Беглец - Алгебра Слова

– Такие люди тоже бывают? – удивился Первый.

– Сколько угодно.

* * *

Она кашляла взахлеб. Вода текла из носа и рта, стояла в ушах и резала глаза солью. Она пыталась вздохнуть, но в горло опять заливалась вода, и трахею спазмом сжимало от боли.

– Все! Все! – мужчина наклонил Ее и стучал по спине. – Выдыхай! Спокойно выдыхай. Успокойся!

Кашель постепено становился реже, но у Нее оставалось ощущение, что не вся вода вышла из Ее легких.

– Мне больно! – показала Она на грудь.

– Это от кашля. Пройдет. Пойдем в отель.

– А он? – с тревогой Она обернулась на море, где качалась белоснежная яхта.

– С ним все нормально. Он дождется капитана и отправится домой. И с судном, и с ним все хорошо. Тут уже безопасно. В море не унесет и на берег не кинет. Пойдем. К сожалению, мне тебя нечем укрыть. Побежали, так согреешься!

– Нет! – рассердилась Она. – Я не могу бежать! Я еще не продышалась.

– Меня зовут Доместик Год, – не обращая внимания на Ее возмущение, представился мужчина и потянул Ее за руку. Он пошел быстро, не выпуская Ее запястья, и Ей пришлось подчиниться и прибавить шагу, чтобы не упасть на камни.

– Такого не бывает имени! – возразила Она и только сообразила, что Доместик все время разговарил с Нею на русском языке без всякого акцента. – Ты очень похож на человека!

Доместик засмеялся.

– На одного человека, – поправилась Она, вновь закашлявшись от быстрой ходьбы. – Куда ты меня тащишь?

– В отель!

– Ты знаешь, где мой отель? – они торопливо пересекали ухоженные газонные клумбы по вымощенным дорожкам, но Она не узнавала места.

– Я остановился в нем же, – совершенно неожиданно Она заметила знакомый вход в один из многочисленных холлов Ее отеля. – Но в другом крыле. Переодевайся и в горячую ванну немедленно.

Доместик отпустил Ее запястье и моментально скрылся по дороге, ведущей к бассейну. Она оглянулась, но Доместика уже не было видно. С удивлением потрогала левую руку, еще хранившую ощущение сжимающих пальцев. Пальцев Семеныча.

«Доместик… Доместик… Домашний, местный… Доместик Год – Внутренний Бог?! – осенило Ее, когда Она оказалась в холле. – Он подшутил надо мною. Сто процентов такого имени не бывает. Как он оказался в море? Почему он так похож на Семеныча?»

Она пролетала мимо лобби-бара, когда почувствовала спиной напряжение. Машинально оглянулась в сторону уже на выходе.

Краем глаза заметила араба в темных очках. С ним Она виделась почти каждую ночь, на дискотеке или в клубе на соседней улице, но совершенно не помнила, как они проводили время и о чем говорили, поскольку араб появлялся именно в то время, когда у Нее от выпитого алкоголя кружилась голова, и мутнело сознание. Араб неизменно был в дишдаше, носил гутру и никогда не снимал темных очков…

– Где ты была? – Лена красила ресницы.

– У моря была, – Она, прыгая на одной ноге, стаскивала шорты. – Пошел дождь, а я далеко отошла. Пережидала в баре у пляжа, а потом решила добежать до отеля.

– Телефон с собой бери! В чужой стране находимся. С тобой одни проблемы! Собирайся, гулять пойдем.

– Голову вымою, погоди. Двадцать минут.

– Знаешь, я сюда с тобой приехала, а ты меня оставила на полдня! – недовольно воскликнула Лена.

– Извини, ты спала, а я прогуляться ушла. Не планировала, что задержусь.

– Всегда весь отдых портишь!

Но Она, не дослушав, стремительно скрылась в ванной. Просунула голову в дверь:

– Лен! Мне никто не звонил?

– Кому ты нужна? Думаешь, я поверила, что ты по бережку ходила? Опять шлялась с кем-нибудь. Если на дискотеке подойдешь к своему арабу, я больше с тобой никуда не пойду!

Она стояла под колкими струями из душевой лейки, греясь под горячей водой и думая о Доместике.

«Ведь он как раз и не похож на человека! Только оболочка! Причем и оболочка не его собственная! Учитывая все странные события, происходившие со мной и Семенычем, не исключаю, что кто-то взял и материализовался в тело Семеныча. Чтобы надо мной поиздеваться. Или Семеныч раздвоился… Да что за чертовщина? Семеныч не позвонил и не написал ни разу. Ни разу! Он не любит меня…».

Выйдя из ванной комнаты с полотенцем на голове, Она подошла к шкафу, чтобы взять одежду.

– Мне это надоело! – Лена бросила на постель косметичку. – Ты портишь мне отдых! Ты пропускаешь завтраки и обеды, и я вынуждена ходить одна, пока ты нажираешься виски у моря или бассейна. Потом тебя не расшевелить, потому что у тебя какая-то тоска. Вечером за ужином ты начинаешь с бокала вина, и позже тебя тянет на шоу или танцы, где ты быстро находишь компанию до утра! А на рассвете ты просыпаешься и похмеляешься на балконе, мешая мне спать, потому что ты топаешь по комнате! А когда я просыпаюсь, ты уже валяешься где-нибудь на пляже!

– А к белой юбке можно надеть эту маечку? – Она обернулась, держа вещи в руках.

– Не надевай эту юбку! По улице невозможно пройти!

– Ужинать пойдем? – Она натянула белую юбку и сняла полотенце, взлохмачивая им волосы. Включила фен.

– Я с тобой разговаривала вообще-то!

– Я поняла, – кивнула Она, закашлявшись. – Я тебя не устраиваю.

– Ты никого не устраиваешь! Потому что ты только о себе думаешь!

– Что ты хочешь? – Она с трудом откашлялась.

– Прекрати разговаривать со мной в таком тоне!

– Я спрашиваю, что ты от меня хочешь? Я буду ходить с тобой. Как на веревочке. И в пять утра завтра не проснусь. Еще что?

– Чтобы ты ни к кому не подходила!

На веранде Она расположилась на диванчике, пока Лена выбирала в лобби-баре напитки. Она нерешительно вертела в руках телефон, борясь с желанием написать Семенычу сообщение. Алкоголь спасал, отодвигая Семеныча дальше и делая мысли о нем не такими болезненными. Но как только сознание приходило в норму, состояние страха потери любви вновь захлестывало Ее с головы до ног физической болью сжимающегося сердца.

Она разглядывала постояльцев отеля: трогательные влюбленные, ищущие темные уголки около бассейна; спокойные семейные пары, поедающие легкие закуски и поглощающие вино за столиками на открытой террасе; веселые молодежные компании, шумевшие в ожидании ночного танцевального шоу и новых знакомств; трепетные родители, следящие за отпрысками, которые под музыку махали руками, следуя движениям аниматора…

«А вдруг он ответит, что не желает меня больше видеть? – Она убрала в сумочку телефон. – Лучше я не буду ничего писать, чтобы не получить неприятный ответ. Или не получить никакого ответа. Но почему же молчит он? Сколько дней уже прошло? Пять? Шесть? Семь?».

– Смотри, какие нам коктейли сделали! – подошла Лена и поставила на столик четыре бокала. Присела на диван и достала пачку сигарет.