Строго между нами - Кэти Келли

— Не беспокойся, — сказала Холли. — Мы вызовем такси. Бедный Финн! Должно быть, у него действительно много работы.

— Да, — каким-то деревянным тоном подтвердила Тара. — Эта работа уже его достала.

Холли помахала вслед такси, увозившему Тару, а сама пошла наверх, на свой этаж, где на двери своей квартиры обнаружила приклеенный скотчем довольно большой плакат: «Вход на вечеринку со своими напитками!» Холли без труда узнала почерк Кенни.

Похоже, ее приятели устроили импровизированную вечеринку: за их дверью играла музыка — хриплый голос Мартина заполнял латиноамериканскими мотивами весь второй этаж.

Холли бросила пальто и сумочку на диван и взглянула на свое отражение в зеркале. Косметика почти стерлась, а волосы лежали так, словно их растрепал ветер.

В ванной комнате Холли тщательно расчесала волосы и быстро восстановила макияж. На все это ушло три минуты. Осталось быстро переодеться, и можно идти.

Холли знала, что появлением в таком виде может вызвать иронию со стороны некоторых. Прежде она и сама не подумала бы о подобных «мелочах», но когда к их походам по местным барам присоединился Том, Кенни однажды пошутил над Холли, сказав ей, что она, видимо, хочет произвести на него впечатление. Впрочем, эта шутка оказалась не так далека от правды.

— Кенни, — возмущалась Холли, — не говори так!

— Да ладно, все в порядке. Том же свой, — утешающе отвечал Кенни. — Была троица, стал квартет.

— Говорил бы лучше за себя, — пошутила Джоан.

Тогда в баре Холли попыталась убедить друзей, что она не пытается производить впечатление.

— Я же специально наряжаюсь для работы, — говорила она. — Почему тогда после работы должна выглядеть как неряха?

— Совершенно верно, — одобрительно сказал Кенни. — Вот только бы еще уговорить Джоан приводить себя в порядок хотя бы к уик-эндам.

Дверь в квартиру Кенни и Джоан была не заперта. Холли толкнула ее и громко объявила, что записка на двери была совершенно лишней.

— Чаровница, а мы собирались уже звонить тебе, чтобы ты приходила пораньше! — радостно воскликнул Кенни. Он был пьян и весел.

Рауль, новый друг Кенни, сидел с Джоан на полу и манипулировал парой бутылок, то и дело вилкой доставая из чаши нарезанные бананы.

— Джоан и Рауль делают коктейль, — пояснил Кенни, бросив взгляд в сторону Рауля.

— Да, — сказала Джоан. — Называется «Банановый сюрприз».

— Ненавижу бананы, — мрачно добавил Рауль, пытаясь разрезать лимон совершенно не приспособленным для этого ножом.

Холли рассмеялась. Этот Рауль не был похож на типичных друзей Кенни из среды мужского модельного бизнеса. У него были неопрятные светлые волосы и совершенно не выдавались скулы. Кенни же нравились манекенщики с черными как уголь волосами и широкими скулами. Энто, живший с Раулем в одной квартире, сидел перед телевизором и увлеченно играл во что-то на «Плейстейшн-2», иногда издавая недовольное ворчание. На диванчике в своих обычных джинсах и серой футболке лежал Том, поражая воображение своим шикарным телом игрока в регби. Он один казался здесь островком спокойствия, не затронутым хаосом. Том смотрел на Холли спокойным трезвым взглядом и, кажется, был единственным, кто приятно удивился ее приходу.

— Если хочешь, есть пиво, — сказал Том, подвигаясь, чтобы Холли могла сесть. — Или будешь кока-колу?

— Кока-колу, — сказала Холли, переступая через Джоан. Для великана Тома диванчик казался слишком маленьким, но Холли совершенно не возражала против того, чтобы сидеть в тесноте.

Том выдернул кольцо на банке с кока-колой и, почему-то зардевшись, вручил банку Холли.

— Спасибо, — поблагодарила она.

— Вот черт! — воскликнул Энто, очевидно, потеряв очко.

— Банановый коктейль! — торжественно объявила Джоан, поднимая стеклянный кувшин с грязно-желтым отстоем.

— Я это не буду, — сказал Кенни, наливая себе еще стакан вина.

Под музыку Рики Мартина он вертлявой танцующей походкой с закрытыми глазами пошел по комнате и каким-то чудом не врезался в шкаф.

— Ты должен это попробовать, — икнув, сказала Джоан. Не без труда она разлила густую жидкость по двум стаканам.

— Ты готов, Рауль? — спросила она, протягивая ему один из стаканов. — Ну, раз, два, три!

В несколько больших глотков они справились со своими коктейлями, и Рауль, склонившись, изобразил, что его тошнит.

— Я же говорил, что ненавижу бананы!

Холли и Том с интересом наблюдали.

— Кенни сегодня получил заказ, — сказал Том. — Именно это мы и празднуем.

— Ух, — сказала Холли. — А я-то думаю, чего это он празднует в будни? Видимо, завтра утром мне придется зайти к ним, чтобы вытянуть их из постелей.

— Неужели ты так о них заботишься? — спросил Том.

— Мы заботимся друг о друге, — ответила Холли. — Они для меня как вторая семья, или, точнее, как брат и сестра.

— Но у тебя же две сестры. Разве не так?

— Да, и сегодняшний вечер я провела с ними. Я обожаю своих сестер. Я не хотела сказать, что Кенни и Джоан заменяют их. Они лишь… дополняют. — Немного помолчав, она продолжила: — Просто мои сестры старше меня. Общаясь с ними, я невольно ищу у них одобрения. А мне бы хотелось дружить с равными себе. — Холли показала на Кенни и Джоан: — По крайней мере именно такие отношения у меня с ними. Никто никого не учит жить. Ведь это же здорово?

— Здорово, — с вдумчивым видом подтвердил Том. — Говорят, что именно в семье, пусть даже названой, формируется личность. По крайней мере Кэролайн верит в это. Она утверждает, что стала такой честолюбивой потому, что оказалась в семье средним ребенком.

— А она действительно такая честолюбивая? — спросила Холли.

Том печально усмехнулся:

— Очень. Такая женщина достигнет успеха в жизни. Однако я не думаю, что это связано с ее семьей.

— А как насчет тебя? Ты младший ребенок в семье или средний?

— Я самый старший из четверых. И боюсь, самый разумный, организованный и скучный.

— Нет, что ты, — возразила Холли. — Если человек надежен, что в этом плохого?

— Просто перспектива общения с таким человеком не очень захватывает, — улыбнулся Том.

— Ну, это слишком, — сказала Холли. — Стелла, моя старшая сестра, и надежна, и разумна, и замечательна. Лично я в трудную минуту положилась бы на такого человека. А Кэролайн со своей теорией, пожалуй, права. Тара, средняя сестра, и честолюбива, и в чем-то даже жестока.

— Ну а тебя, как младшую, конечно, дико баловали и потому испортили, — сказал Том с сомнением в голосе.

Теперь уже вздохнула Холли.

— Совсем не так, — сказала она. — Мои родители — очень занятые люди. Мама работает в комитете по распределению благотворительных средств и в силу своего воспитания мало меня балует. К тому же, как я подозреваю, мои родители ждали мальчика, а вместо него родилась девочка.