Непрожитая жизнь - Дана Делон

– Тюг? – переспрашиваю я.

– Да, полное имя – Тюгдюаль.

– А я – Леа, приятно познакомиться.

Потушив сигарету, он берет деньги и заходит в хостел. Я тихонько иду следом, волоча свои вещи. Он заходит за стойку регистрации и начинает вбивать что-то в компьютер.

– Имя – Леа, а фамилия?

– Санклер, – произношу я, искоса поглядывая на него.

– С А Н К Л Е Р? – по буквам повторяет он.

– Да, – коротко отвечаю я.

Он вручает мне ключ.

– Этаж второй, лестница слева, комната номер двадцать четыре. – Видно, как его забавляет моя замедленная реакция и шок, написанный у меня на лице.

– Приятного пребывания, – нараспев произносит он и смеется.

Я хватаю ключи, не до конца веря в собственную удачу. Неужели я не буду спать на улице?

– Огромное спасибо! – весело пою я в ответ.

– Не за что, – пожав плечами, отвечает он, – и да, вот пароль от Wi-Fi, – он дает мне бумажку.

Я вновь благодарю его и со счастливой улыбкой направляюсь к лестнице.

– И, Леа, – кричит он мне вслед, – вытащи деньги из рюкзака и спрячь куда-нибудь поинтимнее.

– Куда-нибудь поинтимнее, – усмехаюсь я, – будет сделано.

Иногда, если идешь в нужном тебе направлении, судьба подкидывает тебе удачу. И не важно, сколько раз ты стучишься и получаешь отказ. Одна из дверей обязательно откроется.

* * *

Перейти в школу Hulst в последнем семестре выпускного года – вот миссия номер два в моей новой жизни. Я забрала из старой школы документы и рекомендательное письмо от директрисы. Мой внезапный уход оказывается для нее полной неожиданностью, – так же, как для меня моя сногсшибательная рекомендация. Я от всей души благодарю ее и, положив все свои табели в синюю папку, направляюсь в хостел. На душе у меня очень спокойно, будто я избавилась от пудовых гирь, которые тянули меня вниз. Тюг по-прежнему сидит за стойкой.

– Разве ты не должен сейчас спать?

– Прикрываю своего приятеля, при этом получаю дополнительные деньжата. Как у тебя делишки?

– Все гуд, хочу перейти в новую школу и не знаю, как провернуть эту процедуру без родительской опеки.

Его глаза слегка расширяются от удивления.

– А в каком ты классе?

– В терминале ЕС.

– Ты хочешь перейти в новую школу в конце года? Как у тебя с оценками?

Я лукаво улыбаюсь.

– Девушки, которым негде жить, иногда на удивление хорошо учатся. Я могу присесть? – Я показываю пальцем на стоящий рядом с Тюгом стул.

Он кивает, и я с гордостью вытаскиваю из папки свои табели с оценками.

– Восемнадцать ^[6] за экзамен по французскому? Да ты красотка, я еле перевалил за десятку.

– А сколько тебе лет?

– Двадцать два года, и мой кошмар под названием «учеба» закончился добрых четыре года назад. А в какую школу ты хочешь перейти?

– Hulst… Это где-то в седьмом округе?

Он быстро набирает название в Гугле и кликает на официальный сайт школы. Находит информацию о стоимости обучения.

– Ты знаешь, что триместр стоит пять тысяч евро?

Я застываю, в ужасе уставившись в экран:

– О нет… – и прикрываю ладонью лицо.

– Можем найти школу попроще, – предлагает Тюг, поерзав на стуле. Ему неловко из-за моей реакции.

Я качаю головой. Похоже, мой план пошел прахом. Как же с тобой подружиться, Рафаэль?

Я тру виски. Пяти тысяч у меня просто-напросто нет.

– Я не понимаю, нужна именно эта школа для буржуазных деток?

Я горько усмехаюсь.

– Именно эта.

– Школу спонсирует государство, оплата для тех, кто живет в том районе, составляет тысячу двести евро, – Тюг продолжает вчитываться в информацию на экране.

– Эх, столько я бы осилила, но жить в седьмом округе мне точно не по карману.

– Ты серьезно? Можно же поступить в школу по месту жительства и проходить ту же программу абсолютно бесплатно. Почему именно эта школа?

– Я только что забрала документы из школы по месту жительства в надежде больше никогда ее не увидеть, разве что в ночных кошмарах.

Я уже успела представить жизнь без Филиппа, Клер и всей их шайки, которая свистит мне, как шлюхе, стоит пройти мимо. Я представила жизнь без жалостливых взглядов и пустых «Ты в порядке?». Я улетела в новую жизнь, где все старое останется далеко за бортом. Тюг смотрит на меня взглядом, расшифровать который я не могу.

– Леа Санклер, если ты посидишь полтора часа на этом стуле, вежливо встречая гостей, выдавая ключи и не забывая поднимать трубку вот этой рухляди, – он пальцем указывает на действительно древний телефон с проводом, – тогда твоя фея кое-чего наколдует в соседней комнате. Я заберу папку?

– Наколдуешь? Что именно? – немного растерянно интересуюсь я.

– Твой билет в Хогвартс. Смотри, вот тут написано, какие комнаты свободны, тут табличка с ценами. Девушка, которая сдала экзамен на восемнадцать, должна справиться, – подмигивает он и, хватая папку со стола, закрывает за собой дверь в комнату отдыха.

За эти полтора часа приходят три человека, а телефон не звонит ни разу. Потом из комнаты появяется Тюг с ноутбуком в руках, садится рядом и начинает что-то распечатывать.

– Позвони в эту школу и забей рандеву, – велит он, складывая бумаги в мою папку.

Я послушно выполняю его указания.

– Значит так, ты переехала ко мне, мы живем на Рю Варен, двадцать семь. Я твой старший кузен, твои родители должны были срочно покинуть Париж, скажем, получили предложение по работе, которое нельзя упускать. Ты отказалась уезжать из города в последнем триместре. Но ездить в школу в Сан-Дени каждое утро просто невозможно. Час езды – слишком мучительно для тебя, поэтому мы подаем документы в ближайшую школу по месту жительства. Разумеется, я должен буду выписать чек, поэтому…

– Я должна тебе тысячу двести евро, – заканчиваю я за него, глядя прямо ему в глаза.

– Именно, Санклер, – кивает он, тыкая в меня пальцем.

– Так ты что, подделал документы?

– На одной зарплате со стойки размещения не пошикуешь, – подмигивает он. – Если когда-нибудь захочешь получить кредит или снять жилье – знаешь, к кому обратиться.

Мне хочется его обнять, но я сдерживаюсь. Второе правило, которому научила меня новая жизнь: твоя лучшая подруга, может, и была сукой, но на свете есть люди, которые способны помочь тебе просто потому, что могут. «И ты тоже будь такой, Санклер», – думаю я.