Время – река - Мэри Элис Монро

Не могу выразить словами всю свою искреннюю благодарность, ставшую самым прекрасным переживанием в моей жизни, которое вы дали мне возможность испытать, – и дело не только в рыбалке нахлыстом! Вы придавали смысл всему, что мы делали и чему учились. Спасибо – это самое малое, что я могу сказать вам за то, что вы сделали для меня.

Белле Карсон от участницы программы «Оздоровительная рыбалка»

Маленькая помятая машина Мии въехала, рассекая воздух, в Уоткинс‑Лодж. Она нашла Стюарта в каретном сарае, склонившимся над чертежами. Листы ватмана с шумом колыхались на ветру, жужжала дрель, поэтому она не смогла окликнуть его по имени. Оторвав взгляд от чертежей, он внезапно увидел ее в дверном проеме в промокшем плаще, с прилипшими к лицу рыжеватыми волосами. Отложив работу, он пошел прямо к ней и обнял ее.

– Что случилось?

– Я должна уехать, – сказала Мия, прижимаясь к мягкой плисовой рубашке и не зная, слышит ли он ее. Закрыв глаза, она уткнулась ему в грудь. Ее окутал запах опилок и пота.

Он на секунду крепко прижал ее к себе, а потом прислонился щекой к ее уху.

– Подожди здесь, – проговорил Стюарт.

Отпустив ее, он пошел в другой конец комнаты и заговорил с мужчиной, работавшим дрелью. Громкое жужжание прекратилось, и Мия увидела, как Стюарт, говоря что‑то, размахивает руками. Второй мужчина посмотрел в ее сторону, а потом кивнул. Пройдя через комнату, Стюарт взял свою зеленую куртку из непромокаемой ткани и забрал ключи с рабочего стола, а потом повернулся к ней.

– Стюарт, я не хотела отвлекать тебя от работы. Я закажу кофе и подожду в гостинице.

– Все нормально, мы почти закончили. Мы просто задраивали люки, пока до нас не дошел ураган.

– Я подожду, – повторила Мия.

Взяв ее за руку, он сказал:

– Я не хочу, чтобы ты ждала.

Как и в первую ночь, которую они провели вместе, сплетя пальцы, он повел ее к своему джипу, припаркованному в стороне от каретного сарая. Он распахнул дверь с ее стороны, а затем быстро пробежал перед передком машины и запрыгнул в нее. Джип ожил, и Стюарт поехал по узкой дороге вокруг озера к красивому зданию с искусной декоративной отделкой, в котором он жил.

– Проклятый дождь льет, не переставая! – прокричал он сквозь шум дождя, оглушительно барабанящего по крыше.

Едва кивнув, Мия схватилась за ручку двери, до боли смутившись оттого, что она пришла к нему со своей печалью.

Войдя в дом, она опять немного удивилась интерьеру, профессионально оформленному в стиле хай‑тек, среди которого живет этот мужчина, крепко стоящий на земле обеими ногами. Это всегда подкупало ее, и она остановилась в двери в своей непромокаемой куртке, с которой стекала вода, не решаясь ступить на отполированные полы из твердой древесины.

– Входи, – сказал он, снимая с себя куртку.

– Твои полы…

– О ради бога, входи. – Пройдя вперед, он помог ей снять куртку. На секунду Стюарт, глядя на Мию, прижался к ней, затем повернулся и повесил обе крутки на вешалку, стилизованную под оленьи рога, пока она убирала со лба мокрые волосы.

– Почему бы тебе не пойти в ванную и не высушиться? Я сделаю тебе кофе. Я купил его специально для тебя. Дождь прохладный, а ты, кажется, промокла до костей. – Он посмотрел на часы. – Я мог бы заказать ужин.

Мия покачала головой:

– Нет, спасибо, мне кусок в горло не полезет. Но предложение о чашке кофе звучит очень заманчиво.

– Отлично. Давай, пойди посушись. На двери висит халат. Не стесняйся.

Она прошла через комнату, чувствуя, что теряет контроль над собой от его доброты. Закрыв дверь ванной комнаты, Мия прислонилась к ней, обхватив себя руками и наклонившись вперед. Она почувствовала, что внутри нее нарастает дикий крик, набирая силу, словно ураган, разрушивший побережье.

– Тебе кофе с молоком? – окликнул Стюарт.

Встряхнувшись, она разогнулась, потом сделала глубокий вдох.

– Да, спасибо, – откликнулась она, пытаясь обуздать дрожащий голос и говорить как обычно. Не спеша она сняла с себя мокрую одежду и облачилась в сухой махровый халат, туго завязав его на талии. Мужской халат был слишком велик ей, плечи свисали, но она чувствовала себя так, словно укутана в теплое одеяло, и подняла воротник, закрыв им шею. Из ванной она вышла босая с откинутыми с лица, расчесанными влажными волосами.