Любовь за кадром - Эммануил Тафель

– Я тебя предупредила, если не послушаешься, то сам будешь виноват.

Девушка подошла к камере, у которой увлечённо работали операторы. Съёмка продолжалась ещё минут пятнадцать, а затем, собрав аппаратуру, группа тронулась в путь. Солнце поднималось всё выше, жара обволакивала всё вокруг и поэтому снежные шапки на вершинах гор казались совершенно нереальными. Машина шла по дороге, ведущей в долину. Скорость не превышала ста километров в час и было понятно, что водитель решил не обострять ситуацию.

Они ехали уже довольно долго, когда Виноградов, посмотрев вверх, ахнул: значительно выше, прижатый исполинской вершиной к краю обрыва, на крохотном пятачке приютился горный аул. Его маленькие, белённые домики, расположенные рядом со снеговой шапкой горы, заметно выделялись на фоне тёмного обрыва.

– Остановите, пожалуйста, машину, – попросил Александр. – Мы сейчас будем снимать.

Сказано это было таким тоном, что шофёр сразу же начал тормозить.

– Виктор, приготовь камеру, – оператор был немногословен.

– Штатив берём? – спросил Кравцов.

– Нет, буду снимать с рук, но ты прихвати аккумулятор.

Они вышли из машины и тут Виктор увидел горный аул. Он застыл на месте, боясь шелохнуться, чтобы неловким движением не развеять этот прекрасный мираж.

– Что ты встал, как изваяние? Давай сначала снимем кадр, а уж затем будем любоваться красотами природы, – оператор готовился к работе и был раздражён медлительностью помощника.

Он вскинул камеру на плечо, готовый немедленно начать съёмку, а Кравцов, неся аккумулятор, всё удивлённо посматривал на аул, который навис над глубоким обрывом. Расставив пошире ноги, и тем самым утвердившись на земле, Виноградов сразу же начал снимать. Он боялся, что изменится положение солнца и исчезнет то непередаваемое ощущение полёта, в котором как бы находился горный аул. Через десять минут всё было кончено и оператор, прихватив кинокамеру, вернулся к машине.

– Мы закончили съёмку, Нелли и поступаем в ваше распоряжение, – Александр опустился на сидение и пристроил камеру у себя на коленях.

Девушка благодарно улыбнулась и села рядом с водителем. Вскоре машина уже неслась по шоссе. Впереди показалась большая, совершенно плоская долина, со всех сторон окружённая горами.

– Благодатный край, – с восторгом сказала Нелли. – Здесь вино заменяет воду, а воздух является целебным.

Прямая, как стрела дорога рассекала долину надвое и по обеим сторонам её тянулись бесконечные шеренги виноградников.

– На винный завод, пожалуйста, – обратилась к водителю девушка.

Он едва заметно кивнул и такси, не сбавляя скорости, проскочило долину а минут через двадцать подъехало к воротам большого здания. Нелли бодро выскочила из машины.

– Вы нас оставляете? – заволновался Шурик.

– Нет, я только на минутку в управление, мне надо узнать на каком участке работает мой брат, а затем мы организуем небольшую экскурсию.

Она сразу же скрылась за дверью, а парни, чтобы уберечься от жары, расположились в тени, у стен заводского корпуса. Отдых длился недолго, так как минут через десять Нелли вышла из проходной на улицу.

– Шота уже ждёт нас, – приветливо сказала она. – Он сейчас освободится и сможет уделить нам немного времени.

– А как мы пройдём? – поинтересовался Виноградов.

– Пропуска я заказала и машина с аппаратурой тоже может въехать внутрь.

Медленно разъехались тяжёлые, металлические ворота и такси въехало на территорию завода. Здесь их уже поджидал средних лет полный мужчина в укороченных брюках и рубашке навыпуск.

– Шота Гургаев, технолог, – низким голосом представился он. – Я покажу вам наше производство, только убедительно прошу идти рядом со мной.

– Отчего так? – сразу же встрял Шурик.

– Чтобы вы не провалились в бочку с вином.

«Как по минному полю», – с усмешкой подумал Виноградов.

Они пошли за технологом, стараясь не отклоняться в сторону.

– Посмотрите на эти бункера, – увлечённо говорил он. – В них сбрасывают самосвалы тонны винограда, собранного в долине. Затем он поступает в агрегаты, где выжимается сок и отделяется использованное сырьё.

В отличии от своей сестры, Шота не очень хорошо говорил по-русски и чувствовалось, что это объяснение даётся ему с трудом.

– Из виноградного сока мы изготавливаем вина, а сырьё используется для получения спирта. Я не могу вам объяснить технологию изготовления вина не только потому, что это профессиональная тайна, но и в известной мере от того, что мы сами не всегда можем предугадать те результаты, которые получатся после отстаивания вина в бочках. Кстати, я могу вам их сейчас показать.

Они направились к белому двухэтажному зданию и войдя внутрь, увидели громадных размеров бочки, поставленные с таким расчетом, чтобы их верхние крышки оказались на уровне второго этажа. Шота шёл впереди и, оживлённо жестикулируя, говорил:

– Вы должны понять, что наш завод не просто так называется «Киндзмараули», так же кстати называется и виноград, из которого мы делаем наше лучшее вино, – технолог смущённо замялся. – Конечно, для сравнения можно назвать и такое вино как «Хванчкара», но я лично считаю, что наше вино лучше.

На втором этаже этого необычного здания пол был выстлан цементом, сквозь который проступали небольшие бугорки, напоминающие кротовые норки.

– Сейчас я вам дам попробовать вино из нескольких бочек и вы сами убедитесь в том, что у них совершенно разный вкус, хотя все они называются «Киндзмараули».

Шота открыл дверь в подсобное помещение и что-то негромко сказал по-абхазски. Минуты через две появился паренёк лет шестнадцати, неся в руках поднос со стаканами. Он роздал их гостям, а затем приподнял и отодвинул в сторону один из бугорков, под которым оказалась деревянная крышка, сантиметров тридцати в диаметре. Когда подняли и её, то стал виден слой вина необычного пепельного оттенка.

Виноградов, стоявший как и все со стаканом в руке, невольно подумал:

«Один стакан вина я без проблем одолею, но если меня заставят пробовать из каждой бочки, то работать сегодня я уже не смогу».

Паренёк взял литровую стеклянную банку с длинной ручкой и, погрузив её в бочку, наполнил до краёв. Затем неторопливо поднялся, стараясь не расплескать ни капли, и стал разливать вино в стаканы гостей.

Виноградов отпил несколько глотков и уже хотел поставить стакан на деревянный столик, когда заметил протестующий взгляд технолога.

– Обижаете, дорогой. Такое вино надо пить до дна.

Смущённо оглядевшись и увидев, что не только парни, но и девушка выпила всё вино, Виноградов смакуя допил свой стакан. А в это время паренёк, проворно закрыв первую бочку, уже перешёл ко второй. За ним как тени следовали Шурик и Виктор.