Фанатки - Яна Миа

– Ладно, хватит на сегодня. Время всё расставит по местам – что гадать? Пойдемте лучше в сад – там на кухне есть чудесные пирожные, сделаем кофе и поболтаем о чём-то ещё, кроме «LADE».

– Только один вопрос! – не унималась Скай. – Как он в постели, а?

– Я тебя ненавижу, – хохотала Джо, закрывая лицо подушкой. – Так и знала, что ты что-то такое спросишь.

– Ну же, – поддержала её Никки, – мне тоже интересно. А то на сцене он весь такой роковой и дерзкий, а под простынями…

– У нас был плед – мы же на базе ночевали. – Джордан закатила глаза, показывая, насколько она сыта пошлостью своих подруг. – Отвалите!

– Ну си-и-и-ис!

Джо закрыла глаза, выпуская наружу внутренний рык – они ведь всё равно не отстанут. Оставалось только раз и навсегда закрыть этот вопрос:

– Чертовски хорош, если это так важно для вас! Всё, брысь отсюда – я спущусь через минуту.

Под хихиканье и шуточки подруг, которые послушно покидали комнату, получив своё, Джо достала телефон, чтобы проверить сообщения. От Лео не было ни слова, а вот анонимных сообщений, как и обычно, куча. Джордан решила не читать их – вряд ли что-то новое смогли придумать за прошедшую ночь, а со всем спектром оскорблений и восхвалений она уже и так была знакома. А вот чат с теми самыми «спонсорами праздника», как их окрестила Джо про себя, открыть всё же стоило.

Джордан отложила телефон в сторону. Ощущения были такими, словно за ней подглядывали в ванной. Ладно ещё спрашивать про подарок или песню – и то последнее не касалось никого, если было сказано лично ей, – но про вечеринку и то, как они ведут себя в обычной жизни… Они правда думают, что Джо сядет сейчас и напишет всё – от разговоров до предпочтений в алкоголе? Понятное дело, что всем хочется знать больше – для всего этого она и планирует снять фильм. Но так бесцеремонно лезть, используя её, как источник информации… Она подозревала, что чем-то таким и закончится, не нравились ей эти барышни. Решив ответить позже, когда праведный гнев и хаос в её голове улягутся, Джо отыскала в шкафу рваные бойфренды и те самые кеды, которые вчера Эмма так и не дала ей надеть. Она не могла поверить, что всё это было чуть меньше суток назад: казалось, с того момента, как она вышла из дома с коробкой наперевес, прошла целая жизнь. Вот так всё и меняется – за одну ночь, за один день, за одну смелую фразу и дерзкое решение. Даже если ты готовился и шёл к этому очень долго – всё меняется в одно мгновение. Главное, удержать его, заметить, не пропустить.

– Сис, ты тут уснула снова? – голос Эммы ворвался в комнату раньше его обладательницы. – Ты теперь не снимешь её вообще?

Джо неопределённо махнула руками, не зная, что ответить. Но расстаться с этой футболкой – одиноким свидетелем прошлой ночи – она точно не была готова.

– Я превращаюсь во влюблённую идиотку, которых всегда терпеть не могла и осуждала! Кажется, это называется карма?

– Ну наконец-то мы похожи, – немного язвительно ответила Эмма и затихла. Она колебалась, словно хотела что-то спросить, но не решалась. Джо знала свою сестру слишком хорошо: бегающий взгляд, нервные гримасы, скомканный дрожащими пальцами подол рубашки. – Джо…

– Ты хочешь спросить о… нём? – Не надо быть большого ума, чтобы догадаться, о чём грустит её сестра. Или, скорее, о ком.

– Как он?

– Забавно, что вы спрашиваете друг о друге. Даже фразы одинаковые.

– Он спрашивал обо мне? – Смесь замешательства, удивления и счастья отразились на лице Эммы. Джо подошла поближе, обнимая сестру за плечи.

– Эмс, это же Дом. Он переживает, он чувствует ответственность и вину. Я бы очень хотела сказать что-то другое, но…

– Я сама всё знаю, – вздохнула Эмма, явно скрывая слёзы. – Он в порядке, правда?

– И ты будешь. Я тебе обещаю. Пойдём? – Джо хотела как можно скорее отвлечь сестру от мыслей о Доминике. Всего на несколько мгновений её броня спала, и чем это могло обернуться – Джордан не знала. И, если честно, боялась узнавать.

– Пойдём, – согласно кивнула Эмма, возвращая сдержанную улыбку Джо. – Хоть кому-то из нас повезло.

– Будем надеяться, что это и правда везение.

Они спустились в гостиную, где остальные собирали мини-пикник.

– Мы уже решили, что в комнате чёрная дыра и по одной ходить не стоит.

– Точно, Скай, у меня в комнате – маньяк с топором. Поджидал тебя. – Джордан подхватила поднос с пятью чашками кофе и кивком попросила открыть дверь на задний двор. – Кто там говорил о пирожных? Несите сюда! Я ужасно голодна.

– Самая лучшая диета – любовь и кофе, да?

– Никки, не язви. Давайте сменим тему. Мейс, как твои курсы?

– Ооо, – протянула та в ответ, и Джо поняла, что выбрала правильную жертву – теперь все хоть на немного забудут о ней. – Это так здорово! Я даже не подозревала, сколько всего надо знать и уметь, чтобы нарисовать маленький комикс! Мой – так, баловство! Я чувствую себя такой глупой иногда. Ну, там есть просто монстры – они рисуют так, как я за всю жизнь не научусь. И знают о комиксах больше, чем Стэн Ли, по крайней мере именно такое впечатление складывается. Мне хорошо только в том, что я могу и от руки рисовать, и на планшете – не все владеют этим. Но вообще, я так довольна! Спасибо! Арти уже все уши прожужжала о преподавателях и заданиях – я ему отправляю фото рисунков, он ведь видел мои умения с самого начала. Ох, и я опять тараторю!

Девочки в ответ только засмеялись – разве что Никки ещё не до конца привыкла к бесконечной эмоциональной болтовне Мейси.

– А с родителями что?

– Глупо всё. – Мейси будто погасла. – Они и слышать ничего не хотят. Ненавидят Арти, комиксы и всё, что не вкладывается в их понятия успеха и нормальности. Только я другая, не такая, как они. Мне так хочется, чтобы они поняли: комиксы – это нормально. Быть художником – это нормально. Нормальность – она же разная! И я нормальная, а не «от мира сего» или «глупая наивная девочка». То, что я вижу мир иначе, хочу от жизни другого – нормально.

– Вечные проблемы, – вздохнула Джо, которая как никто понимала каждое слово Мейси, каждый оттенок боли и грусти. – Я уже перестала объяснять, даже пытаться. Просто надеюсь на то, что однажды я смогу им показать, что вот она – моя жизнь. Моя нормальность. И всё хорошо, я не умерла, не сошла с ума и не оказалась на дне, как они предрекали.

– Все мы нормально ненормальные, вам так не кажется? – Скай обнимала ладонями чашку с кофе. – Я тоже почему-то считаюсь «того», хотя работаю сейчас над благотворительным проектом. Кто придумал эти рамки, того, что нормально, а что – глупо, не по возрасту или не по статусу?

– Трусы, – пожала плечами Никки. – Это всё придумали трусы, чтобы оправдать свои нереализованные амбиции и мечты. Они оглядываются назад из своей нормальности и говорят: ну, это же было слишком, ненормально, не для моих лет!