Диетлэнд - Сарей Уокер

– Несомненно.

Эти шутки хоть на мгновение принесли облегчение нам обеим. Официантка приняла заказ, и когда она отошла на приличное расстояние, я склонилась над столом и зашептала Джулии:

– Кто-то отправляет странные письма читательницам Daisy Chain и призывает их бороться и самим вершить правосудие.

– О, это не проблема, – беспечно протянула Джулия с улыбкой. Я сначала не поняла, чего это она, пока не заметила приближающуюся к нашему столику официантку. Девушка принесла вино, а мы с Джулией выпрямились и мило заулыбались. Я осторожно пригубила напиток, глядя на Джулию сквозь стекло бокала.

Когда мы снова остались одни, Джулия объяснила, что сеть «Остен» подверглась нападению хакеров.

– Взломали электронные адреса, загрузили информацию о подписчиках да все украли. Но это нам с тобой только на руку. Теперь уж точно никто не свяжет утечку адресов с нами. Так что не волнуйся.

Я немного расслабилась, сделав еще глоток:

– Но я ведь теперь переписываюсь с девочками самостоятельно. Все это может показаться невероятным совпадением.

– В этом нет ничего криминального. Ты работала на Китти много лет. У тебя появилась особая связь с бедными девочками, бла-бла-бла. Поверь мне, эта наименьшая из наших проблем.

«Наших проблем?» Тяжелая фраза, перегруженная смыслом. Почему она так сказала?

– Так о какой услуге ты хотела меня попросить? – Не было никакого смысла прогуливаться у кромки воды, я нырнула прямо в глубину.

– Не сейчас, – прошипела Джулия. Она беспокойно постукивала пальцами по столу, выглядывая что-то за моим плечом. Обычно я смеялась над паранойей Джулии, но сейчас она попала в сети, и, похоже, я вместе с ней.

– Расслабься, – прошипела я в ответ, тоже оглядываясь по сторонам.

– Не могу. Температура поднялась.

– Какая еще температура? – спросила я, но Джулия не ответила, лишь продолжала обмахиваться меню, как веером. – Что ты подумала, когда услышала новости о личности Дженнифер?

Я хотела видеть ее реакцию.

– Я была в шоке, – коротко бросила она, все еще высматривая что-то. Потрясенной она не выглядела.

– Для тебя это были и вправду новости, Джулия?

Она резко повернулась ко мне, глаза ее сузились под тяжелыми веками с тенями цвета пепла и ресницами олененка Бэмби. Она провела языком по губам, будто забавляясь.

– Я помню, как впервые увидела тебя в «Уголке красоты», – сказала она. – Ты была такой робкой. Помню, как ты покраснела, когда я спросила, какого цвета у тебя соски. Теперь взгляни-ка на себя!

Она склонилась над столом и взяла бокал. Моя нижняя губа отпечаталась на стекле, пушистая гусеница из темной помады чуть ниже ободка. Джулия отпила из того же места.

– Я тоже помню эту встречу. Ты и сейчас такая же увертливая, как тогда.

Она снова поставила бокал передо мной.

– Как бы я ни наслаждалась этим разговором, – протянула она, – пришло время обсудить услугу.

Я хотела отпить еще немного вина из бокала, но не стала.

– Тебе следует напечатать «Мне нужно попросить тебя об одной услуге…» на своих визитках.

– Я доверяю тебе. А доверяю я немногим. – На этот раз говорила она искренне. – Зайдешь в дамскую комнату через две минуты.

Она встала, поправила воротник тренча и направилась в туалет. Я подождала пару минут, затем последовала за ней.

– В самом конце, – послышался приглушенный голос из кабинки. В туалете было всего три кабинки, первые две пусты. Я открыла дверь третьей кабинки и протиснулась внутрь, что далось мне с трудом. Мы с Джулией стояли, прижавшись друг к дружке, в тесной кабинке.

– Я погрязла в таком болоте, Плам. – Вместо привычной развязности голос Джулии был полон отчаяния. – У меня большие проблемы.

Я хотела было отойти от нее, но в кабинке не было места.

– Не уверена, что хочу знать, какие, Джулия.

Раньше я хотела, теперь боялась.

– Пожалуйста, – умоляла она. – Попроси у Верены денег. Столько, сколько сможешь. Скажи, что это для тебя. Долги оплатить или что-то еще. Придумай что-нибудь.

У меня внутри все перевернулось.

– Зачем тебе деньги?

– Это не для меня.

– А для кого?

Я знала, о ком она, но хотела услышать.

– Для нее.

Если бы мы не были заперты в тесной кабинке, я наверняка бы разбушевалась.

– Я знала, – воскликнула я, пытаясь оставаться спокойной, но голос предательски дрожал. – Знала, что ты врала все это время.

Я была в самом начале лабиринта и, куда бы он меня ни привел, продолжала двигаться в неизвестных направлениях. Я хотела было открыть дверь кабинки, но Джулия перехватила запястье и положила руки мне на плечи.

– Ей нужна твоя помощь.

Я думала о Лите постоянно, но даже не подозревала, что она могла думать и обо мне.

– У нее все хорошо?

– Нет.

– Где она?

– Лучше тебе этого не знать, – покачала головой Джулия. – Слишком опасно.

– Опаснее, чем сейчас?!

Теперь не только все внутри меня перевернулось, казалось, каждая мышца напряжена до предела. Я потянулась к своему горлу.

– Зачем ей деньги? – прохрипела я.

– Чтобы сбежать. Она должна бежать отсюда.

Я прижалась спиной к полированной металлической дверце кабинки, опускаясь на нее всем весом. Ноги не держали меня.

– Это… это и вправду происходит? – закашлялась я.

«Проснись, – мысленно говорила я себе. – Это всего лишь кошмар». Я вспомнила кражи в магазинах, тяжесть кирпича, ссоры с незнакомцами. Все это было только цветочками.

– Что именно сделала Лита?

Все хотели знать ответ на этот вопрос. Шэрил Крейн-Мерфи целыми неделями мусолила эту тему в новостном блоке. И вот я скоро должна была это узнать.

– Что бы она ни сделала, она сделала это для Люс, – ответила Джулия.

– Скажи мне.

– Не могу. Тебе же лучше, если не будешь знать. Поверь мне.

– Но, Джулия, я не смогу вам помочь, если не буду знать всей правды. Ты просишь меня стать частью этого.

Открылась дверь в дамскую комнату, и Джулия приложила указательный палец к моим губам. Послышался звук льющейся воды, затем шум сушилки для рук. Через несколько минут дверь в туалет снова открылась и захлопнулась.

Она убрала палец, кончик его был испачкан губной помадой.

– Аметистовая слива?

– Откуда ты знаешь?