Падшие в небеса. 1997 - Ярослав Питерский

Это был он!

Этот проклятый человек – Леонид Маленький.

Валериан покачал головой и нервно спросил:

– Что вам сейчас от меня надо? Что?! В такой момент. Что вы меня трогаете?

– Мне очень жаль, Валериан Степанович. Что ваша супруга так погибла. Очень жаль. Я думаю, убийца будет сурово наказан. Кстати, для информации он задержан и находится за решеткой.

Валериан вздрогнул, он недоверчиво взглянул на Леонида и испуганно сказал:

– Что?! Что он говорит?!

– Ну, я не знаю, это пока тайна следствия… – загадочно буркнул Маленький.

– Да какая там к черту тайна следствия?! Что он говорит?! Что?! Вы наверняка знаете! Скажите мне!

Леонид сидел и загадочно глядел в окно. Он молчал, словно тянул время, словно издевался, так, по крайней мере, показалось Скрябину. Наконец Маленький повернулся и пристально посмотрел в глаза Леониду, от этого взгляда у Скрябина по спине пробежали мурашки:

– Он пока ничего толком не говорит, вернее, говорит, что ничего не помнит, и что не убивал вашу жену.

– Значит, он не сознался? – испуганным голосом просил Скрябин.

– Да пока он не сознался, но с ним работают.

– В смысле?!

– А в том смысле, что если он сознается, то в принципе дело будет отправлено в суд и, мы этого человека не увидим долгое время. Если вообще когда-нибудь, увидим, – загадочно сказал Леонид.

Скрябин вновь посмотрел ему в глаза, затем зажмурился и пробормотал:

– Как это все страшно…

– Нет тут ничего страшного, убийца будет сурово наказан по всей строгости закона. Что тут страшного?

– Да прекратите вы! Прекратите ваш тон,… он тут не уместен! – взвизгнул Скрябин, он даже удивился своей смелости грубить этому человеку.

– А вот истерик не надо! Не надо! И еще, вас будут допрашивать по этому делу, как свидетеля. Имейте терпение и внутреннее самообладание, и видите себя спокойно. Говорите четко и без этих вот эмоций. Нам проблемы не нужны! Вернее, вам!

Валериан опять вздрогнул, он с ужасом посмотрел на этого циничного человека:

– Что вы хотите сказать?!

– Хм, ничего, – ухмыльнулся Маленький.

– Ах да! Понимаю. Понимаю, – сник Валериан. – А если он не признается, если он так и не признается? Что тогда?!

– Я думаю, признается, он признается, там работают очень профессиональные ребята. Хотя есть и небольшая проблема.

– Какая еще проблема?!

– А такая. Вы не сделали все как я вам говорил, вы не оставили на месте преступления орудие убийства. А это теперь затрудняет следствие. Надеюсь, нож вы просто выбросили и его никто не найдет… – мрачно сказал Леонид.

– Как?!!! Как это не оставил?!!! – вскрикнул Валериан.

– А так. Нож на месте преступления не нашли…

– Нет!!! Это не может быть! Нет! Я оставлял… Я точно помню, оставлял!!! Нет! Это не может быть! – кричал Скрябин.

– Успокойтесь такое бывает, просто вы, наверное, думаете, что оставили, но сами не оставили, в напряжении были, волнении.

– Да нет! Вы не понимаете! Я вложил ему в руку! Все как вы говорили! Все как вы говорили! И это точно! Я не сумасшедший и говорю вам, как есть! Как было, я вложил ему в руку!

– Если вы так сделали, то где этот чертов нож?! Его менты не нашли, а это очень важно было! Будь нож на месте, то все, никаких бы больше усилий не надо было, упекли бы его на пятнадцать лет, и все не вернулся бы он больше с зоны! А сейчас, сейчас надо, что бы он сам признался, сам! Слишком там все шатко, – Леонид говорил это противным скрипучим голосом.

Скрябин понял, что Маленький очень недоволен и злится. Валериан вновь испугался, он покосился на Леонида и затаил дыхание.

Они сидели молча несколько секунд, затем Леонид тихо сказал:

– Значит так, Скрябин. Вы назад отступить уже не должны. Если вы сделаете шаг назад, я вас уничтожу. Потому как вы становитесь просто опасным. Вы раскисли, вы стали совсем неуправляемы и опасны, прежде всего, для себя. Поэтому, я вам советую все-таки взять себя в руки и довести дело до конца.

– Что вы такое говорите?! – возмутился Валериан. – Вы, вы все сделали, чтобы сделать меня убийцей! Что бы моими руками решить мою проблему, а сейчас меня и обвиняете? Да вы…, да вы…

– Слушай ты! Ты перестань тут мне литературно-театральный кружок устраивать! Сам решил, сам сделал! И если ты мужик и хочешь остаток жизни прожить нормально, то не будешь тут распускать нюни. Соберись и веди себя прилично!

Валериан тяжело дышал, он, прикусив губу, сжал кулак и ударил им по стеклу дверки.

Маленький покосившись на Скрябина ухмыльнулся и похлопал критика по коленке.

– Ладно, ладно. Валериан Степанович, успокойтесь и скажите, куда вас отвезти?… – примирительным тоном добавил Леонид. – Вам надо отлежаться, может даже выпить немного, чтобы в себя прийти. Мы вас отвезем. Куда надо.

– Нет, мне от вас больше ничего не надо! Нет! Мне с вами не по пути! – Скрябин судорожно нащупал ручку на двери и, рванув ее, выскочил на улицу.

Он побежал прочь, по аллеи кладбища, затем свернул на первую попавшуюся тропинку, которая петляла между могилами. В глазах мелькали кресты и звездочки, камни гранита, мрамора и железные короба. Фотографии с красивыми лицами, с них словно смотрели люди, которых уже нет.

Десятки людей!

Десятки людей фантомов!

Скрябин хватался за железные оградки и выл, как волк. Слезы катились по щекам, ноги, едва слушались, сделав еще несколько шагов, Скрябин споткнулся о камень и упал на небольшой холмик. Это была заброшенная могилка. Высокая сухая трава проросла выше небольшого деревянного покосившегося креста.

Но Скрябин не видел на чем он лежит, Валериан уткнувшись лицом в землю, содрогаясь всем телом, тихо рыдал. Ему казалось, что все внутренности сейчас просто вывернуться наизнанку от спазм в желудке. Сколько так он мучился, он не помнил, но через какое-то время силы оставили его и Валериан лишь всхлипывал.

И тут, словно с неба прозвучал знакомый голос:

– Ну, что, мучаешься сука?!

Скрябин замер, ему стало страшно, нет, не прост о страшно, а все тело, до кончиков пальцев охватил животный ужас. Валериан не двигался, он лежал и ждал…

И голос вновь прозвучал, это был красивый женский голос:

– Значит, ты все-таки решился. Ты думаешь, что тебе все это сойдет с рук? Нет, нет, не сойдет! Я не дам что бы тебе сошло и невинного человека за тебя сгноили в тюрьме!

Скрябин мучительно пытался вспомнить, где он слышал этот голос?

Валериан медленно перевернулся на спину и к своему и увидел, что у его ног стоит Виктория Маленькая.