Ты должна мне убийство - Эйлен Кук

Жасмин была высокой индианкой с острыми чертами лица и недружелюбным видом. Мне она показалась человеком, который не любит тратить время и терпение на ерунду и вечно отвечает с сарказмом. С ней болтала Кендра, выглядящая как девушка с фотографии до волшебного преображения. Ее брови были кошмарными, а лицо казалось вечно недовольным. Хотя, вполне возможно, она действительно всегда недовольна. Я помнила только то, что она училась на одни пятерки: на встрече Кендра упомянула об этом пару миллионов раз.

Джамал постоянно находился в движении, как переевший сахара ребенок. Еще он был без ума от техники – всегда носил с собой часы Apple, телефон, планшет, фитнес-браслет и камеру, казавшуюся достаточно мощной, чтобы делать снимки из космоса. Я слышала, как он говорил Софи о приложениях, которые скачал специально для этого путешествия.

Софи помахала в ответ на мою скромную улыбку. В этой девушке все было круглым и мягким. Однажды она наверняка снимет очки, распустит волосы, и все увидят, какая она на самом деле красотка. Но этот момент еще не наступил, и пока она напоминала чью-нибудь скучно одевающуюся сорокалетнюю маму из пригорода.

Я уже собиралась подойти к ней, как перед моим носом внезапно очутилась вилка с болтающимся на ней ярко-розовым мясом. Ее держал парень, сидящий поблизости, чье имя я сначала никак не могла вспомнить. Алекс! Точно.

– Как думаешь, что это? – спросил меня Алекс, сморщив нос. Он был чуть смуглым и голубоглазым, а еще высоким и худым, как палочник.

– Может, какая-нибудь оливковая колбаса? – предположила я.

Алекс продолжил смотреть на вилку с недоверием, нахмурив брови.

– Я не придираюсь. Ну, может, только чуть-чуть. Просто я аллергик.

– Никогда не слышала об аллергии на оливки.

– У меня нет аллергии на оливки. А вот на клубнику… Я распухаю как рыба-шар и покрываюсь пятнами.

– Как мило.

– Это еще что, – хмыкнул он, – вот если я съем раков, то у меня вообще начнется припадок. И выгляжу я при этом как белый парень, который пытается танцевать.

Я засмеялась и попыталась рассмотреть его поближе.

– Пытаешься угадать мою национальность? – спросил он, заставив меня покраснеть. – Удачи с этим. Я один из тех, в ком смешаны все расы. – Он снова поднял свою вилку и принялся ее внимательно изучать. – Нет, ну серьезно, оливки в мясе? Представь, делаешь ты бутерброд и думаешь себе: «Сыр, салат, помидоры, майонез… Хм-м, а подойдут ли оливки к мясу? Нет, гениально, они будут В мясе!»

Мои губы дрогнули в улыбке.

– Не знаю даже.

– Ты не знаешь, нравятся ли тебе оливки на бутерброде? – Он удивленно взглянул на меня.

– Нет, – я покачала головой, – не знаю, зачем людям вообще бутерброды с оливками. – Я задумалась. – Хотя, если уж так хочется, то запихивать их в мясо действительно удобнее, чем если они постоянно будут выпадать из бутерброда.

– Согласен, это удобно, – улыбнулся он и протянул мне руку. – Я Алекс, если не помнишь.

Заметив мою неуверенность, парень посмотрел на свою руку и вытер ее о штаны, избавляясь от жира. Затем протянул снова.

– Ким, – представилась я.

– Я знаю, – снова улыбнулся он. – Помимо многих других талантов, я обладаю прекрасной памятью.

– Ты слишком энергичный. Неужели поспал в самолете?

– Да, я был в бизнес-классе. – Он покраснел и убрал челку с глаз. Я бы убила за такие ресницы, как у него, – длинные и пышные, как из рекламы туши. – Мама работает в этой авиакомпании и организовала мне перелет.

– Круто там?

– Ты даже не представляешь, насколько, – торжественно заявил он. – Кресла раскладываются как кровати, и еще нам принесли теплое печенье с мороженым. Хотя, как я слышал, тебе и в эконом-классе было неплохо.

Мои щеки вспыхнули. Коннор выставил меня перед всеми какой-то пьяницей.

– Не могу вспомнить, из какой ты школы, – сменил тему Алекс.

– Мне казалось, у тебя прекрасная память, – усмехнулась я, подтрунивая над ним.

– Это да, – он закатил глаза, – но не на уровне суперспособности, а то другим будет скучно.

– Я хожу в Хэндсворт. Наш руководитель усиленно продвигает эту программу. Говорит, самостоятельные путешествия учеников хорошо выглядят в университетских сочинениях. А ты где учишься?

– Дома, – он пожал плечами, – поэтому я такой странный. Фиговая социализация.

– О, – я удивленно моргнула, не зная, что ответить. Я даже не поняла, шутит ли он.

Мы молча стояли рядом, пока я напряженно думала, о чем бы еще поговорить. Если не смогу придумать что-то, он уйдет в поисках кого-нибудь способного поддержать диалог. Я вспомнила Никки: ей стоит лишь мельком увидеть Алекса – и она сразу поймет, как им подружиться. Да они бы к этому моменту уже стали лучшими друзьями! А у моей мамы будто был зазубрен список тем, на которые можно разговаривать с кем угодно, от кассиров до физиков-ядерщиков.

Не то чтобы мне безумно хотелось подружиться с ним (хотя это было бы не лишним). И дело даже не в том, что у него хорошее чувство юмора и достаточно мозгов, чтобы попасть в эту программу. Просто нас было восемь «студентов по обмену», и впереди нас наверняка ждало много парных занятий. Я не хотела быть лишней, не хотела, чтобы меня назначали в пару кому-то, кому я не интересна. Осмотревшись, я уже заметила, что все разбились на пары. Хоть мы с Софи и поболтала немного в аэропорту, сейчас она уже тусила с Джамалом.

– Тебе нравятся «Рейвенс»? – спросила я, указывая на футболку Алекса с названием группы. – У меня кузен занимается организацией их концертов.

Это было… притянуто за уши. Мой кузен работал в турагенстве, которое однажды заказывало авиабилеты для этой группы. Зато общие интересы – хорошее начало для разговора.

Алекс раскрыл рот от удивления.

– Дай мне коснуться тебя, чтобы я смог потом хвастаться, что трогал кого-то, кто трогал кого-то в «Рейвенс»! – Он коснулся пальцами моего запястья и глубоко вздохнул. – Офигенно.

Я вздрогнула от его прикосновения. Зачем я соврала? Кто бы мог подумать, что он такой фанат? Мне всего лишь хотелось завязать разговор. Я оглядела комнату, не смотрит ли кто на нас, но все были увлечены своими собеседниками. Сделав глубокий вздох, я собралась с силами. Мне нужно было менять свою жизнь к лучшему. Никки бы не стала ждать, пока кто-нибудь обратит на нее внимание.

– Слушай, если нам придется делиться на пары для этой программы, не хотел бы ты…

– Сходить с тобой на свидание? – Он закинул руку мне на плечо. – Я уж думал, ты никогда не спросишь.

Мне стало жарко. Но увидев, что Коннор наблюдает за нами, я вздернула подбородок и не стала скидывать с себя руку Алекса. Пусть видит, что я в нем не нуждаюсь.

– Разумеется, я хочу тусить с кем-то, кто практически работает с моей любимой группой, – пошутил Алекс. – Ты от меня больше не избавишься.