Из серого. Концерт для нейронов и синапсов - Манучер Парвин

2.16

Я удивлён, но с облегченьем,

Смотрю, как третьим глазом косит

Рептилия, без огорченья

Моим незнанием, и просит:

– Ты расскажи подробней, мне бы

Узнать все тайны до конца,

Чтобы когда опять мне небо

Пошлёт залётного гонца,

Смогла б я выглядеть прилично:

Хоть воду и не пить с лица,

Но, говоря метафорично,

На нём не будет пусть яйца.

2.17

Итак, я продолжаю скромно:

– Жизнь развивалась, пока тайна,

Найдя приют внутри нейрона

Какой-то древней обезьяны,

Не загорелась новой искрой,

Как будто бы звездой сверхновой,

Сознанья осветив регистры,

Развив мышления основы.

И, улыбаясь, добавляю:

– Ты знаешь, видно, тему эту

Раскрыть, смекалку проявляя,

Другому предстоит поэту.

2.18

Мы утолили яйцами свой голод,

Пришла пора и жажду утолить.

И Туатарой был кокос расколот,

Мы пьём, я продолжаю говорить:

– Затем, внезапно, словно звёздной вспышкой,

Всё больше искр было рождено

В мозгу примата, умного не слишком…

И этим искрам было суждено

Всё новых синапсов задействовать резервы:

В итоге – обезьянья голова

Наполнилась желаньем самым первым

Произнести чудесные слова.

2.19

Я вижу, озадачил Туатару,

Про эволюцию так страстно говоря,

Но я продолжил, добавляя пару,

Повествование, не тратя время зря.

– Слова, что языком произносились,

Из разума передавали суть

И в синтаксис со временем сложились,

Общению давая новый путь.

Понятия рождало подсознанье

И гордо объявляло Бытию:

Я вижу всё, имею обонянье,

Я думаю, я чувствую, люблю!

Я ощущаю, слышу, прикасаюсь,

Но что же происходит, и кто я?

О боже мой, ведь я же так стараюсь,

Словами петь, желаний не тая,

Писать стихи, всего святого ради,

Искать слова, оттачивая слог,

Чтобы в значений радужном наряде

Святые чувства передать я смог.

2.20

Рептилия расстроена: – Похоже,

Придётся в ожидании томиться

Мне миллионы лет ещё, чтоб всё же

Сумел сюда другой поэт свалиться

Без объявленья о своём визите.

Он мне про эволюцию расскажет.

К тому моменту только, извините,

Другим всё будет, Туатара даже…

2.21

Пришёл черед и мне вовсю смеяться…

Когда же этот мой порыв иссяк,

Решил за «эволюцию» я взяться,

Частично сняв все «почему» и «как»…

– У нас ресурсов мало, понимаешь,

А конкуренция безумно велика.

И если силы есть, ты выживаешь,

А если непригоден, то – «Пока!»…

В борьбу за выживание включились

Так яростно не только индивиды,

В стремлении одном объединились

Сначала группы их, потом и виды.

И поколение, меняя поколенье,

В борьбе за жизнь со временем крепчая,

Повысило и качество общенья,

Взаимодействие друг с другом улучшая.

Но в результате тех боёв бездумных

Опасность угрожает нашей жизни

От самых неразумных из разумных, —

Сама ты мне сказала с укоризной…

Увы, твоя ирония логична:

И, в эволюции прокладывая путь,

К развязке приближаемся трагичной…

Но выживет тогда хоть кто-нибудь?

2.22

– И даже Африка, блага свои даруя,

Не утолила голод любопытных, —

Жестикулируя руками, говорю я, —

И в поисках земель, от взора скрытых,

Шёл Человек к земле обетованной,

Что простиралась где-то за саванной…

2.23

Рептилия разбила ещё один кокос,

И угощает молоком, как прежде…

– Мой друг Пируз, история, что ты мне преподнёс,

Так интересна – даже мне, невежде!

Пускай в повествовании не определено

Добро и зло так чётко и конкретно,

Достойно рассмотрения глубокого оно

И разум захватило незаметно!

2.24

И, с благодарностью рептилии трёхглазой

За похвалу и молоко кокоса,

Я терпеливо подбираю фразы,

Чтоб изложить точнее суть вопроса:

– Пока не сядет солнце в море ночью,

Сознание работает прекрасно.

Но не настолько, чтоб узрить воочию,

Как ложные истории опасны,

В которых нам оставили пророки

Разгадки тайны сотворенья мира.

От этих всех историй нету прока,

Нет истины прямого ориентира.

Любой пророк своим догадкам верил,

И заявлял, что истина открыта.

Но кто их степень ложности измерил?

Ведь доказательств не было добыто…

И, как ребёнок маленький, наука,

На «как» и «почему» попав пикеты,

Весомых доказательств ищет в муках,

Чтоб истиной назвать свои ответы.

2.25

– И, несмотря на весь прогресс науки,

Откуда взялся странный чемодан? —

Продолжив тему, развожу я руки. —

На сей вопрос ответ ещё не дан.

С пульсирующим разумом внутри

Наш чемодан на скорости несётся,

Его маршрут весь соткан из интриг,

Хозяин по талону не найдётся.

Но Человек, по этому пути

Мечтой и жаждой знания ведомый,

Значения старается найти

Всех неизвестных Бытия земного.

2.26

Теперь Туатара, брюшко потирая,

Зевает, пытаясь поставить меня

В тупик, «почему» и «зачем» задавая

И тон провокаций в беседе ценя:

– Зачем же вы рушите жизнь, беспокоясь

О всех неизвестных, спешите их знать?

И мне невдомёк любопытство людское:

Когда меньше знаешь, спокойнее спать.

Как жаль, что наличие бóльшего мозга

Лишает покоя, приносит вам боль —

Вопросы ваш разум секут, словно розги…

Вот, личный пример привести мне позволь:

Я ем! Я играю! Я совокупляюсь!

Под пальмами сплю и в прибое плещусь!