Сто имен - Сесилия Ахерн

— Я не успею, Пит, — шипела Китти в телефонную трубку. — Разумеется, я хочу попасть на редколлегию, но я застряла в Корке и никак не смогу добраться к шести. Как насчет субботы?

— Нет, Китти. Я не стану созывать всех завтра по второму разу. Мы и так уже слишком долго тебя ждали, и мы до сих пор даже не знаем, о чем ты собираешься писать! Подумать только, это главный материал в разделе, посвященном Констанс, все из кожи вон лезут, чтобы успеть к сроку, а тебя где-то носит…

— Прости, я каждый час, каждую минуту занимаюсь лишь этой работой, и ты это прекрасно понимаешь. Ладно! Найду я способ поспеть вовремя. — Она отключилась и принялась грызть ногти.

Стив смотрел на нее, вопросительно приподняв брови.

— Пит меня прижал, — не стала она лукавить. — Если к шести не попаду в редакцию, он снимет мою статью.

Она не собиралась говорить об этом во всеуслышание, но ее герои толпились рядом и внимали каждому слову.

— Нет, Китти, — решительно вмешался Ендрек. — Этого мы не допустим. Статья должна быть опубликована. Чем помочь?

— Спасибо, Ендрек! — умилилась она. — Вы все так ко мне добры, но я просто не понимаю, как поспеть на редколлегию к шести часам. Если в ближайшие пять минут Молли не отпустят, я точно опоздаю.

— Ты уж не обижайся, Китти, — на полном серьезе продолжал Ендрек. — Мы, конечно, уважаем тебя и понимаем, что у тебя есть определенные обязательства перед коллегами и друзьями и что ты дорожишь своей работой, но каждый из нас доверил тебе свою жизнь. Мы рассказали тебе самое заветное, вложили тебе перо в руки, чтобы ты написала о нас. Не только тебе нужна эта статья, но и всем нам. Это наша история.

Китти поглядела на Стива. Тот смотрел на нее, словно удивляясь, как она сама до этого не додумалась. Наконец-то все встало на свои места. Эта история — не ее и даже не Констанс. Не в том задача, чтобы воздать честь умершему главному редактору и самой вернуться в профессию. Это их жизни, их истории, она в долгу перед этими людьми. Устыдившись минутной слабости, Китти срочно принялась действовать.

Полчаса спустя Молли освободили, и автобус тронулся в путь.

— Что ты им сказала, Китти?

— Я дозвонилась в дом престарелых, Бернадетте.

— О нет, только не ей, она меня уволит, — простонала Молли.

— Уволить не уволит, — шепнула ей Китти, — но гонять ближайшие несколько месяцев будет в хвост и в гриву. Я объяснила ей все как есть, что мы сделали и почему, и попросила отозвать заявление и сказать полицейским, чтобы тебя отпустили. Сегодня они поедут играть в лото на школьном автобусе, а мы как раз смотаемся в Дублин, только жми на газ и слушайся меня, ладно?

— Куда же мы поедем? — удивилась Молли.

— Небольшой крюк, — ответила Китти, догрызая свои ногти: стрелка часов уже приближалась к шести.

В шесть тридцать они остановились перед офисом «Etcetera». По телефону Пит уже грозился распустить редколлегию, не дожидаясь ее, но Китти заверила его, что успеет.

— Итак, ребята! Я обещала не задерживать вас надолго. Следуйте за мной.

— Удачи! — подмигнул ей Стив.

И они, готовые к новым приключениям, выбрались из автобуса и пошли за ней.

В дверях второго этажа стояла Ребекка, арт-директор, с тревогой высматривала опоздавшую.

— Наконец-то, Китти! — сказала она. Китти взлетела по ступенькам, чуть было не проскочив мимо нее. — Они там неистовствуют. Не завидую я тебе. — Она на ходу стянула с Китти плащ и ошеломленно уставилась на разношерстную компанию, которая поднималась вслед за ней. — А это кто? Китти! Китти!

И сама пошла следом, тараща в изумлении глаза.

— Подождите минуточку! — попросила своих героев Китти, глубоко вздохнула, успокаиваясь, и вошла в конференц-зал.

Там пахло кофе, потом, гневом. Пахло раздражением и разочарованием — этот запах сочился из пор каждого, кто сидел за столом, и все были настроены против нее.

— Привет всем, — сказала она, отдуваясь. — Простите за опоздание. Вы себе представить не можете, как я сюда добиралась.

В ответ послышались стоны, ворчание, мол, все добирались с трудом, но Китти спешила дальше, она с радостью отметила присутствие Боба — значит, Черил больше не исполняет обязанности замглавного, и это хорошо. Она ласково улыбнулась и Питу, и Черил:

— Привет, ребята, рада видеть вас снова.

Черил зарделась и отвела взгляд.

— Две недели назад я получила задание сделать последний материал, который задумала Констанс. Огромная честь для меня, и я старалась изо всех сил, ведь мы все знаем, каким профессионалом была Констанс, она всегда стремилась к совершенству, не признавала ничего, кроме самого лучшего, а я вряд ли могла надеяться, что у меня все выйдет как надо. И многие из собравшихся здесь тоже не верили, что у меня получится, и я хорошо вас понимаю. — Под взглядами коллег Китти слегка поежилась: да, она угадала. Никто не верил, что она справится. — Но за эту неделю многое произошло, многое изменилось. Начинать мне пришлось со списка из ста имен. Только имена, и ничего более. Никаких объяснений, никаких наметок, вообще ничего, только список имен людей, о которых мы никогда не слыхали. Не было возможности связаться с ними, выяснить, в чем сюжет. Ничего не было. Вот почему у меня это заняло столько времени, — сказала она, обращаясь к собравшимся, и могла убедиться, что никто понятия не имел о таких трудностях.— Мне предстояло найти связующее звено, объединяющее сто человек, и мы думали… я думала, что в этом и заключается сюжет. Пока что мне удалось поговорить с шестерыми из них.

Пит нетерпеливо вздохнул.

Китти обернулась к нему:

— Пит, ну как я могла за две недели встретиться с сотней человек? Тем более они знать не знали, что про них кто-то собирается писать.

— Констанс не связывалась с ними? — удивилась Ребекка.

— Нет! — засмеялась Китти. — Она сама ничего про них не знала.

Все переглядывались в недоумении.

— Теперь-то я так ясно это понимаю, — продолжала Китти. — В последнюю нашу встречу Констанс учила меня, как учила всегда, искусству писать. Она сказала: чтобы найти истину, не стоит отправляться в боевой поход и палить из всех пушек, разоблачая ложь. И особых открытий не требуется. Надо всего лишь проникнуть в суть. Моя задача состояла не в том, чтобы разоблачить ложь или чей-то секрет или выяснить нечто потрясающее, что эти сто человек предпочли бы скрыть. Нет, требовалось просто их выслушать. Вот в чем заключалась идея Констанс. — Для большей выразительности Китти выдержала паузу. — Берем наугад сто человек из телефонного справочника и получаем сто сюжетов, потому что каждый, каждый человек на свете может рассказать свою собственную историю. У каждого, самого обычного человека — необычная история. Люди думают, будто они ничем не замечательны, будто их жизнь обыденна и скучна, раз о них не пишут в передовицах, они не получают международных премий и не совершают подвигов, но насамом деле каждый совершает что-то хорошее, удивительное, какой-то отважный поступок, что-то, чем может гордиться. Каждый день — и никто это не замечает. Вот о чем надо писать. О невоспетых героях, о людях, которые себя и героями-то вовсе не считают, просто делают то, что надо делать.