Песни сирен - Вэл Макдермид

— Вы воспользуетесь помощью психолога-криминалиста? — Это снова была Пенни Берджесс.

Том Кросс бросил на Тони полный ненависти взгляд.

Брендон улыбнулся.

— Пока это все, леди и джентльмены. Позже наша пресс-служба сделает заявление. А теперь извините — у нас очень много работы. — И он милостиво кивнул журналистам, повернулся, крепко взял Кросса за локоть, и они пошли обратно.

Спина у Кросса одеревенела от возмущения. Кэрол и Тони шли следом, отстав на несколько шагов.

— Инспектор Джордан, кто этот новичок?

— Господи, от этой женщины никуда не денешься, — пробормотала Кэрол.

— Тогда мне лучше держаться от нее подальше, — заметил Тони. — Быть последней новостью на первой полосе опасно для здоровья.

Кэрол замерла на месте.

— Вы хотите сказать, что убийца может вычислить вас?

Тони усмехнулся.

— Нет. Я хочу сказать, что у вашего начальника может случиться апоплексический удар.

Неудержимое желание улыбнуться в ответ охватило Кэрол. Этот человек не похож ни на одного из блатных, присланных Министерством. У него не только есть чувство юмора, — он явно из тех, кого ее подруга Люси называет «сразу не разжуешь». Судя по некоторым признакам, Тони Хилл — самый интересный человек из всех, кого она встречала в профессиональном кругу.

— Может, вы и правы, — только и сказала она, стараясь, чтобы ее слова прозвучали уклончиво.

Они дошли до угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как Том Кросс кинулся на Брендона.

— Не сочтите за дерзость, сэр, но все, что вы сказали, идет вразрез со всем, что я говорил этим типам.

— Пора изменить подход, Том, — сдержанно произнес в ответ Брендон.

— Тогда почему было не обсудить это со мной заранее и не выставлять меня перед этой сворой полным идиотом? Не говоря уж о моих людях. — И Кросс воинственно двинулся на Брендона, наставив указательный палец ему в грудь. Но здравый смысл карьериста взял верх, и рука опустилась.

— Хотите сказать, что, если бы я пригласил вас к себе в кабинет и предложил изменить подход, вы бы согласились? — В голосе Брендона зазвенела сталь, и Кросс это почувствовал.

Его нижняя челюсть выдвинулась вперед.

— К концу дня, — сказал он, — я получу выводы оперативников.

Слушая его задиристые слова, Тони видел маленького мальчика, агрессивного задиру, обижающегося на взрослых, имеющих над ним власть.

— Я помощник начальника уголовной полиции. Я принимаю решения, и я только что принял одно, которое повлияет на вашу работу. С этого момента вы возглавляете общее расследование одного дела. Ясно, Том? Или мне повторить?

Впервые Кэрол поняла, как высоко поднялся Джон Брендон по служебной лестнице. Угроза в его голосе не была пустой. Он был явно готов сделать все, что потребуется, чтобы достичь своей цели, и действовал с уверенностью человека, привыкшего побеждать. Деваться Тому Кроссу было некуда.

И он отыгрался на Кэрол.

— Вам что, больше нечего делать, инспектор Джордан?

— Я выполняю ваше приказание, сэр, — ответила она. — Вы велели мне подождать, когда закончится пресс-конференция.

— Прежде чем вы этим займетесь… Том, разрешите познакомить вас с доктором Тони Хиллом, — сказал Брендон, жестом подзывая Тони.

— Мы знакомы, — ответил Кросс, надувшись, как школьник.

— Доктор Хилл согласился работать с нами в этом расследовании. У него больше опыта в составлении психологических профилей серийных преступников, чем у любого другого психолога в стране. Он согласился засекретить свое участие.

Тони улыбнулся, как дипломат, делая вид, что осуждает себя.

— Меньше всего мне бы хотелось превращать ваше расследование в спектакль. Когда мы схватим этого ублюдка, я хочу, чтобы вся честь досталась вашей группе. В конце концов, всю работу проделают полицейские.

— Тут вы правы, — пробормотал Кросс. — Я не хочу, чтобы вы вертелись у нас под ногами.

— Никто этого не хочет, Том, — сказал Брендон. — Вот почему я попросил Кэрол осуществлять связь между Тони и нами.

— Я не могу позволить себе лишиться старшего офицера, — возразил Кросс.

— Вы не потеряете инспектора Джордан, — пообещал Брендон. — В вашем распоряжении окажется полицейский, знающий все четыре дела, Том. — Он взглянул на часы. — Мне нужно ехать. Шеф хочет устроить брифинг. Держите меня в курсе, Тони.

Брендон махнул рукой, вышел на улицу и исчез.

Кросс вынул пачку сигарет из кармана и закурил.

— Знаете, с чем у вас нелады, инспектор? — спросил он. — Вы не так умны, как думаете. Один неверный шаг, леди, и я вас в порошок сотру.

Он затянулся и выпустил дым в сторону Кэрол. Усилия его пропали зря — порывом ветра дым отнесло в сторону. С отвращением на лице Кросс круто развернулся и отправился на место преступления.

— Вы познакомились с замечательным персонажем, — прокомментировала Кэрол.

— Теперь я хотя бы знаю, откуда ветер дует, — отозвался Тони. На лицо ему упали первые капли дождя.

— Вот черт! — воскликнула Кэрол. — Только этого нам не хватало! Слушайте, мы можем встретиться завтра? Вечером я возьму папки и заранее просмотрю их. А потом вы сможете порыться в них.

— Хорошо. В моем офисе, в десять часов?

— Прекрасно. Давайте адрес.

Тони смотрел вслед Кэрол. Интересная женщина, очень умная. Да еще и привлекательная, с этим согласится большинство мужчин. Когда-то ему почти хотелось увлечься именно такой женщиной. Но он давно понял, что лучше даже не пытаться.

Был восьмой час, когда Кэрол наконец вернулась в Главное полицейское управление. Позвонив Джону Брендону, она приятно удивилась, когда он ответил.

— Поднимитесь ко мне, — велел он.

Войдя в его кабинет, она удивилась еще больше: Брендон разливал в две кружки кофе из кофеварки.

— Молоко и сахар? — спросил он.

— Ни то, ни другое, — ответила она. — Приятный сюрприз, сэр!

— Я бросил курить пять лет назад, — сообщил Брендон. — Теперь только на кофеине и держусь. Садитесь.

Кэрол сгорала от любопытства. Она никогда еще не переступала порог кабинета начальника. Стены выкрашены в кремовый цвет, мебель такая же, как у Кросса, с той лишь разницей, что дерево блестит, нет следов от затушенных о столешницу сигарет и белесых кружков, оставленных горячими чашками. В отличие от большинства старших офицеров, Брендон не украшал стены фотографиями и взятыми в рамочку благодарностями. Он предпочел повесить несколько репродукций картин конца XIX века, с изображениями уличных сценок в Брэдфилде. Единственной вещью в комнате, которая оправдывала ожидания, была фотография жены и детей на письменном столе — увеличенный снимок, сделанный на борту яхты. Брендон, игравший в прямодушного, грубоватого служаку, на самом деле был сложным и умным человек.