Хроники Заводной Птицы - Харуки Мураками

– Совершенно верно, – кивнула Крита. – А что касается вашего пятна, то если оно не болит и не чешется, лучше забыть о нем на какое-то время. Вот я на такие вещи внимания не обращаю и вам советую не обращать. С людьми иногда такое бывает.

– Ты думаешь?

Некоторое время мы молча жевали. Я уже давно не ел в компании. Все было очень вкусно. Я сказал об этом Крите, и мне показалось, что ей приятно это слышать.

– Что же все-таки случилось с твоей одеждой?

– Вам, наверное, неприятно, что я без разрешения надела вещи вашей жены? – встревожилась Крита.

– Да нет, нормально. Надела и надела. Все равно Кумико все оставила. И все же никак в голову не возьму, как ты могла потерять одежду.

– Не только одежду – туфли тоже.

– Как же это вышло?

– Не помню, – сказала Крита. – Знаю только, что проснулась в вашей постели совершенно голая. А что до этого было – совсем не помню.

– Ты в колодец залезла, помнишь? А я ушел.

– Это помню. И еще – я там уснула. А что потом – никак не вспоминается.

– То есть ты совсем не помнишь, как выбралась из колодца?

– Абсолютно. У меня в памяти разрыв. Вот такой. – Крита расставила указательные пальцы сантиметров на двадцать. Сколько по времени могло значить это расстояние, я понятия не имел.

– А с лестницей что сделала? Тоже не помнишь? Лестница-то пропала.

– Про лестницу я вообще ничего не знаю. Не помню даже, вылезала по ней из колодца или нет.

– Можно посмотреть твои пятки? – спросил я, внимательно разглядывая чашку с кофе, которую держал в руке.

– Конечно. – Крита села рядом со мной на стул и вытянула ноги, демонстрируя пятки. Держа ее за лодыжки, я стал изучать их. Абсолютно чистые и очень красивой формы. Ни царапин, ни грязи.

– Ни грязи, ни царапин. Ничего нет, – сообщил я.

– Ага!

– Вчера целый день шел дождь, и если ты шла оттуда босиком, ноги у тебя должны быть грязные. Ты же проходила через сад, значит, и на веранде должны остаться следы. Так ведь? А что мы имеем? Пятки у тебя чистые, на веранде никаких следов.

– Да.

– Это значит, что ты не шла босиком.

Крита с заинтересованным видом слегка наклонила голову.

– Вы очень логично рассуждаете.

– Может, и логично, но пока мы ни к чему не пришли, – сказал я. – Где же ты потеряла одежду и туфли и как оттуда пришла?

– Понятия не имею, – покачала головой Крита.

* * *

Пока Крита усердно терла в раковине посуду, я сидел за кухонным столом и думал обо всем этом. И конечно, ни до чего не додумался.

– С тобой такое часто случается? Ну, что ты забываешь, где была? – спросил я.

– Это уже не в первый раз. Не часто, но время от времени бывает. Куда ходила, что делала, – не могу вспомнить, и все тут. Я уже как-то забывала где-то свои вещи. Но чтобы всю одежду и туфли в придачу – такого еще не было.

Крита выключила воду, стерла со стола.

– Крита-сан, ты так и не рассказала до конца свою историю. Начала тогда и вдруг исчезла куда-то на полпути. Помнишь? Может, расскажешь? Эти бандиты тебя поймали и заставили заниматься проституцией – работать на них. Ты встретилась с Нобору Ватая, переспала с ним… А потом что было?

Облокотясь о раковину, Крита взглянула на меня. Капли воды скатывались с ее рук по пальцам и падали на пол. На груди под белой майкой остро обозначились соски. Взглянув на них, я живо представил минувшую ночь, ее обнаженное тело.

– Ладно. Расскажу все как было.

Она снова уселась напротив.

– Тогда я убежала посредине нашего разговора, потому что не была еще до конца готова к тому, чтобы рассказать обо всем, что произошло. И все же, подумала я, лучше выложить вам всю правду, если получится. Начала, но не смогла закончить. Вы, наверное, удивились, что я исчезла так неожиданно?

Положив руки на стол, Крита говорила, глядя мне прямо в лицо.

– Конечно, удивился, но это было не самое удивительное из того, что произошло в последнее время.

* * *

– Я была проституткой, и как уже говорила, последним моим «физическим клиентом» оказался Нобору Ватая. Когда мы встретились с ним второй раз – мне эту работу поручила Мальта, – я его сразу узнала. Забыть его было невозможно. Вспомнил ли он меня, не знаю. Ватая-сан не из тех, кто показывает свои чувства.

Но давайте лучше по порядку. Сначала о том, когда Нобору Ватая стал моим клиентом. Это было шесть лет назад.

Помните, я говорила, что потеряла тогда всякую чувствительность к боли? И не только к боли – я вообще ничего не ощущала, не воспринимала абсолютно ничего. Нет, конечно, я не хочу сказать, что не чувствовала жара, холода, уколов… Но все эти чувства, казалось, существовали в другом, далеком, никак не связанном со мной мире. Поэтому ничто во мне не противилось, когда я спала с мужчинами за деньги. Что бы со мною ни делали, мне было все равно – то, что я испытывала при этом, не имело ко мне отношения. Моя бесчувственная плоть мне не принадлежала. К тому времени якудза уже втянули меня в проституцию по полной программе. Они заставляли меня спать с мужчинами – и я спала, давали мне деньги – я брала. На этом мы в прошлый раз остановились?

Я кивнул.

– В тот день меня послали на шестнадцатый этаж одного отеля в центре. Номер был заказан на фамилию Ватая. Имя редкое – не из тех, что все время мелькают. Постучав, я отворила дверь и увидела сидевшего на диване мужчину. Он пил заказанный в номер кофе и, похоже, что-то читал. На нем была зеленая тенниска и коричневые хлопчатые брюки. Волосы коротко пострижены; он носил очки в коричневой оправе. На низком столике перед диваном стоял кофейник и его чашка, лежала книга. Мне показалось, что мыслями он оставался в книге – в глазах еще не угасло возбуждение. В лице ничего особенного, только глаза светились необыкновенной энергией, в которой чувствовалось что-то сверхъестественное, зловещее. Увидев эти глаза, я на какое-то мгновение подумала, что обозналась и зашла не в тот номер. Однако ошибки не было. Мужчина сказал, чтобы я вошла и закрыла дверь.

Сидя на диване и не говоря ни слова, он разглядывал меня с ног до головы. Так обычно бывает: приходишь к клиенту, и тебя начинают разглядывать со всех сторон. Извините, Окада-сан, вы когда-нибудь покупали проститутку?

– Нет, – отвечал я.

– Это как обычная покупка. К таким взглядам быстро привыкаешь. Они же покупают тело и платят за него – естественно, товар надо проверить. Но этот человек смотрел как-то особенно, как бы рассматривая сквозь мое тело что-то позади меня. От его взгляда мне стало не по себе: я будто сделалась полупрозрачной.

Я немного замешкалась и уронила сумочку. Она слабо стукнулась об пол, но я так растерялась, что даже не сразу это заметила. В конце концов я все-таки нагнулась и подняла ее. От удара она расстегнулась, и из нее высыпалась моя косметика. Подобрав карандаш для бровей, крем для губ и маленький флакончик одеколона, я положила их обратно в сумочку. Все это время он все так же смотрел на меня.