Еврейка - Алеся Ранимая

22:34

«Чувак, я попал!» — кричит в телефон Томер, хватается за голову, его лицо едва видно, он то и дело выходит за пределы кадра.

— Я попал, чувак, привези денег. Я думал, что всё верну, я был уверен, что всё отыграю, но ты же меня знаешь, я тебе всё верну, но если ты не достанешь денег, они убьют меня, братик…

— Сколько ты должен?

— Двадцать.

— Чего?

— Шекелей, друг, двадцать штук шекелей.

Я хотел было наорать на него, сказать, что о нём думаю, но в этот момент кто-то ударил Томера по голове, и тот упал, вывалился из чата, на экране остался лишь тускло освещённый зал, дым, невнятные силуэты людей и собаки, отчаянно огрызающиеся, злые, жаждущие крови. Потом разговор прервался.

На мой номер пришло сообщение — ссылка для навигатора и время

00:00. У меня было меньше двух часов на то, чтобы раздобыть 20 тысяч шекелей. В ту же минуту, как я подумал о полиции, телефон брякнул новым сообщением:

«Если деньги привезёт дядя в форме — клуб сгорит, а твоего друга опознают по ДНК через месяц, может быть».

22:50

В кругу моих знакомых был только один человек, способный достать такую сумму наличными. Через пятнадцать минут я стоял на пороге обычной квартиры. Дверь открылась, и возник он, двухметровый громила, мой армейский товарищ.

— Костик, привет.

— Привет. — Костик не сдвинулся с места. — Ты, это, не в тему немного.

— Да я быстро, чувак.

— Я это, не торгую больше, забудь.

— Чёрт!

— А чё, надо очень?

Я помялся немного и полез в карман за телефоном.

23:07

И вот я и Костик стоим на пороге квартиры в северном Тель-Авиве. Костик звонит.

— А это кто здесь живёт, босс твой?

— Кто? Здесь Манюня живёт.

— Манюнь? Здесь? А он нам зачем?

— Жена евойная тут живёт, — сказал Костик и посмотрел на меня сверху вниз многозначительно.

Выдержал паузу. За дверью послышалось шарканье, ворчание.

— Так он же женился только вчера! — воскликнул я и осёкся, до меня дошло.

23:25

Мы стояли перед шикарным домом манюниной жены. Курили. Манюня был на голову ниже меня и вполовину меньше Костика. Он юлил, скулил и унижался.

— Ребята, да нам в понедельник в банк, да если мы бабло не вложим, я не знаю, что будет! Это же почти вся наличная касса после свадьбы — все подарки.

Костик многозначительно молчал, я полез за телефоном.

— Не надо опять этот телефон, я понял, что Томека грохнуть могут, но как я жене объясню?

— А ты не объясняй, не рассказывай даже, мы всё вернем ещё сегодня.

— Как?! — вскрикнул я, но осёкся, напоровшись на тяжёлый взгляд Костика.

Манюня притих.

— Ладно, ждите. — И он поплёлся к дому.

— Э, Манюнь, ты если решил забаррикадироваться там у себя и съехать с темы — ты знай, мы тебя достанем.

Манюня отмахнулся.

— Да ладно вам, будете ещё на совесть давить. Я ж вам не сволочь какая-то.

Манюня скрылся, я посмотрел на телефон.

23:30

— У нас полчаса на всё.

— Успеем, тут делов ехать-то.

Сверху послышался нелепый сиплый свист. Мы подняли головы и увидели пухлую фигуру Манюни на балконе. Он как-то хрипло свистел, скорее шипел, и прятал на животе яркий пакет в праздничной подарочной бумаге. Через секунду пакет приземлился в широкие руки Костика.

— Вы точно обещаете… — крикнул было Манюня с балкона сиплым от волнения голосом, но тут в полосе света появилась тонкая фигура его жены, и звуки прекратились.

Я и Костик направились к машине.

23:51

— You have reached your destination⁸, — сообщил ласковый голос навигатора.

Костик заглушил мотор.

— И что теперь делать?

— Дай телефон. — Костик нащупал лист сообщений и кинул ответ на «Если деньги принесёт дядя в форме». Он ловко набил: «деньги у входа».

— Выходи. Они тебя знают, меня не ждут.

Я выполз из машины.

— Требуй Томера увидеть, потом деньги.

Костик зашуршал пакетом с деньгами у меня за спиной.

Неприметная дверь отворилась, и на улицу вырвались крики и лай. На грунтовую дорожку вышли два мужика. Они остановились, я сделал неуверенный шаг к ним навстречу.

— Деньги, — услышал я короткий приказ.

— Томер, — пискнул я в ответ и устыдился собственного голоса. — Покажите мне друга.

Из-за стены соседнего домика вывалился Томер, он упал в дорожную пыль и закашлялся. Живой.

Я начал движение в его сторону. Один из мужиков в дверях двинулся мне наперерез.

— Деньги давай, мудила.

Тут в игру вступил Костик. Он неожиданно вышел из машины и двинулся к дверям, поигрывая на ходу пакетом с деньгами. Синие розочки, красные сердечки ярко блестели в неровном свете фар.

Я уже поднимал Томера, перекидывал его руку через плечо.

— Вот ваши деньги, — крикнул Костик и, поравнявшись со мной, на ухо, — идите к машине, садись за руль и будь готов трогать.

Мужики из дверей и ещё один, из-за дома, двинулись Костику навстречу, но тот размахнулся и бросил в них ярким пакетом. Один смельчак тут же шарахнулся как от гранаты, другой машинально словил на лету, начал разрывать упаковку.

Костик рванул к машине. Конечно же, я не успел занять водительское место, я даже не успел погрузить Томера, возился с ним у задней двери. Костик открыл вторую заднюю дверь, подхватил Томера подмышки и протащил через весь салон, уложив на сиденье. Хлопнул дверью, предусмотрительно глянув, не получит ли жертва вымогательства травму головы. Я согнул ноги Томера и тоже закрыл дверь. Огибать машину времени уже не оставалось, и я сел за руль. Трогаясь с места, я успел заметить, как порвалась упаковка с розочками, как появились в руках у грабителя манюнины подарочные деньги.

— А зачем торопиться-то?

— А ты хотел, чтобы у тебя номер паспорта спросили?

— Нет, но…

— Квитанцию выписали?

Томер ожил.

— Ой, ребята, я так рад, так благодарен…

— Как ты попал туда вообще?

Томер промолчал.

— Как ты туда попал, — Костик повторил мой вопрос.