Стоя под радугой - Фэнни Флэгг

– Чем могу служить, мэм?

Бетти Рэй судорожно прижала к груди сумочку.

– Э-э… я пришла к миссис Вите Грин.

– Да, мэм. Как вас представить?

Бетти Рэй, закутанная в шелковый шарф и надевшая темные очки, испугалась. Не ожидала, что ей предстоит называть имя. Она едва не повернулась, чтобы уйти, но сдержала себя.

– Скажите, это миссис Спаркс.

– Да, мэм. – Привратник нажал на кнопку: – Миссис Грин, вас хочет видеть миссис Спаркс.

Он помолчал. Потом повторил:

– Миссис Спаркс.

И снова повисла длинная пауза. У Бетти Рэй так колотилось сердце, что еще чуть-чуть – и кинется бежать. Тут швейцар положил трубку и сказал:

– Входите. Лифтом на четырнадцатый этаж и налево. Посмотрите вправо и увидите квартиру 15А.

– Спасибо.

Бетти Рэй ринулась в лифт, где ее чуть не стошнило от волнения.

Вита немного растерялась от неожиданности. Первой мыслью было сказать, что ее нет дома. Но когда-то придется с этим столкнуться, так пусть это произойдет сегодня. В любом случае разговор с его женой будет не из приятных. Она позвала горничную:

– Бриджет, открой дверь и скажи леди, что я сейчас буду.

Вита направилась в спальню переодеться. Времени минуло изрядно, но она все еще не оправилась, из дома практически не выходила, а в иной день и из постели не выбиралась. Выйдя из лифта, Бетти Рэй позвонила в квартиру 15А и чуть не подпрыгнула от резкого звука.

Дверь открылась, Бриджет готова была, как делала сотни раз, произнести: «Входите, пожалуйста, присаживайтесь, миссис Грин сейчас выйдет», но, узнав Бетти Рэй по фотографиям из газет, только и смогла, что разинуть рот и пялиться. Бетти Рэй тоже удивилась: она внутренне готовилась увидеть в дверях Виту Грин. Наконец спросила:

– Это квартира миссис Грин?

Бриджет выдавила из себя:

– Да, мэм.

– Она дома?

– Пойду посмотрю.

Бриджет кинулась прочь по коридору, распахнула дверь спальни, бледная как привидение, глаза расширены от ужаса:

– Жена архиепископа. Прямо у двери. Что мне сделать? Вы дома?

– Все хорошо, я справлюсь. – Вита за туалетным столиком спокойно подкрашивала губы.

– Могу сказать, что вас нет в городе.

– Не надо, но если услышишь выстрел, то звони в полицию.

– Ох, Иисус, Мария и Иосиф! – выдохнула Бриджет.

Вита улыбнулась и потрепала ее по руке.

– Шучу, – сказала она, а про себя подумала: «Надеюсь» – и отправилась встретить Бетти Рэй, которая так и стояла у порога.

Гладкая как шелк, спокойная, словно к ней заглянула подружка, а не жена мужчины, ставшего любовью всей ее жизни, Вита сказала:

– Губернатор Спаркс, простите, что заставила вас ждать, я была не одета. Зайдете?

У Бетти Рэй дрожали колени, когда она входила в гостиную. В квартире витал слабый аромат духов «Шалимар» – знакомый запах. От Хэмма всегда так пахло.

– Присаживайтесь, губернатор. Можно предложить вам кофе или чаю?

– Нет, спасибо. Воды, если можно.

– Конечно. Бриджет, принеси, пожалуйста, губернатору Спаркс стакан воды.

Когда они уселись, Вита сказала:

– Вы понимаете, как я и все мои коллеги из совета по искусствам сочувствуем вам из-за вашей потери.

Бетти Рэй кивнула:

– О да, и я благодарна за письмо и цветы.

Повисла неловкая пауза.

Бетти огляделась:

– Красивая у вас квартира.

– Спасибо.

Две женщины впервые видели друг друга после той мимолетной встречи несколько лет назад, и Бетти Рэй обнаружила, что все еще чувствует себя рядом с Витой неуклюжей школьницей. Сидевшая напротив женщина, в серьгах с огромными желто-зелеными, под цвет глаз, кристаллами горного хрусталя, была, пожалуй, одной из самых шикарных женщин на свете.

Вита тоже разглядывала гостью. Конечно, она много раз видела ее на фотографиях и в течение нескольких неуютных минут на вечеринке Уилера, но это совсем другое. Перед ней сидела довольно миловидная женщина, ничего выдающегося, однако в глазах у нее было что-то такое, чего Вита раньше не замечала. Что же это, не могла сообразить Вита. У Бетти Рэй были красивые руки с длинными пальцами, изящные, крупные губы смягчали излишнюю худобу лица… и эти глаза. Когда Бриджет принесла стакан воды, Бетти Рэй взяла его, улыбнулась и сказала:

– Спасибо.

И тут до Виты дошло, чем ее привлекли глаза Бетти Рэй. В них проглядывало то же бесхитростное выражение, что у собачки, которая была у нее в детстве. Милая доброта, с примесью грусти и чего-то еще, и тут Вита поняла, что жена ее любовника никого не пристрелит. Она сама напугана. Вита сказала Бриджет, что служанка может идти, ее позовут, если что понадобится. Девушка взглядом спросила: «Вы уверены?» – и Вита кивнула.

Они сидели и смотрели друг на друга. Наконец Бетти Рэй заговорила:

– Миссис Грин, мне казалось, у меня есть причина сюда прийти, но теперь я не могу ее вспомнить. Чувствую себя глупо, боюсь, что своим приходом я выставила себя полной дурой. Я подумала, может, вам нужно с кем-нибудь поговорить, с кем-то, кто… Наверное, я хотела узнать, все ли у вас в порядке, не нужно ли вам что-нибудь. Я знаю, как хорошо вы относились к моему мужу и как он хорошо к вам относился… как зависел от вас… от ваших советов… и вообще. Вы не пришли на поминальную службу, и мне кажется, я догадываюсь почему. – Тут Бетти Рэй икнула. – Ой, простите. Я подумала: как вам, наверное, тяжело было пропустить ее… – Она снова икнула. – Ну, отлично. Теперь еще икота.

Вита встала и взяла ее стакан.

– Сейчас вам еще воды принесу, – сказала она и вышла на кухню, оставив Бетти Рэй икать на диване.

Когда Вита вручила ей стакан, Бетти Рэй сказала извиняющимся голосом спасибо, отпила большой глоток и пролила воду на платье.

– Ой, боже мой, не так, совсем не так я себе это представляла. Я хотела… – Она снова икнула. – Простите. Просто я хотела сделать то, что… Просто Хэмм наверняка хотел бы, чтобы кто-то это сделал.

Вита сидела и наблюдала, как бедолага разваливается на части прямо у нее на глазах, но ничего не могла сказать. Она до сих пор не знала, насколько жена Хэмма в курсе.

– Я думала, что поступаю благородно или что-то типа этого, но теперь понимаю, что пришла для того, чтобы вы мне кое-что сказали. – Тут Бетти Рэй расплакалась. – Мне нужен друг, и я не знаю, где его искать. Ладно, я лучше пойду. – Она встала. – Я думала, будет по-другому. – У двери она снова икнула. – Простите. – С этими словами вышла из гостиной и закрыла дверь.