Эльфика. Женщина с Планеты Любви. Теплые сказки о Любви, цветах и кошках - Ирина Семина

Я отступила и посмотрела. И правда: за окном было чарующее синее небо с нежными облачками, на балконе напротив росли дивные цветы, а в песочнице играли совершенно очаровательные дети.

– Стоит несколько расширить кругозор – и очарование сразу вернется, – пообещала Любовь. – Не стоит сужать свой мир до размеров Любимого.

– Я и не заметила, как это получилось, – покаялась я. – Оказывается, мир никуда не делся! И многое в нем выглядит совершенно очаровательно!

– А сколько пока не попало в поле твоего зрения! – мечтательно вздохнула Большая Любовь. – На всю жизнь чарующих впечатлений хватит!

– Надо же… а я так давно по сторонам не смотрела, – изумленно осознала я. – Только на него, на Любимого.

– Может, потому он и сбежал? – предположила Большая Любовь. – Трудно так жить-то, под пристальным взглядом и неусыпным оком.

– Но я думала, что Большая Любовь – это когда глаз друг с друга не сводишь! Когда наглядеться не можешь! Когда не оторваться друг от друга.

– Это, моя милая, не про меня. Это называется «Большая Привязанность». Она всегда идет рука об руку со Страхом Потери. А я дружу со Свободой. Зачем мне кого-то привязывать, я же большая! Во мне места для всех хватит, и еще останется.

– Это здорово! – обрадовалась я. – Но что же теперь делать с Единственным и Ненаглядным? Он вернется? Или не вернется?

– Он вернется. Или не вернется. А ты будешь счастливой в любом случае! Если сама захочешь, конечно.

Я хотела. И тогда я решила, что все, я достаточно погоревала.

Я все еще его люблю – это да! – но теперь как брата, а моя Большая Любовь настолько большая, что сможет вместить в себя еще очень многое – целый мир!

И тогда я пошла делать все то, что давно хотела, да времени не было, потому что сидела, на Любимого и Ненаглядного смотрела. И вскоре такой расцвет у меня в жизни начался, что захотелось это как-то отметить. Выбрала я объект – заброшенную-заросшую клумбу во дворе – и пошла ее облагораживать. Вскопала, порыхлила и стала рассаду высаживать. А Большая Любовь рядом стоит, поддерживает и одобряет.

– И правильно, и молодец! Пусть расцвет и процветание будут и внутри, и снаружи! А все горести-печали закопай, пусть покоятся с миром.

А мне смешно: какие горести, какие печали? У меня на душе снова бабочки порхают – проснулись после спячки-то, вон как жизни радуются! И тут слышу над головой голос Любимого:

– Здравствуй! Ну как ты тут без меня, соскучилась, наверное?

Распрямила я спину, глянула на него. Стоит с чемоданом, весь такой победительный, сияющий, как подарок судьбы, и тени сомнения нет, что я без него всю подушку изгрызла. Но я его все равно люблю. Как брата!

– А у меня Другая Любовь закончилась. Вернулся я! Ты рада?

– Сочувствую! – отвечаю. – А у меня Большая Любовь. Вот!

* * *

– Прямо про меня! – задумчиво проговорила Женщина. – Большая Привязанность и Страх Потери – мои вечные спутники. А хочется Свободы!

– Наверное, имеет смысл потанцевать, – предложила Кошка.

– А потом заземлиться, – подхватила Сирень. – Возле меня и клумба подходящая есть. Запущенная, кстати. Может, именно на ней проклюнутся ростки твоей Свободы?

– Может быть, – улыбнулась Женщина. – Завтра прямо с утра и займусь. А вот потанцевать мне хочется прямо сейчас. Вы меня подождете?

И она, покинув свое кресло, действительно включила музыку, потушила верхний свет и стала танцевать.

Сирень аккомпанировала ей шелестом листвы, Кошка – мурчанием, а Звезда своими лучами создавала на полу и стенах причудливый световой узор. Получилось здорово – не хуже, чем в ночном клубе.

Натанцевавшись, Женщина снова плюхнулась в кресло.

– Ох, запыхалась! Благодарю за поддержку. Я так давно не танцевала! Просто случая не было.

– Зря, – прокомментировала Сирень. – Если ждать случая – можно и не дождаться. Прецедент лучше создавать самой. По крайней мере, ни от кого не зависишь!

– Опять о независимости, – констатировала Женщина. – Понимаете, я бы, может, и создавала прецеденты, но, честно признаться, я в себя не верю. Давно уже. А может, и никогда не верила. Да! Я зависимая. Потому что существую только в чужих отражениях.

– О! Тогда вновь пришло мое время! – ухмыльнулась Кошка. – Тебе показана кошкотерапия. Если кто-то и понимает толк в независимости, то это мы, кошки.

Кошачье мнение

Кошки, как известно, существа самодостаточные и независимые. Тем не менее кошки тоже заводят себе друзей – в коллективе даже молча нежиться на солнышке куда приятнее, чем в одиночку. А уж если есть о чем помурлыкать – тогда вообще здорово!

На окне подъезда с комфортом расположились две кошки – рыжая и полосатая. Они только что вышли погулять, и у каждой была куча новостей для обсуждения.

– Привет, лапуся! Рада тебя видеть! У тебя сегодня очень блестящая шерстка!

– Мррр… И ты прекрасно выглядишь!

– А где наша красотка с соседней форточки? Где наша сиамская подруга?

– Ах, кисуля, и не спрашивай! У них там уже который день переполох, но я пока не знаю, в чем дело! Сама жду – расспросить хочется, это так загадочно!

– Кстати, лапка, ты в последнее время так поправилась! Круглая, гладкая, вальяжная! Прямо барыня! У тебя новый корм?

– Нет, дорогая. Дело вовсе не в корме. Просто я беременна.

– Ах! И ты молчала! Поздравляю тебя, лапуля! И кто он?

– Ну, ты знаешь… Пушок с шестого этажа. Он был так настойчив, так нежен, так дерзок, так красноречив! Как он орал под окном, как орал! Буквально всем настроение поднял. Великолепный кот! От него будет хорошее потомство, я в этом уверена.

– А тебе не тяжело так ходить?

– Конечно, я теперь не такая легкая, как раньше. Но мне удобно – мы, дамы, быстро привыкаем к новому статусу. Просто немного сместился центр тяжести. Вот и все!

– Ах, зато как ты солидно выглядишь! Просто по-королевски!

Кошка внимательно осмотрела свою лапку и довольно зажмурилась.

– Ну, даже женщины, эти закомплексованные существа, говорят, что беременность их украшает! А уж нас, кошек!

– Привет, подруги! – мяукнула сиамка, заскакивая на форточку. – Уфффф! Когда же все это кончится???

– Здравствуйте, милая! А что, собственно, у вас происходит? – обернулись к ней обе красавицы.

– Пожар, наводнение и землетрясение одновременно. Тили-бом, тили-бом, загорелся кошкин дом. Ужас, я так больше не могу!