Формула Бога - Жозе Родригеш Душ Сантуш

Длинная очередь граждан из стран, не входящих в Евросоюз, двигалась страшно медленно, и Томаш решил проверить действенность звонков, сделанных накануне вылета из Лхасы. Однако офицер пограничной службы никак на него не отреагировал, и тогда историк включил свой мобильный и с нарастающим раздражением ждал, когда его наконец «пропишет» местная сотовая сеть. Но когда он уже набрал номер, за прозрачными будками пограничников вдруг мелькнуло знакомое лицо.

— Hi, Томаш! — крикнул Грег Салливан, как всегда прилизанный и аккуратный, вылитый мормон. — Я здесь!

— Здравствуйте, Грег! — воскликнул Томаш, расплываясь в улыбке.

Американский атташе взмахом руки подозвал невысокого господина с черными усами и круглым брюшком, и пройдя через служебную зону, они направились к Томашу.

— Это — мистер Морейра, начальник пограничной службы, — представил незнакомца Грег.

Мужчины поприветствовали друг друга, и Морейра спросил:

— Где сеньора, о которой идет речь?

Томаш кивком подозвал Ариану, и после обмена приветствиями Морейра провел всех через паспортно-таможенную зону и, пропустив иранку вперед, пригласил ее войти в небольшой кабинет. Томаш было сделал шаг, намереваясь последовать за ней, но начальник пограничной службы преградил ему путь.

— Нам с сеньорой надо выполнить некоторые формальности, — сказал он вежливо, но не допуская возражений. — Прошу вас, господа, подождите здесь.

Томаш, несколько обескураженный, остался стоять у стеклянной двери, наблюдая, как Ариана, сидя за столом, заполняет множество каких-то бумаг.

— Все под контролем, — заверил его Грег.

— Надеюсь что да.

Американец поправил узел огненно-красного галстука.

— Послушайте, Томаш, вы не могли бы прояснить мне обстановку? — попросил он. — Когда вы звонили из Лхасы, я, честно говоря, не врубился.

— Мне удалось выяснить, что формулы экономичной и простой в производстве атомной бомбы не существует.

— О чем же тогда рукопись, которая столь беспокоит мистера Беллами?

— Это научный труд, написанный с применением криптографических приемов, в котором Эйнштейн доказал, что в Библии отражена история рождения Вселенной, и вывел формулу, якобы доказывающую существование Бога.

На лице Грега появилась недоверчивая улыбка.

— Да о чем вы вообще говорите?

— Я говорю о «Формуле Бога». Рукопись Эйнштейна, находящаяся в руках иранцев, не имеет отношения к ядерному оружию. Это научная работа, посвященная содержащимся в Библии доказательствам бытия Бога.

Американец тряхнул головой, словно пытаясь пробудить разум от ленивой дремы.

— Но это лишено какого-либо смысла! Зачем Эйнштейну составлять и зашифровывать работу, в которой говорится, что Библия доказывает бытие Бога?

— Грег, вы не поняли, — перебил его Томаш, утомленный перелетом и начавший уже тяготиться вынужденной задержкой в аэропорту. — Эйнштейн открыл, что изложенная в Библии история сотворения мира совпадает с данными, которые современная наука только недавно признала истинными. К примеру, из Библии следует, что Большой взрыв произошел пятнадцать миллиардов лет назад, и эту же информацию на основе анализа фонового космического излучения недавно подтвердили спутники. Спрашивается: как авторы Ветхого Завета могли знать об этом тысячелетия назад?

Грег со скептическим видом смотрел на португальца.

— В Библии говорится, что Большой взрыв произошел пятнадцать миллиардов лет назад? — переспросил он. — До сих пор мне не приходилось слышать ни о чем подобном. — И поджал губы. — Я только помню о шести днях Творения…

Томаш вздохнул, сдерживая раздражение.

— Забудьте. Потом я вам все объясню, хорошо?

Американец несколько секунд смотрел на него.

— Гм-м, — промычал он. — Во всей этой истории меня заботит только вопрос об атомной бомбе. Вы рукопись-то видели? Читали?

— Видел, но не читал.

— В таком случае как вы можете быть уверенным в том, что говорите?

— Я беседовал со старым тибетцем, который в молодости был физиком и работал у Эйнштейна в Принстоне вместе с профессором Сизой.

— И он сказал вам, что рукопись не имеет отношения к атомной бомбе?

— Да, именно так и сказал.

— А вы проверили эту информацию?

— Проверил.

— Как?

Томаш указал головой на кабинет директора иммиграционной службы.

— Ариана читала рукопись в оригинале и подтвердила, что все сходится.

Грег обернулся и посмотрел на иранку, заполнявшую въездные документы.

— Извините, — приняв решение, сказал он Томашу. — Мне нужно срочно позвонить.

Американец достал из кармана мобильник и отошел, потерявшись в одном из коридоров лиссабонского аэропорта.

Заполнение бумаг заняло много времени. Телефон в кабинете, должно быть, раскалился от входящих звонков, а сам пограничник наверняка утомился просматривать такое количество документов. Наконец вернулся Грег, и Морейра попросил его зайти. Томаш через стекло видел, как они о чем-то переговорили, затем Ариана и Грег попрощались с Морейрой и направились к двери.

— Она должна остаться под нашей опекой, — сообщил Грег, выйдя из кабинета.

— Под чьей это опекой? — опешил Томаш.

— Под опекой американского посольства.

Историк вопросительно посмотрел на «дипломата».

— Ничего не понимаю! — воскликнул он. — С документами у нее все в порядке? Бумаги оформлены?

— Все как положено. Но она поедет сейчас со мной.

Томаш взглянул на Ариану, и ему показалось, что та напугана, затем снова перевел взгляд на Грега.

— А зачем?

Атташе пожал плечами.

— Мы должны задать ей кое-какие вопросы.

— Но… о чем вы собираетесь ее спрашивать?

Грег покровительственно положил ему руку на плечо.

— Послушайте, Томаш. Доктор Ариана Пакраван — ответственное лицо Министерства науки Ирана, она причастна к ядерной программе этой страны. И мы должны ее расспросить, понимаете?

— Что значит «расспросить»? Сколько вы будете с ней беседовать? Час? Полтора?

— Нет, — ответил американец. — Беседовать мы с ней будем, возможно, не один день.

— Но это немыслимо! — возмутился историк, беря Ариану за руку.

Грег решительно его остановил.

— Томаш, прошу вас, не встревайте!

В ответ португалец приставил указательный палец к груди американца.