Щегол - Донна Тартт

Борис пообещал мне, что мы с ним жахнем две оставшиеся марки с кислотой, как только у него, как он выразился, мозг придет в норму; он признался, что иногда еще слегка улетает, видит, как бегают узоры в искусственном древесном зерне школьных парт, а когда он после этого пару раз покурил траву, у него снова начались приходы. – По ходу сильная штука, – сказал я.

– Крутая, ты что! Я ее могу останавливать, если захочу. Думаю, надо съесть их на площадке, – прибавил он. – Может, в каникулы на День благодарения.

Мы ходили принимать экстази на заброшенную детскую площадку, каждый раз – кроме самого первого, когда Ксандра стала ломиться ко мне в комнату с просьбами помочь ей починить стиральную машинку, починить мы ее, конечно, не могли, но проторчать с ней в прачечной сорок пять минут во время основной волны кайфа было мощным обломом.

– Сильнее будет, чем экс?

– Нет – или да, но уж поверь мне, будет просто здорово. Я так хотел, чтоб мы с Котку вышли на воздух, но мы слишком очень близко были к шоссе, к свету, машинам. Может, на выходных?

Было, значит, чего ждать. Но едва-едва я немного воспрянул духом и даже стал на что-то надеяться – спортивный канал никто не включал уже неделю, своего рода рекорд, – как, вернувшись из школы, застал дома отца, который меня поджидал.

– Мне нужно с тобой поговорить, Тео, – сказал он сразу, как я вошел. – Есть минутка?

Я остановился.

– Ну да, не вопрос.

Гостиная выглядела так, будто к нам вломились грабители – повсюду разбросаны бумаги, даже подушки на софе сдвинуты.

Он перестал расхаживать туда-сюда – двигался он чуть скованно, будто бы у него колено болело.

– Поди-ка сюда, – приветливо сказал он. – Присядь-ка.

Я сел. Отец выдохнул, уселся напротив меня, провел рукой по волосам.

– Юрист, – сказал он, подавшись вперед, зажав сцепленные руки между колен и глядя прямо мне в глаза.

Я ждал.

– Юрист твоей мамы. Ну, понимаю, да – я вот так с наскоку, но мне правда очень надо, чтобы ты ему позвонил.

На улице было ветрено, в застекленные двери бился песок, а навес над патио хлопал, будто развевающийся на ветру флаг.

– Чего? – спросил я, помолчав настороженно.

Мама говорила что-то про юриста, когда отец ушел, как я понял – насчет развода, но чем все закончилось, я не знал.

– Ну… – отец сделал глубокий вдох, поглядел на потолок. – Вот какое дело. Ты, наверное, заметил, что я на спорт больше не ставлю, верно? В общем, – сказал он, – я хочу завязать. Пока мне еще прет, так сказать. Я не то чтобы… – он замолчал, как будто задумался, – слушай, ну вот честно, мне здорово шло, потому что четко все контролировал и не срывался. У меня все просчитано. Наобум не ставлю. И в общем, как я уже сказал, шло мне здорово. Я за это время столько денег скопил. Просто…

– Ага, – неуверенно поддакнул я в наступившей тишине, гадая, к чему он клонит.

– Ну, то есть зачем искушать судьбу? Потому что, – приложив руку к сердцу, – я алкоголик. Я готов это первым признать. Пить я совсем не умею. Один стакан – слишком много, а тысячи мне не хватит. Лучшее, что я в жизни сделал, так это бросил бухать. А игра, понимаешь, ну даже с моей-то склонностью на все подсаживаться – с игрой всегда все было по-другому, – да, и у меня бывали проколы, но никогда я не скатывался до уровня, знаешь, таких ребят, которые доходят до того, что тратят казенные деньги или там пускают под откос семейный бизнес. Но, – он засмеялся, – если не собираешься в обозримом будущем стричь волосы, так и не стоит тогда торчать в парикмахерской, верно?

– И? – осторожно спросил я, ожидая продолжения.

– И – ффух! – Отец запустил обе руки в волосы, он сейчас выглядел совсем мальчишкой, изумленным, сам себе не верящим. – В общем, вот что. Я прямо сейчас хочу все по-крупному изменить. Потому что подвернулась возможность вскочить в один классный бизнес. У одного моего дружка – ресторан свой. И слушай, думаю, для нас всех это будет отличный выход – знаешь, шанс, который раз в жизни подворачивается. Понимаешь? У Ксандры сейчас трудное время на работе, потому что босс ее говнится, и – ну, не знаю, просто, по-моему, так все будет куда пристойнее.

У отца? Ресторан?

– Ух ты, круто, – сказал я. – Ух ты!

– Да, – кивнул отец, – Очень круто. Но дело в том, чтобы такой ресторан открыть…

– А какой ресторан?

Отец зевнул, потер красные глаза.

– А, да знаешь, самая обычная американская еда. Стейки, бургеры, все такое. Очень простая, очень хорошо приготовленная еда. Но чтобы нам с другом его открыть и заплатить все ресторанные налоги…

– Ресторанные налоги?

– Ой, господи, да, ты и не представляешь себе, что там за расценки. Налог на ресторан заплати, на алкоголь – заплати, еще страхование финансовой ответственности… чтобы запустить ресторан, надо кучу денег выложить.

– Ну, – я уже понимал, к чему он клонит. – Если тебе нужны деньги с моего сберегательного счета…

Отец вздрогнул:

– Что?

– Ну, это. Счет, который ты открыл на мое имя. Если тебе эти деньги нужны, нет проблем.

– А, да, – отец немного помолчал. – Спасибо. Очень тебе признателен, дружище. Но вообще-то, – он встал и принялся ходить по комнате, – дело в том, что я придумал тут один очень ловкий выход. Это ненадолго, только чтобы ресторан запустить, сам понимаешь. Отобьемся за пару недель – с такой-то кухней, местом и всем прочим, да это ж как получить лицензию на печать денег. Нужен только стартовый капитал. В этом городе все с ума посходили с этими налогами и пошлинами. Слушай, – рассмеялся он слегка сконфуженно, – ну ты же знаешь, я не просил бы, если б все не горело…

– То есть? – спросил я, озадаченно помолчав.

– Слушай, я что говорю, мне очень нужно, чтобы ты сделал для меня один звоночек. Вот номер, – он уже даже написал его для меня на бумажке, номер, как я заметил, начинался с 212. – Позвони этому мужику и поговори с ним. Его фамилия – Брайсгердл.

Я посмотрел на бумагу, потом на отца.

– Не понимаю.

– И не нужно ничего понимать. Говори то, что я тебе скажу.

– А ко мне-то это все какое имеет отношение?

– Слушай, просто позвони. Скажи ему, кто ты такой, что тебе надо с ним поговорить, по деловому вопросу, ля-ля-ля…

– Но… – Кто этот человек? – И что мне надо говорить?

Отец сделал глубокий вдох, изо всех сил стараясь держать лицо, что ему обычно неплохо удавалось.

– Он юрист, – сказал он, выдыхая, – юрист твоей матери. Нужно, чтобы он распорядился перевести вот эту сумму (у меня глаза на лоб полезли, когда я увидел сумму – 65 000 долларов!) на этот счет (палец уперся в рядок цифр под суммой). – Скажи ему, что я решил отправить тебя в частную школу. Нужно только твое имя и номер соцстрахования. Вот и всё.