Раки-отшельники - Анне Биркефельдт Рагде

И тут он обнаружил пакет с сыром, который купил Крюмме. Он совсем про него забыл, но придется поднапрячься, ведь сыр — единственное, чего Крюмме действительно хотел. Он украсил сыр остатками деликатесов: ягодами, сельдереем и маслинами. Листики сельдерея он положил под сыр, и накрыл все блюдо целлофаном, чтобы не заветрилось, а потом отнес его в гостевую.

Он сменил Марлен на «Лучшее» Нила Даймонда и занялся украшением комнат, подвесил гирлянды, поставил в подсвечники золотистые и серебристые свечи, накрыл столы золотистым шифоном, на котором, правда, кое-где были пятна, но блюда с едой их прикроют. На конце одного из столов он положил под скатерть несколько больших прямоугольных металлических коробок, которые он стащил во время работы в одном из магазинов. Скатерть мягкими складками поднялась на возвышение, где он решил поставить бокалы и шампанское в ведерках со льдом. Надо не забыть заполнить водой контейнеры в морозилке, чтобы было достаточно льда. Он сложил тарелки стопкой и расправил веером салфетки, купленные в тот же день. На них были блестки, которые, конечно, осыплются в еду, но ради праздника можно на один вечер с этим смириться. В торце второго стола он поставил торт. Тот был как-то по-дурацки украшен, и Эрленд привел его в приличный вид, надев на него юбочку из мятой красной фольги, усыпанной серебристыми звездочками, которые он обнаружил в новогоднем ящике. Остальные звездочки он рассыпал по скатертям. Кофейные чашки, бокалы для коньяка и десертные блюдца он поставил рядом с тортом. И плошку китайского печенья. Вот.

— Выпьем же! — он поднял бокал и опустошил его, наполнил снова остатками шампанского из бутылки и вышел на террасу. А блестящие мухи приземлялись и снова взлетали, пока его ступни мерзли на мраморных плитках. За спиной была елка. Он смотрел на север, и где-то там, далеко в темноте, была Норвегия. Если он позвонит, Крюмме будет им очень доволен и перестанет нудить. А если он позвонит перед тем, как пойти в ванную и окунуться в пену и кремы, он сможет с легким сердцем настроиться на праздник. Но кому позвонить первым делом?

Он решил звонить по тому же принципу, как в детстве, когда съедал все по очереди и оставлял самое вкусное напоследок. Правда, всегда была опасность, что положат добавку самого невкусного, например, кольраби: мама думала, он очень любит эту капусту, раз первым делом накидывается на нее.

Сердце забилось как-то нехорошо, когда он набирал номер. Но это — жертва ради Крюмме и Турюнн.

— Это Эрленд! У нас сегодня будут гости, поэтому я звоню сейчас.

Тур удивился, зачем он вообще звонит.

— Зачем?.. Сегодня же Новый год! Звоню, чтобы сообщить, что мы хорошо добрались, и пожелать счастливого Нового года!

Тур никогда не праздновал. Да и праздновать-то особо нечего.

— Но…

К тому же, Тур собирается в свинарник, у него масса дел, он ждет ветеринара, надо зашивать одну из свиноматок.

— А что с ней случилось?

Подралась.

— Не знал, что они дерутся, — удивился Эрленд и потер друг о друга замерзшие ступни. Он продрог настолько, что перестал чувствовать ноги. Надо будет потом принять хорошую ванну, а не просто короткий душ.

Знал бы, ответил Тур, если бы внимательно слушал В общем, праздновать они не будут и лягут спать, как обычно.

— Так хорошо, что я позвонил сейчас. А то бы разбудил ночью! Счастливого Нового года вам обоим.

— Спасибо, и вам того же, — ответил Тур и повесил трубку.

Пришлось подкрепиться рюмочкой коньяка, прежде чем набирать следующий номер. Заодно он сунул ноги в тапочки. И коньяк, и тапочки оказались очень кстати, а еще он взбодрился, заскочив в гостевую и насладившись зрелищем ожидающих гостей великолепных блюд.

Маргидо ответил после первого же сигнала.

— С наступающим! Я знаю, что еще рано поздравлять, но у нас будут…

Ах, это Эрленд звонит. Вот так сюрприз.

— А ты думал, клиенты? — спросил Эрленд и засмеялся. Ему казалось, после всех рождественских событий с Маргидо можно немного пошутить. А может, просто шампанское с коньяком приукрасили действительность, потому что Маргидо не смеялся. Он серьезно ответил, что так и подумал, вообще-то он всегда так думает.

— Потому что больше особо никто и не звонит? — слегка задел его Эрленд, Маргидо мог бы все-таки посмеяться, порадовать его хоть чуть-чуть.

Маргидо не ответил на вопрос, зато сказал, что его пригласили на вечер. И голос его звучал торжествующе. Или Эрленду только показалось?

— Да ты что? Кто-то, кого я знаю?

Нет, вряд ли. Бывший клиент.

— Живой? — Эрленд уже далеко зашел, но не мог остановиться. Зато Маргидо наконец-то засмеялся.

Живой, в высшей степени!

— Неужели женщина? Господи, Маргидо, ты идешь на свидание?

Эрленд поджал пальцы в тапочках, мир точно сошел с ума. Мало того, что Маргидо идет на свидание, он еще и рассказывает об этом! Но зря он упомянул Господа, Маргидо же верующий.

— Я не хотел говорить «господи», — поспешил он исправиться.

Да, это в самом деле женщина, прервал его Маргидо, но не более того.

— Женщина, но не более того? — удивился Эрленд.

Просто знакомая, вот и все, хотела пригласить его на обед только из благодарности за то, что он устроил красивые похороны ее мужу, и вообще, глупо было это упоминать.

— Да ладно, ладно! Я просто шучу! Ну, тебя… вас с наступающим! Привет от Крюмме.

Взаимно.

Разговор задел его куда больше, чем он предполагал. Он ведь звонил только ради Крюмме и Турюнн, и все равно не на шутку взволновался. Подумать только, что Маргидо с кем-то встречается, может быть, даже молодая особа, с которой у него могут быть дети. У него еще может быть потомство. Возбужденный этими мыслями, он позвонил Турюнн. Одновременно он сунул бутылку коньяка под мышку, вытащил зубами пробку и отхлебнул прямо из горлышка.

— Это я! Догадайся, что случилось! У Маргидо сегодня вечером свидание!

Из трубки доносился ужасный шум, Турюнн его не слышала и крикнула, что ей надо выйти и чтобы он подождал. Но вот она снова ответила.

— Это дядя Эрленд! У Маргидо свидание сегодня вечером! С женщиной!

От ее хохота у него заложило уши. Быть не может! Она говорила с ним вчера вечером, и он ничего такого не упоминал, впрочем, с ней Маргидо и не поделился бы. Она рассказала, что дедушка хочет в дом престарелых.

— Брр… Давай не будем сейчас об этом. А что ответил Маргидо?

Что дедушка недостаточно болен, что наверняка этот номер не пройдет, мест чудовищно не хватает, зато Маргидо постарается найти им домработницу на один день в неделю.

— Ну вот, отлично все складывается, — сказал Эрленд. Турюнн не была в этом уверена, ей казалось, что отец не потерпит в доме постороннего человека, который наводит свои порядки, пусть даже это касается только уборки.