Непрожитая жизнь - Дана Делон

– Это его мама.

Звонок умолкает, но спустя секунд пять раздается снова. И так три раза подряд.

– Леа, я не могу сказать, что он со мной. Мы – семья, она обязательно попросит кого-нибудь проверить нас. Нельзя, чтобы его мама узнала, что его сильно избили, она сейчас не в лучшей форме.

«Она только что похоронила другого ребенка», – мелькает у меня в голове. Но Квантан ничего такого не говорит. Он просто смотрит на меня с немой просьбой, которую ему неловко озвучить. Звонок опять прекращается и возобновляется вновь.

– Ты хочешь, чтобы я ответила?

– Пожалуйста.

– Но что мне сказать?

– Что он у тебя, без всяких подробностей.

– А если она начнет расспрашивать?

– Не начнет, ее сын у девушки, чего тут непонятного? – глядя на дорогу, отвечает он и, резко свернув, ставит машину в неположенном месте. В этот момент телефон опять звонит, и я отвечаю.

– Спасибо, – одними губами произносит Квантан.

– Да, – шепотом говорю я в трубку. На том конце повисает тишина.

– Кто это? – спрашивает приятный женский голос с сильным иностранным акцентом.

– Это Леа, – растерявшись, отвечаю я и тут же прикусываю губу. Никакого приветствия, ни даже банального «алло». В голосе женщины чувствуется волнение и усталость.

– Леа, – повторяет она, – извини за столь поздний звонок, но я ищу Рафаэля.

Она очень странно, непривычно раскатисто выговаривает букву «Р», но я замечаю, насколько красиво звучит при таком произношении имя Рафаэля.

– Он спит, – спокойно отвечаю я, мысленно похвалив себя.

Из дома напротив выходят пятеро мужчин с носилками. Я смотрю на Квантана, и он жестами велит мне заканчивать разговор. Но на том конце молчат, и я начинаю нервничать. Мужчины направляются в нашу сторону, и с каждой секундой все ближе и ближе подходят к машине. Я затаиваю дыхание. «Может, просто повесить трубку?» – мелькает в голове.

– Хорошо, – неожиданно произносит женщина, и мне становится любопытно, неужели она все это время прислушивалась, пытаясь уловить что-то недосказанное? – Спокойной ночи, Леа, – прощается она, не задавая больше никаких вопросов.

– И вам, – быстро отвечаю я, завершая самый странный в своей жизни разговор как раз в ту секунду, когда дверь машины резко распахивается и прохладный воздух бьет мне в лицо. Квантан выскакивает из машины, подошедшие мужчины перекладывают Рафаэля на носилки. Со мной никто не здоровается. Я сижу, не шелохнувшись, и взглядом провожаю их до самого подъезда. Квантан заходит вместе с остальными, оставляя меня в своей машине.

Я наконец облегченно вздыхаю. Все будет хорошо, Рафаэля доставили к врачу. Все должно быть хорошо. Я глушу выкрики своего глупого протестующего подсознания и в очередной раз смотрю на часы – час пятьдесят восемь. Все-таки я была права, минуты сегодня текут невероятно медленно. Я закрываю глаза, и на меня наваливается вся усталость этого вечера. Я проваливаюсь в сон без всяких сновидений. Мой организм настолько вымотан, что банально отключается.

* * *

Я просыпаюсь в машине, накрытая своей толстовкой, Квантан спит рядом на водительском сиденье, и от его присутствия мне становится неловко. Я смотрю на часы: пять тридцать шесть, неудивительно, что до сих пор темно. Я не знаю, что делать дальше, однако спать в машине с незнакомым человеком кажется мне абсолютно неподходящим вариантом. За три часа сна я немного успокоилась и набралась сил, так что здравый смысл вновь начинает управлять моими действиями. Я пытаюсь тихонечко приоткрыть дверь, но она оказывается заперта, и этот факт не на шутку меня пугает. Я поворачиваю голову и вижу, что Квантан следит за моими движениями.

– Доброе утро, – хрипит он сонным голосом.

– Мне пора, – вместо приветствия отвечаю я.

Он кивает и поясняет, разблокировав двери:

– Спать в открытой машине – не самая хорошая идея.

Я ничего не отвечаю, выхожу из автомобиля, захлопнув за собой дверь, и вдыхаю свежий прохладный утренний воздух. Париж пуст. Вымер. Или попросту спит. Квантан тоже вылезает из машины.

– Все хорошо, Леа? – интересуется он, хмуря брови.

– Извини, я проснулась и не совсем поняла, где я и с кем. Такое со мной впервые, поэтому я немного не в себе. Метро, кажется, открывается в шесть, да? Не знаешь, в какой стороне ближайшая станция?

Он качает головой.

– Я могу подбросить тебя. С Рафаэлем все хорошо, насколько это возможно, мое присутствие не потребовалось. Я решил, что нам не помешало бы поспать, и не стал тебя будить.

– Все хорошо, насколько это возможно?

– Ну… обошлось без сотрясения и переломов.

«Он везунчик», – думаю я, и от воспоминаний по телу бегут холодные мурашки.

– Так тебя подвезти? – устало потирая глаза, спрашивает Квантан.

– Нет, если честно, мне хочется пройтись. Навести порядок в голове.

Он кивает.

– Увидимся.

– Увидимся? – переспрашиваю я.

Он поднимает на меня глаза, смеется и говорит, качая головой:

– Я не спал два дня, вообще ничего не соображаю.

– Да нет, все нормально. Ну, я пошла?

– Давай. Хотя подожди. – Он лезет в машину и сует мне визитку. – Еще раз большое тебе спасибо. И если вдруг тебе что-нибудь понадобится, или будут проблемы… В общем, можешь смело звонить по этому номеру. – У него очень серьезный и дружелюбный тон.

Думаю, он имеет в виду именно то, что говорит. Я беру у него из рук карточку и прячу в карман толстовки. Я никогда не позвоню по этому номеру, но мне хочется создать видимость, будто я принимаю его предложение.

– Спасибо, Квантан, – говорю я, затем весело добавляю, – увидимся.

Он подмигивает мне и садится обратно в машину. А я уже иду прочь от машины и от этого дома.

Перейдя дорогу, я выхожу к Сене и решаю пройтись вдоль нее. В голове крутятся слова Квантана о том, что с Рафаэлем все в порядке. Потом думаю, что Квантан очень симпатичный и к тому же кузен Рафаэля. Я достаю визитную карточку. На белой бумаге черными буквами написаны номер и имя: «Квантан Делион». Сверху по центру изображен знакомый символ с двумя львами. Наверное, это семейный герб Делионов. Два льва… Я выкидываю визитку в первую попавшуюся урну, чтобы не искушать судьбу и себя. Еще я думаю о последней просьбе Микаэля. Можно сказать, я ее выполнила. Он просил помочь, я помогла. Я прекрасно осознаю, что Мика имел в виду совсем другую помощь, но понятия не имею, как ее оказать. Я останавливаюсь, сворачиваю на мост. Я столько раз писала Мике о своей мечте – целоваться во время заката с любимым на прекрасном мосту Александра Третьего, когда небо похоже на спелый плод манго, душа трепещет от чувств, а кожа покрывается мурашками. Когда мягкие губы касаются твоих и все вокруг теряет всякий смысл. Я столько раз представляла его и себя именно на этом мосту! Особенно после того, как получила фотографию, и в моих мыслях возник четкий образ длинноволосого жгучего брюнета с потрясающими глазами. Я тяжело вздыхаю. Как же я скучаю по тебе, Мика. Как же я хочу вновь написать тебе о том, что происходит у меня в голове, и как переворачивается все в моей душе. И как же сильно я хочу получить от тебя ответ…