Стоя под радугой - Фэнни Флэгг

Норма Уоррен готовилась впервые расстаться с дочерью и не испытывала от этого никакой радости. Окончив школу, Линда тут же устроилась работать в телекоммуникационную компанию «AT&T». В день профориентации представители пришли в школу, чтобы найти девочек для работы. Когда Линду выбрали для обучения на менеджера, Норма расстроилась:

– Я надеялась, ты надумаешь в колледж поступить. Зря я сама так рано вышла замуж. Зря в колледж не пошла.

– Мам, но подумай, какая прекрасная возможность. Меня обучат такой классной специальности. К чему тратить четыре года на колледж, если я к тому времени уже буду работать и зашибать хорошие деньги?

– Но, дорогая, представь, сколько ты пропустишь веселья – женские клубы, свидания, жизнь в общежитии с другими девочками.

– Да ну, это все прошлый век, эти радости можно получать и зарабатывая деньги. Если все взвесить, мама, то понимаешь, что это самое разумное и практичное решение.

– Слишком ты молода, чтобы мыслить разумно и практично. Это у тебя от папы. Я вот никогда не была ни практичной, ни разумной. Может, и зря. Выскочила замуж и ничему не научилась. Случись чего с твоим отцом – придется в уборщицы идти или в поварихи, только это я и умею. Никаких познаний, лишь в стряпне да уборке.

– Да ну, мам. Хорошая стряпня требует мастерства.

– Ничего она не требует, – отмахнулась Норма. – Любая дуреха умеет готовить.

– Я вот не умею, – сказала Линда.

– Ты и не пыталась. Знаешь, твой папа очень огорчится, если ты не пойдешь в колледж.

– Не-а, не огорчится. Он тоже считает, что это отличный шанс.

– Откуда ты знаешь?

– Оттуда. Я уже сбегала в магазин и показала ему письмо.

– Когда?

– Утром.

– Раньше, чем мне?

– Просто хотела посмотреть на его реакцию. И он сказал – надо ехать.

– Ага, понятно, значит, вы, как обычно, уже все решили, а я так, сбоку припека, мое мнение можно не учитывать.

– Ой, ну мам…

– Да, все верно. Могли бы меня и вовсе не ставить в известность, зачем. Я для вас не важней дверной ручки. Не спрашивать же мнения у дверной ручки. Все равно ты поступишь так, как посоветует папа.

– Мама, ты же знаешь, это не так. И если ты так смертельно против, я не поеду.

– Ну конечно, и потом до конца жизни будешь меня в этом упрекать. Я просто надеялась, что ты останешься рядом с домом, вот и все.

– Так на самом деле тебя это беспокоит?

– А как же мне не беспокоиться? Я обыкновенная мамаша.

– Не о чем беспокоиться. Все будет в порядке.

– Думаешь, я отпущу тебя в большой город, где сплошь оружие и сутенеры, и при этом смогу не беспокоиться?

– Ой, мам, ну какие сутенеры в Сан-Франциско?

– Обыкновенные. Я смотрю телевизор, между прочим. Барбара Уолтерс в передаче рассказывала про русских девочек, которых сутенеры взяли в рабство. Это до сих пор продолжается. – Слезы навернулись у Нормы на глаза. – Надеюсь, ты будешь носить пистолет в сумочке. Знаешь, как легко ударить человека по голове, – это сплошь и рядом случается.

Час спустя Линда позвонила отцу:

– Пап, ты должен поговорить с мамой, ее заклинило, что мне проломят череп или сделают рабыней.

Мак ответил:

– Так я и думал. Про землетрясения еще не говорила?

– Пока нет, но скоро наверняка додумается.

Как и ожидалось, вечером Норма сидела с Маком на кухне.

– Не понимаю, о чем думают эти люди в телефонной компании. Ждут, что такая юная девочка поедет в Сан-Франциско одна-одинешенька?