Дважды убитый - Александр Шабашкевич

— А почему контрабандный?

— Да потому, что алмазный рынок строго квотирован. Ребята из «Денирс» каждый камушек отслеживают. Мимо них ничего не проходит. Эта алмазная корпорация сильнее многих государств. А нам продавать, видимо, больше нечего. Цены на нефть — сам знаешь какие. Внутри страны тоже нечего продать. Так-то, мой друг.

— Да-а, — протянул Толя. — Велика Россия, а продавать некому. А как они переправляют камни? Диппочтой?

— Черт их знает. Но думаю, что только не так. Государство подставлять нельзя. Скорее всего, действуют через подставные фирмы и гражданские структуры. Поэтому все засекречено, а саму операцию проводят спецагенты. Причем не просто спецагенты, а специальные люди из элитных боевых подразделений.

— Любопытно, — откинулся на спинку кресла Толя. — Представляешь, что будет, если они обрушат рынок алмазов и станет известно, кто именно это сделал! Расхлебывать потом нам придется. Кто после этого нам будет давать кредиты? Да-а. Что-нибудь еще известно?

— Дополнительная информация будет часа через три. Встречаемся здесь.

* * *

Разделившись, члены спецгруппы почти синхронно преодолевали кордон. Играющий роль путешествующего студента Геннадий воспользовался полнейшей неразберихой на румынской границе, разгромленной еще в прошлом году молдавскими волонтерами, и уже брел по улицам Ясс. До венгерской границы отсюда было рукой подать, никаких сложностей не предвиделось. Блок восточноевропейских стран хотя и распался, но визовые режимы между ними установлены не были. Для перехода границы достаточно было советского зарубежного паспорта.

Саше и Борису было чуть сложнее, потому что поляки к советским людям относились строже. Но как раз в это время в пику разрушенным экономикам двух стран ярко расцвело великое движение «мешочников».

Люди с обеих сторон границы уже не ждали милостей от своих правительств, поэтому ринулись продавать соседям все, что было под рукой. Поэтому два новых «мешочника», Саша и Борис, пересекая границу в районе советского Бреста и польского Тересполя, никаких подозрений не вызвали.

Игорь, украшенный тяжелыми роговыми очками, тростью и профессорским портфелем, сошел с самолета во Львове, пересел в поджидавшую его «Волгу» и помчался в сторону Ужгорода. Время было рассчитано так, чтобы успеть в Чопе сесть в поезд сразу после того, как пограничники и таможенники закончат обход вагонов.

* * *

— Ну что, есть новости? — нетерпеливо спросил Толя, плюхаясь в кресло.

— А как же! — округлив свои полусонные глаза, откликнулся Егор. — Еще какие!

— Давай не тяни.

— Значит, так, — начал Егор. — Для прикрытия операции создан кооператив «АНТ».

— Понятно, — нетерпеливо перебил Толя. — Этот кооператив и будет получать бабки, оформив цивильный контракт на какие-нибудь железки.

— Так, да не совсем. Простые железки не подойдут. Нужны такие, чтобы весили мало, а стоили много. Иначе придется под такую сумму их со всей страны собирать.

— Что же это может быть? Электроника? Так у нас ее нет. Ракеты? Это уже слишком. Хотя что-нибудь из тяжелого вооружения, пожалуй, подойдет. Или какой-нибудь секретный двигатель будут сбывать. Но все равно риск при этом — выше некуда. Сделка-то подпольная, никем и ничем не застрахованная, значит, могут кинуть.

— Могут, поэтому и подрядили спецназ. Но все равно в случае чего шуму будет на всю Европу. Газеты выйдут под шапками: «Опять эти русские!» или «Империя зла превращается в империю криминала!» До Горби, нашего нобелевского лауреата, грязь, может, и не долетит, зато всем остальным достанется по полной программе. Нам это нужно?

— Нам этого точно не надо. Нам требуется кредит доверия. Если мы начнем реформы, а МВФ откажется давать в долг, то будет конец всему — и нам, и реформам. Наше правительство, конечно, будет нищим, но на паперти МВФ мы должны выглядеть честными и опрятными. А где, кстати, будут проводить сделку? Это известно?

— Известно, — вздохнул Егор. — В Будапеште. Но неизвестно самое главное: кто покупатель и где камни с деньгами войдут в игру.

— Ясно одно: даже если они проскочат мимо алмазной империи, а камни всплывут на рынке, то на Западе немедленно определят, что они из Якутии, — сделал вывод Толя. — И «Денирс» замучается их вылавливать по всему миру. Поэтому сделку надо сорвать без скандала. Но как? Большой Бэн знает?

— Нет, я ему не докладывал. Источник информации лично мой. Да и не поможет нам Боря в данной ситуации. У него пока не те возможности. Пусть себе митингует.

— Да, ты прав, — согласился Толя. — И Интерпол подключать нельзя. В этом случае скандала избежать не удастся.

— Другие международные структуры тоже не годятся. Не через ООН же действовать.

— А что, если нам попытаться договориться непосредственно с алмазной корпорацией? — воскликнул Толя. — У них служба безопасности круче нашей Конторы будет.

— Пожалуй, это идея, — одобрил Егор. — Слетаю в Лондон, кое-кого навещу.

* * *

— Вадик, — проверещала Вики, — звонила Ася. Она только сегодня вернулась в Монреаль из Израиля. Хочет зайти к нам вечерком с Суреном.

— Какого черта им надо? — насторожился Бурт.

— Вадик, ты такой грубый! — огорчилась Вики. — У Аси к тебе есть какое-то дело. Не могла же я ей отказать. И мне хочется ее увидеть. Должна же я хоть с кем-то разговаривать.

Бурт, в отличие от Вики, сразу сообразил, что от него нужно Ашхен, которая просто будет живым продолжением ночного телефонного разговора с Москвой. «Как же, из Израиля она вернулась! Сурен, конечно, не в курсе. Да и толку от него никакого — играет в честного бизнесмена», — подумал он.

— Надо исполнять долг, Вадик, — первым делом сообщила вечером Ася, уединившись с Буртом в его кабинете. — Это не мое дело. Я просто передаю тебе приказ наших друзей. Ты сам знаешь, что бунтовать бесполезно. Для таких ситуаций тебя и создали.

— Кто командует, Ася? — Бурт театрально задрал руки к потолку и забегал по кабинету. — Сама подумай! Кому козырять? Все катится к концу. Не сегодня, так завтра Союз исчезнет. И кому достанутся деньги? Кому, Ася?

— А ты хочешь, чтобы все осталось у тебя? — прищурилась Ася. — Может, Союз и рухнет, но это не значит, что рухнет все. Кое-что останется. И оно способно тебя достать и на краю света. Ты сам оттуда, поэтому должен знать азбуку. Короче, через три дня твой представитель должен быть в Будапеште.

— Сама подумай: куда я эти алмазы дену? На рынок выброшу? Меня через час вычислят. А может, договоримся, а? Все равно их уже хрен что спасет.

— Со мной столковаться нетрудно, — неожиданно согласилась Ася. — А вот как ты с ними будешь договариваться?

— Найду способ, — буркнул Вадим.

— Представляешь, Вадик, — неожиданно нарисовалась в дверях Вики, — Сурен такой смешной, он не любит устриц. Я их просто обожаю.