома? – засуетился архитектор. – Это что ж, была шутка?

– Дом – это само собой, – успокоил его Короленко. – Про дом мне Полина сказала, что у тебя неприятности, ты вынуждена его продать. И я действительно покупаю его, чтобы тебе же подарить. Подарить на свадьбу…

– Господи, как романтично! – прошептала Мария Ивановна.

– Дом – это круто! – вмешалась Валюша. – А кольцо обручальное вы привезли? Ну как в кино…

– Ой да, конечно, конечно, я как раз это и хотел! – засуетился Короленко. Только теперь стало видно, как он волнуется. – Большое спасибо, что вы напомнили. Я так понимаю, что вы – Валечка, дочь Симы. Валечка, вот помогите мне открыть!

Он достал из кармана коробку с кольцом. Непослушные пальцы не могли ее открыть.