Слезы темной воды - Корбан Эддисон

Когда доктор Мунира перевела вопрос, Ахмед скороговоркой выпалил несколько слов на сомалийском.

– Да, – передала его слова доктор. – Он помнит Ибрахима. Славный парень, но недолго здесь пробыл. Ахмед не знает, куда он направился.

Меган продолжила:

– Можете вспомнить, как он покинул лагерь и с кем ушел?

– Он был таким же, как многие другие молодые люди, – сказала доктор Мунира после ответа Ахмеда. – Просто решил уйти. Он мог уйти не один, но Ахмед не знает точно. Ибрахим был неразговорчивым.

Меган сменила направление:

– Он когда-нибудь говорил о родителях, брате, сестре?

Немного подумав, Ахмед кивнул. Доктор Мунира перевела:

– Однажды он вспоминал о сестре. Говорил, что хочет ее найти.

«Ясмин», – подумала Меган, оживившись.

– Что еще он говорил о сестре? Он знал, где ее искать?

Ахмед бросил несколько слов на сомалийском, и доктор перевела:

– Больше он ничего не знает.

Чувствуя, что время поджимает, Меган задала самый главный вопрос:

– Покинув лагерь, он отправился в Хобьо и стал пиратом. Вы знаете, почему он мог это сделать?

Доктор Мунира посмотрела на нее неопределенно.

– Я не уверена, что вам стоит спрашивать об этом.

Меган и глазом не моргнула:

– Если он знает ответ, это может помочь Исмаилу.

– Ну хорошо, – вздохнула доктор. – Только ему это может не понравиться. – Она перевела вопрос мягким голосом, как мать, сообщающая дурную весть ребенку.

К реакции Ахмеда Меган оказалась не готова. Он вскочил, рявкнул что-то в ее сторону, решительным шагом вышел из манговой рощи и скрылся в хозяйственной постройке.

– Что это сейчас произошло? – спросила она, потрясенная его бегством.

– То, чего я и боялась, – сказала доктор Мунира. – Пиратство запрещено в исламе. К тому же это опасное занятие. Пираты – плохие люди. Даже если Ахмеду что-то об этом известно, он никогда не признается.

Меган заглянула в глаза доктору Мунире:

– А вам что-то об этом известно?

Женщина не сразу ответила.

– Примерно в то время по лагерю ходили слухи, что какие-то молодые люди у нас якобы ведут разговоры о кораблях и выкупах. Не знаю, что заставило Исмаила отправиться в Хобьо. Но, если слухи были верны, возможно, он примкнул к тем ребятам.

«Только это не объясняет почему, – подумала Меган, раздраженная той бездной, которая продолжала ее отделять от понимания сути случившегося. – Рассказы всех, кто его знал, сводятся к тому, что это противоречит его характеру».

Доктор Мунира спросила:

– Вам известно, нашел ли Исмаил свою сестру?

Меган покачала головой:

– Не думаю.

– Вокруг столько печальных историй! Иногда я думаю, что мы совсем забыли значение слова «мир». – Доктор взглянула на часы. – Время истекло. Нужно возвращаться.

Меган встала и вышла с доктором Мунирой, Изрой и остальными из рощи. Увидев в отдалении госпиталь, она направилась к нему. Почему-то мысль о Ясмин засела у нее в голове. Ее не покидало чувство, что она что-то упускает. Живя в деревне, Исмаил помалкивал о своем прошлом. Но об одном проговорился: о своем желании разыскать сестру. Утрата бдительности говорит о том, что сестра занимала очень большое место в его сердце. Меган вспомнила разговор с Махмудом и вдруг поняла, что нечто важное прошло мимо ее внимания. Она достала мобильный телефон, который он дал ей после встречи, и вызвала его номер.

– Госпожа Деррик, – резко произнес он, – вы все еще в Могадишо?

– Нет, – ответила она. – Я в деревне Хавы Абди.

Секунду он не отвечал. Потом удивил ее комплиментом:

– Не думал, что вы поедете туда. Вы храбрая женщина. Глупая, но храбрая.

Его великодушие придало ей смелости.

– В прошлый раз я вас кое о чем не спросила. Мне нужно кое-что узнать о Ясмин. Он уехал из деревни, потому что хотел найти ее?

Махмуд опять замолчал, только слышалось его дыхание.

– Поговорим, когда вы вернетесь.

– Где? – спросила она, предчувствуя прорыв.

– Я вас найду.

* * *

Через несколько минут после полудня конвой АМИСОМ снова въехал на территорию аэропорта и по грунтовой дороге промчался до парковки. Меган сняла шлем и бронежилет и вытерла со лба пот. Когда «Каспер» остановился, она выбралась из него и с благодарностью обняла Изру.

– Все вышло как нельзя лучше, – сказала она. – Спасибо вам за все.

Изра улыбнулась.

– Рада, что мы смогли помочь. – Она указала на микроавтобус, стоявший на окраине парковки: – Кажется, ваша машина подана.

Меган с удивлением обернулась. И действительно, ее ждал Манни. Сердце Меган забилось быстрее, когда она узнала в пристроившемся на заднем сиденье человеке Махмуда. Попрощавшись с Изрой, она пошла к микроавтобусу.

– Куда мы едем? – спросила она у дяди Исмаила, сев на пассажирское место впереди.

Ответил он загадкой:

– Я подумал, было бы неплохо прогуляться по берегу.

Манни выехал с парковки на дорогу вокруг аэропорта. Они миновали кладбище старых машин и свернули в заросли. Примерно на половине подъема на гору Манни остановил авто, и они вышли на крутую тропинку, которая уходила вниз, на заваленный водорослями берег. Меган увидела в отдалении выступающую в море коралловую косу.

– После вас, – сказал Махмуд.

Меган, осторожно ступая между камнями и растениями, вышла на песок, где мощный бриз, дующий с океана, смягчал полуденную жару. Она шла рядом с Махмудом, не произнося ни слова и глядя на волны, закручивающиеся в длинные белые линии, которые с грохотом налетали на берег. Наконец он заговорил:

– То, что я вам сейчас скажу, должно остаться между нами. Понимаете? – Когда она кивнула, он продолжил: – Исмаил покинул лагерь Хавы Абди в ноябре две тысячи десятого года. В следующий раз я услышал о нем в апреле. Он позвонил мне с сомалийского номера и сказал, что получил какие-то деньги и хочет доверить их мне. Вопросов я не задавал. Деньги я положил на банковский счет в Найроби, они до сих пор там.

«Доля Исмаила из предыдущего выкупа», – заключила Меган.

– Сколько было денег?

– Двадцать пять тысяч долларов. В следующий раз он вышел на связь в прошлом ноябре. Позвонил с какого-то международного номера. Потом я узнал, что это был спутниковый телефон.

«Господи боже, – подумала Меган. – Он звонил с “Возрождения”».

– Он сказал, что у него неприятности, – продолжил Махмуд. – Попросил пригнать «Ленд-Крузер» к берегу, в двадцати милях к северу от этого места, на закате следующего дня. Сказал, что с ним прибудут шесть человек.