Львы Сицилии. Сага о Флорио - Стефания Аучи

— Поздравляем!

Небольшой оркестр играет вступление к вальсу, аплодисменты заглушают музыку.

Жених и невеста идут рядом. Жених, Луиджи Де Паче, сын богатого палермского судовладельца и компаньона Флорио, приветствует всех, смеется над шутками, отвечает на них. Невеста, Анджелина, тоненькая, скромная, кажется спокойной. На ней атласное платье и длинная кружевная фата, которые ее отец заказал пошить в Валансьене. Рядом с ней — сестра Джузеппина, которая обнимает ее и поправляет фату.

Джулия наблюдает за старшей дочерью. Она счастлива за нее, испытывает гордость и легкую грусть. У Анджелины есть то, чего не было у нее: настоящая брачная церемония. Торжество. Приданое. Для Винченцо она пожертвовала всем. И даже после того, как они поженились, он ничего не записал на нее, даже булавки. Но не важно. Сейчас главное — счастье ее дочери.

— Какая элегантная!

— Свадебная фата не хуже, чем у королевы!

Джулия, радостная и грустная одновременно, приняла этот комплимент и на свой счет.

Нелегко было убедить Винченцо согласиться на этот брак. Мать Луиджи сама попросила ее о встрече. После чая и обмена шутками синьора Де Паче — крепкая, с густыми бровями и крупными руками — серьезно посмотрела на нее.

— Донна Джулия, позвольте откровенный вопрос?

— Пожалуйста.

— Мой муж слышал, что ваш муж, дон Винченцо, хочет выдать замуж дочерей. Это правда?

Джулия мгновенно насторожилась.

— Да.

Синьора Де Паче скрестила руки на животе и внимательно смотрела на нее, чуть нахмурив брови, следя за реакцией собеседницы.

— Наш сын мог бы подойти вам. Луиджи. Хороший парень, почтительный, серьезный, работящий. Он будет относиться к ней как к баронессе. Не желаете поговорить об этом с вашим мужем?

И она поговорила. Убеждала, однако не слишком долго.

Винченцо, конечно, упрямый, но и прагматичный: Де Паче были судовладельцами и имели развитую торговую сеть. Не такие богатые, как Флорио, не дворяне, но в них присутствовал свободный дух предпринимательства, который Винченцо ценил превыше всего. Так что они споро договорились о приданом и назначили дату свадьбы.

Джулия рада. Анджела, ее Анджелина нашла мужчину, который будет о ней заботиться. Луиджи чуть меньше тридцати, с виду он добрый и терпеливый. Подарил ей свадебный гарнитур из золота и изумрудов.

На свадьбе Джулия все же грустит.

Несколько дней назад, когда Анджелина при помощи горничной и портнихи после последней примерки снимала свадебное платье, Джулия с любовью наблюдала за ее движениями в зеркале, как будто хотела сохранить их в памяти. Ее старшая дочь, такая любимая и желанная, совсем скоро покинет родительский дом.

Анджелина встретилась с ней взглядом.

— Что с вами, мама? — спросила она, увидев глаза матери, блестящие от слез.

Джулия взмахнула рукой, будто отгоняя неприятную мысль.

— Ты — красавица, совсем уже женщина и… — Она сглотнула. — Я вспомнила, как ты росла, какой ты была, когда родилась — малышкой, всегда привязанной ко мне. А сейчас вот выходишь замуж.

Анджелина схватила домашнее платье и быстро оделась, словно застеснялась.

— Я помню это время. Я была привязана к вам, потому что у меня не было отца, а когда он приходил, отсылал меня прочь. Я почти не знала его, — говорила она, не глядя на мать. — Мы с Пеппиной всегда были ему в тягость.

Джулия бросилась к ней, обняла.

— Да нет, что ты такое говоришь? Ты же знаешь, у твоего отца скверный характер. Но он любит вас, он отдал бы за вас жизнь.

Анджелина накрыла ее руку своей.

— Мой отец любит деньги, мама и, возможно, вас. Но не нас с Джузеппиной. Единственный дорогой его сердцу человек — Иньяцио. — В ее тоне не было сожаления, она спокойно констатировала факт, который, каким бы печальным он ни был, в любом случае нельзя изменить. — И если уж говорить откровенно, — сказала она со вздохом, — то я счастлива, что выхожу замуж, ведь у меня появится своя семья и дети, которые будут любить меня такую, какая я есть.

При этом воспоминании улыбка сходит с лица Джулии. Она понимает, что Анджелина согласилась выйти замуж, чтобы оставить отчий дом. Любви предпочла надежду на лучшую жизнь.

Но, может быть… Джулия поглядывает на жениха с невестой. Луиджи внимателен к ней, подает ей бокал с шампанским, не выпускает ее руку. Анджела смеется и, похоже, действительно счастлива. Джулия надеется, что между ними уже возникло нежное чувство, пусть еще и не любовь. Она если придет, то со временем. Дай-то Бог, чтобы они были друг другу добрыми спутниками по жизни.

Джулия оборачивается, ищет взглядом мужа. Он нервничал все дни перед церемонией. Видит его в углу террасы, в компании других мужчин. Они дружески беседуют. О делах, конечно.

Знаком Джулия просит экономку приглашать гостей в дом, пора начинать свадебный банкет.

Как всегда, все должно пройти безупречно.

* * *

Иньяцио, шестнадцатилетний юноша с шевелюрой темных волос, тоже наблюдает за сестрой и зятем. Поднимает наполовину наполненный бокал, обращает к Анджеле молчаливый тост, и она в ответ на улыбку посылает ему воздушный поцелуй.

Он надеется, что она будет счастлива, и желает ей этого всем сердцем. Они ссорились все детство: Анджелина всегда ревновала его к отцу, обвиняя в том, что он его любимчик. Сестра была несчастна и зла на мир долго, очень долго.

Чтобы у тебя, наконец, на душе стало спокойно, говорят ей его глаза. Чтобы муж твой стал надежным деловым компаньоном дома Флорио, каким был его отец.

Он делает еще глоток. Французское шампанское, купленное в изрядном количестве через месье Деонна, доверенного человека отца во Франции. В гостиной и вдоль анфилады комнат стоят корзины с лилиями, розами и плюмерией, цветком-символом Палермо, — от их аромата приятно кружится голова.

В гостиной — столы с закусками на серебряных блюдах, блеск хрусталя, повсюду лакеи, готовые налить вино.

Флорио не пожалели денег на свадебное торжество.

— Чтобы еще долго говорили о нас, — заявил Винченцо, когда Джулия, сжав губы, составляла список приглашенных. — Торжественные приемы Флорио должны войти в историю.

И Иньяцио в который раз распознал в этом победном тоне трепещущую злобу отца.

Он не заметил, как Карло Джакери подошел его поприветствовать.

— Иньяцио! Замечательный праздник! Поздравляю! Твой отец не поскупился!

Иньяцио жмет ему руку. Этот мужчина с громким голосом и острым взглядом постоянно присутствовал в его жизни, и он, пожалуй, единственный человек, кого можно назвать другом отца, ведь для Винченцо Флорио существуют только компаньоны по торговому делу.