Буря (сборник) - протоиерей Владимир Чугунов

– Майоми был крестьянка. Её муж; забрали строительство Китайский сте-ена. От него долго не был известий. Тогда Майоми поехал на сте-ена, чтобы видеть свой муж. Но он уже был неживой. Умер. На Китайский сте-ена много умер народ. Нескалька миллион ра-абов умер. Кагда Майоми узнал об этом, она заплакал. И тагда обрушился сте-ена. Адин какой-та участак. Аб этам далажили императару. Он велел пазвать Майоми. Кагда императар увидел Майоми, он прельстился её красатой. Майоми был очень красивый. Императар предложил Майоми стать ево жо-оной. Но она не захотел и бросился ре-ека. Такая легенда.

Всё это говорил гид, мой тёзка, по имени Толя, когда мы довольно медленно пробирались в потоке машин. От Пекина до Китайской стены всего сорок минут езды, но ввиду выходного дня мы ехали уже три часа. За это время я успел вздремнуть, и, наверное, многое из того, что рассказывал Толя, пропустил.

– Каждый житель Китая стремица патняца на сте-ана. В Китае считают, если патняца на самый высокий сте-ана, станешь герой. Паэтаму мы так долго едим. Сеготня выхотной день и многие едут на сте-ана. Несмотря на то, што Пикини нет светафороф, в выхотные тни часта бывают пропки, паэтаму часные машины, намера каторых аканчиваюца на семь и на два в выхотной день не пускают Пекин. Большой штраф. Такой новый закон Пикини.

– А жильё дорогое? – спросил кто-то.

– Пикине каватратный метр жилья стоит кака и Маскаве – пять тысяч долалов. Такой дарагой жилья. Я снимаю адин комнат на окраина Пекина, за две тысячи долалов. Эта читаеца дёшава. Я учусь университете и работаю, паэтаму магу пла-атить за комната.

– А машины сколько стоят?

– Новый машина стоит сыто пятьтесят тычач долалов.

– Это какую же надо иметь зарплату, чтобы купить?

– Сиретняя зарплата Китаи саставляет семьсот долалов.

– Сколько-сколько?

– Эта афициальный цифра.

– В общем, как у нас. Помните, какую цифру Путин озвучил?

– Шестнадцать?

– Шестнадцать в позапрошлом году. А в этом уже двадцать три.

– Выходит, тоже почти семьсот долларов?

– Перед самым началом перестройки нам на лекции в институте говорили, что девятьсот долларов минимальная зарплата американца, и что создание одной атомной бомбы нам обходится в такую сумму, которой хватило бы на строительство города с пятнадцатитысячным населением.

– Не может быть!

– Так нам сказали! А теперь прикиньте, судя по размаху нашей территории, сколько народу в результате гонки вооружений осталось без жилья. А ещё говорили, что интенсивный технический прогресс ведёт к перенакалению планеты, что, в свою очередь, грозит экологической катастрофой (таянием ледников, повышением уровня океана), и чтобы всего этого избежать, даже собираются создать специальную пушку, с помощью которой избыток энергии намереваются выстреливать в космос. Вроде – выход, но есть одна загвоздка: в случае аварии пушки – сгорает вся планета.

– Что вы нас всё пугаете?

– Вам не страшен серый волк?

– Нам страшен серый волк, но мы верим, что учёные обязательно что-нибудь придумают! Правильно я говорю, товарищи? – объявила в микрофон Ирина.

Послышались одиночные хлопки.

– А вот это, я считаю, совершенно излишним!

– Тогда верните микрофон человеку!

– А я, по-вашему, кто?

– Вы женщина!

– А он человек!

– Ха-ха… Хи-хи…

– Кто это сказал?

– Что значит, кто сказал? Вы что, не считаете себя женщиной?

– Хи-хи… Ха-ха…

– А мы почему стоим?

– И долго уже стоим!

– Так! Внимание! Я кому говорю – тихо! Так! Все быстренько выходим из автобуса и идём пешком! Иначе мы ещё два часа будем добираться!

– А пешком?

– А пешком за полчаса дойдём.

– В гору?