Информация - Роман Сенчин

И чем ближе подступали рождественские каникулы, тем мощнее давила Наталья. Видимо, решила съездить с муженьком и ребенком куда-нибудь за границу, а тут угроза, что ее тормознут на таможне по стоп-листу.

Я стабильно, но довольно мягко, дипломатично отказывался от ее предложений. Но одна ее выходка меня взбесила, и я сорвался.

Дело в том, что после увольнения Руслана из агентства решил сваливать и я. Во-первых, дни, проводимые в этом гибнущем учреждении, можно было употреблять на зарабатывание неплохих денег во фрилансе, а во-вторых, – быть с Ольгой, в которую я уже всерьез влюбился, и делать вид, что мы с ней всего лишь коллеги, было тяжело и неправильно, почти невыносимо. Лучше встречаться по вечерам и тогда уже не скрывать своих чувств.

Так или иначе в начале ноября я уволился, а буквально через неделю-полторы мне позвонила бухгалтерша из агентства и сообщила, что пришла бумага с требованием удерживать из моей зарплаты двадцать пять процентов. Требовала этого моя бывшая жена. В ответ ей отослали другую бумагу, что я с такого-то числа в агентстве не работаю, и копию приказа об увольнении.

– Вот сука! – недоумевал я. – Что ей неймется?!

Несколько дней переживая этот случай, я пил и вспоминал (в который раз за последние четыре года), как мы с ней познакомились, как не могли друг без друга тогда, в первые месяцы знакомства, как я перетащил ее в Москву; свадьбу вспоминал, поездку в Париж, прогулки по Елисейским Полям и ее восторг на смотровой площадке Сакре-Кера, наши не такие уж плохие дни в Москве…

Как раз тогда позвонила на скайп Лианка. Я пил виски, копался в Интернете, и тут забулькало, на экране высветилось имя «Лиана».

Я механически нажал «ответить».

– Привет, – появилось ее лицо, миловидное, но уже пожухшее, навсегда усталое.

«Да, тридцать шесть ведь ей», – вспомнил, и появилось сочувствие – вот неплохая, по сути, женщина, не дура, при деньгах, а ни семьи, ни какой-то определенной перспективы. Вроде бы цель есть – стать известной певицей, но щелкают годы, и движения никакого. И скоро на нее наверняка всем станет плевать, даже деньги не помогут. Кому нужна пожилая армянка со своей детской мечтой покорить джазовый Олимп…

– Да, привет, – ответил. – Как дела?

– У меня все хорошо… – Ей явно хотелось поговорить не о своих проблемах или достижениях.

– Как Лондон? – скорее задал я новый вопрос, оттягивая момент, когда в мои уши польются просьбы пойти Наталье навстречу, урегулировать наши денежные вопросы.

Лиана пожала плечами, а может, поежилась. Сказала:

– Стоит Лондон, шумит…

– Как твои успехи?

– Ты спрашивал в прошлый раз. С тех пор – без изменений. Я о другом поговорить хотела…

На мгновение мне показалось, что сейчас Лиана попросит совета, как бы ей восстановить отношения с Максимом, то есть как бы им снова стать мужем и женой; хватит, мол, дурить, пора взяться за ум, родить ребенка…

– Понимаешь, у Наташи очень сложная ситуация, – по-неживому как-то глядя на меня с экрана ноутбука, начала Лиана. – Она…

– Извини, я не хочу о ней ничего слышать, – перебил, – тем более после того, что она сделала.

– Что сделала?

– Письмо мне на работу прислала, чтобы из моей зарплаты удерживать часть денег…

– Да, про это я знаю.

– Ну и зачем тогда со мной заводить беседы? – Я налил виски и выпил; меня трясло. – Мало она мне гадостей за последние годы сделала? Тварь она просто, гадина.

– Не надо так, – попросила Лиана. – В жизни все может произойти. Если она полюбила человека… У них девочка, серьезные, чистые отношения.

– Прекрасно! Очень чистые – одному бросать двух маленьких детей, другой мужу изменять, эсэмэсками перекидываться: «Чмоки-чмоки, рыбка». Очень чистые отношения!

– Но ведь они любят друг друга! – Лианка прокричала это с каким-то нездоровым жаром.

– Ну и слава богу. А я что, должен еще и финансово их любовь обеспечивать? Очень удобно и справедливо… Да я… – И тут у меня вырвались, как говорится, роковые слова: – Да я лучше ее закажу, чем хоть копейку дам! Тварюга…

– Ты это серьезно? – Лицо Лианки не умещалось в экране – видимо, она старалась всмотреться в меня.

– Что – серьезно?

– Что заказать.

– А что мне делать?! Четыре года продолжается. Ну полюбила, ушла, родила. А я-то при чем?! Я эту квартиру купил сам, на свои деньги. С какого хренища я ей-то платить должен? За что?! Она меня грабит, и я буду защищаться. Суд мне не помог, помогут другие вещи!

– Понятно-понятно, пока, – испуганной скороговоркой произнесла Лиана и исчезла с экрана, компьютер булькнул.

– Ну и катись, блин! – послал я ей вслед. – Посредница…

Я не придал этому разговору особого значения. Ну, выразил свое мнение, дал понять, что сюсюкаться с Натальей не намерен и ни на какие уговоры не поведусь. Причем дал понять это Лианке, а не кому-то еще. Надеялся, что больше она не станет возобновлять разговоры на эту тему.

Дня два-три все было относительно спокойно. Я разворачивал свой личный бизнес по размещению в СМИ информации, заводил новые знакомства, рекламировал себя в разговорах с провинциальными журналистами, помощниками политиков, бизнесменов.

А потом среди ночи мне позвонил Макс.

– Слушай, – сквозь сон зарычал я, – я понимаю, что тебе не хер делать! А мне в восемь утра встречаться.

– Погоди, – тревожно перебил он, – тут очень серьезное дело.

– Что, опять деньги кончились?

– Да при чем здесь я! У тебя такие геморры назревают!..

– Хм, удивил… У меня и так их по горло. – Я все еще цеплялся за сон, хотелось сказать Максу что-нибудь сильное, чтоб он исчез из трубки, и снова провалиться в теплое забытье. – До завтра.

– Да можешь ты выслушать?! Я с Лианкой сейчас говорил… Что ты там насчет Наташки намолол?

– В плане?

– Они там все на ушах. Считают, что ты ее завалить собрался. Муж Наташкин справки о тебе наводит. Кажется, без ее ведома. Лианке звонил, узнавал, где работаешь теперь, где живешь… Лианка твой адрес пока не сказала, но, говорит, если так дальше пойдет…

– Так. – Я вскочил с дивана. – Это она Наталье, что ли, мой бред передала?

– Не знаю, что там кто кому передал, но я так понял, что каша заварилась по-взрослому… Наталья в милицию хочет, муж говорит, что уладит сам… Будь осторожен, короче. Или лучше прощения попроси.

– У кого это я должен прощения просить?!

– Ну, у кого… У Натальи.

– С какого хрена! Что она меня грабит?

– Как знаешь, – вздохнул Макс. – В общем, я свой долг выполнил, предупредил…

Поначалу я отнесся к сообщению Макса не очень серьезно. Тревогу затмевала уверенность в моей полной правоте, но потом, обдумывая случившееся, понял, что меня вполне могут если не прикончить, то как следует изувечить. Чтоб больше не угрожал… Или машиной сбить. Самый распространенный способ припугнуть…