Нора Вебстер - Колм Тойбин

— Конечно, был. Но он ушел. Ты должна понять, что он ушел и не вернется.

От вина ее снова сморило, и, ложась, она не сумела представить, что когда-нибудь придет в норму и ей больше не будет постоянно хотеться спать. Перед тем как выключить лампу, она приняла и снотворное, и обезболивающее.

* * *

Когда она проснулась, было светло, где-то работало радио, слышался звон посуды, за окном у старого дерева ссорились вороны. Нора взглянула на прикроватный столик, но часов не было, как и столика. Она откинулась на подушку и вздохнула.

Весь день она ходила туда-сюда, из спальни в гостиную и обратно. Джози заглянула к ней и ушла в сад: день выдался погожий, и она хотела повозиться на грядках. Днем пришли Джон с женой, они надолго не задержались. Джози привезла ей из дома чистую одежду, но Нора осталась в ночной рубашке, халате и босой.

Джози подсела к ней, когда стало смеркаться.

— Я понимаю, что это не мое дело, — сказала она, — но вчера я искала тебе одежду и была в шоке: шкаф полон вещей Мориса. Там пиджаки, брюки, костюмы, галстуки, рубашки, даже обувь.

— Мне не хватило духу их выбросить. Просто не смогла.

— Нора, он умер больше трех лет назад. Рано или поздно, но придется.

— На том все и кончится, да?

— А дети знают, что его одежда все еще там?

— Дети не суются в мой шкаф, Джози.

— Жаль, что мать тебя не слышит, она бы улыбнулась.

— Моя?

— Неблагодарное дитя подобно змеиному зубу — так она говаривала.

— И это еще цветочки, — рассмеялась Нора.

Она легла на тахту и заснула. Когда проснулась, было темно. Она спустилась и увидела, что Джози накрывает стол на четверых.

— Кого-то ждешь? — спросила она.

— Я позвала Кэтрин. Она скоро будет.

— Не хочу видеть Кэтрин.

— Неважно, что там хочешь, не хочешь. Причешись и переоденься, я пригласила и твою подружку Филлис. Нельзя же все время спать.

* * *

Еще одна машина подъехала, когда покончили с основными блюдами. Нора подошла к окну и увидела Уну.

— Это Уна. Она должна сидеть с Конором, — сказала она.

— Конор остался с Фионой, не беспокойся о нем, — ответила Джози.

Уна вошла, села за стол, и тетушка заново наполнила стаканы. Нора перебралась в кресло и задремала, убаюканная оживленными голосами. Проснувшись, обнаружила, что говорят о ней.

— Она была просто демоном, — сказала Кэтрин. — Иначе не выразишься.

— Правда? — спросила Филлис.

— А потом встретила Мориса. И после первого же свидания стала другим человеком. То есть в овечку не превратилась, нет, но изменилась.

— По-моему, она была счастлива, — сказала Уна.

— Мориса любила без оглядки, — кивнула Кэтрин.

— Что да, то да, — сказала Джози.

— Но демоном бывала все равно, — продолжила Уна. — Помните, как она с мамой не разговаривала? Мы все жили вместе, и она не говорила с ней и не смотрела на нее.

— Прекрасно помню, — ответила Джози. — Мы с тетей Мэри, упокой Господи ее душу, чуть не рехнулись от этого.

— А почему она с ней не разговаривала? — спросила Филлис.

— У Мориса был брат, который умер от туберкулеза, — принялась объяснять Кэтрин. — Милый мальчик, очень жаль, и я не знаю, кому об этом сказала мама, но с кем-то она поделилась — дескать, боится, что и у Мориса туберкулез, а Нора только начала с ним встречаться. Во всяком случае, речь шла о Морисе и туберкулезе. А тот человек сказал еще кому-то, а дальше уже передали Норе. И она вбила себе в голову, будто мама по всему городу распространяется о Морисе, его родне и туберкулезе, — взяла и перестала с ней разговаривать.

— Если закусит удила, ее ничем не проймешь, — сказала Кэтрин.

— А потом, — продолжила Уна, — об этом прослышал отец Куэйд. Он был очень дружен с мамой, потому что она состояла в хоре и часто пела в соборе. Он спросил у нее, она подтвердила. Тогда он ближе к Рождеству подкараулил Нору, велел прекратить эту чушь, и они договорились, что она поздравит маму с Рождеством и на том все кончится.

— Как камень сняли с души, — сказала Уна. — По-моему, всему городу стало легче — по крайней мере, нашим знакомым.

— И что было дальше? — спросила Филлис.

— Она дождалась, — ответила Кэтрин, — когда мама нагнется вынуть из духовки индейку, наклонилась и пожелала ей счастливого Рождества, но выглядело так, будто она желает счастливого Рождества ее заднице.

— Я, помню, чуть не взорвалась, — сказала Уна.

Нору начал разбирать смех.

— Смотрите, она не спит, — заметила Филлис.

— Мы как раз о тебе говорили, — сказала Кэтрин.

— Я слышала каждое слово, — ответила Нора.

* * *

Ночной сон восстановился, и Нора вернулась на службу. Боль медленно отступала. О случае в спальне она никому больше не сказала. Возможно, как рассудила Джози, это и правда был сон. Но он казался чем-то бóльшим. Ночами, когда она гасила свет, ее утешала мысль о том, что Морис недавно и так явственно побывал в спальне. Она старалась ничего ему не нашептывать, но не могла удержаться и от собственного шепота словно засыпала быстрее и спала беспробудно.

На работе ей не терпелось уйти домой и в одиночестве побыть в заново обставленной комнате. Она набрала в библиотеке книг, разжигала по вечерам камин, включала свет и читала или просто сидела, не думая ни о чем. Ей нравилось, когда Фиона уходила и она оставалась одна с Конором; тот делал в передней комнате уроки, а потом приходил в дальнюю, садился на диван и перебирал свои фотографии или читал журналы и руководства, которые дал ему Донал. Конор почти не замечал музыки в отличие от Фионы — ее она часто раздражала. Норе казалось, что он увязывает музыку с уютом или отсутствием напряжения, но иногда замечала, что он изучает ее и взгляд его тревожен. Она подумала, что он останется таким навсегда и превратится в дерганого мужчину, который повсюду ищет предвестников какой-то беды.

* * *

Однажды в Дублине она наткнулась на распродажу грампластинок в магазине “Мэй” у парка Сант-Сти-венс-Грин — большую коллекцию от Deutsche Grammophon предлагали по цене меньше фунта за штуку. Она купила, сколько смогла унести. С Фионой и Айной, с которыми она встретилась в Национальной галерее, она выбрала в сувенирном магазине гравюры для задней комнаты. Отдаст оправить их в рамки, когда вернется к себе. А потом позовет кого-нибудь, способного забить в стену гвоздь, и развесит.

Джози договорилась с Кэтрин и Уной, чтобы они пришли с коробками и очистили шкаф, где Нора хранила вещи Мориса. Она дождалась выходных, когда Фиона уехала с Полом в Дублин, а Айна точно не собиралась домой. Договорилась с Маргарет насчет Конора: пускай пьет чай у нее и сидит подольше. В начале дня Нора поехала в Уэксфорд. Доналу написала, что приедет рано. Она купила ему в ближайшем магазине курятину, чипсы и несколько бутылок его любимого лимонада “Миранда”. Она знала, что он был бы рад увидеть с нею Конора, Фиону или Айну — они бы разговаривали и спорили между собой, когда ему хотелось молчать. Наедине с Норой возникало напряжение. Он обижался на ее советы.