Змеиный зуб - Фэй Келлерман

— Я у него, все в порядке, позвоню позже.

— Ты что, шутишь? — спросил Сэмми. Сердце у него заколотилось с такой силой, что казалось, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди через горло.

— Все, мне пора идти.

— Ты ненормальная, — прошептал Сэмми. — Убирайся оттуда сейчас же.

— Сэмми, хватит болтать по телефону, немедленно отправляйся спать, — донесся до Синди далекий голос Рины.

— Похоже, тебе тоже пора, — сказала Синди.

— Син, сматывайся оттуда.

— Чуть позже, — ответила она и повесила трубку, чувствуя, как кровь стучит у нее в висках. В душе она не могла не согласиться с Сэмюэлем — ее затея действительно была самым настоящим сумасшествием. А главное, ради чего она рисковала? Что рассчитывала обнаружить, что выяснить?

Пытаясь успокоиться, Синди нащупала в сумочке пистолет и с облегчением вздохнула. И чего она так разволновалась? В самом деле, что с ней могло случиться? Взяв себя в руки, она без труда нашла дорогу на кухню. Из микроволновой печи уже доносилось потрескивание кукурузных зерен.

— Есть еще пожелания? — спросил Иоахим.

Надо постараться отвлечь его, сделать так, чтобы он постоянно был чем-то занят, подумала Синди.

— А овощей у вас нет?

— Ну почему же нет? Сейчас приготовлю...

— Спасибо, если это не очень трудно.

— Это не очень трудно.

— А начос можно? — спросила Синди после небольшой паузы.

Иоахим обернулся.

— Вы хотите, чтобы я устроил пир в честь Вашего Величества?

— Послушайте, если это слишком...

— Нет, — перебил гостью Иоахим и сразу посерьезнел. — Будет вам начос.

— Здорово...

— Еще что-нибудь?

— Кока-колу.

— Может, выпьете вина? Вам ведь уже исполнился двадцать один год.

— Нет, кока-кола меня вполне устроит, Мистер Безобидный.

— Я вовсе не пытаюсь вас напоить, — заметил Иоахим. — Вина я вам предложил без всякой задней мысли. Моя мать постоянно пьет вино.

— Я предпочитаю кока-колу. Только учтите: если попытаетесь подмешать в нее какой-нибудь наркоты, я вас убью на месте.

— На этот счет можете не беспокоиться. — Иоахим подошел к холодильнику, достал оттуда жестяную банку с кока-колой, открыл ее и с жадностью отпил несколько глотков, после чего протянул Синди. — Я участник движения «Америка без наркотиков». У меня даже членский билет имеется.

— В вашей спальне есть телевизор? — осведомилась Синди, взяв у него банку.

— Да, — ответил Иоахим и мгновенно залился краской. — Хотите посмотреть телик?

— Почему бы не устроиться поудобнее.

— В самом деле, почему? — прошептал Иоахим, но тон у него при этом был какой-то напряженный. — Идите, я присоединюсь к вам через несколько минут.

— С вами все в порядке? — спросила Синди, почувствовав легкое замешательство.

— Да-да. — Иоахим помахал ей рукой, в которой держал морковку. — Я в полном порядке.

Поколебавшись еще немного, Синди вышла из кухни, повесив на плечо свою сумочку. Войдя в комнату Иоахима, она закрыла за собой дверь и, бросив сумочку на кровать, тут же принялась за дело.

Спальня Иоахима Раша напоминала комнату ее названых братьев: на большом столе стояли компьютер, факс, телефон, автоответчик и еще какое-то устройство, предназначенное, судя по всему, для осуществления голосового набора. На стене висели две киноафиши, но что на них было изображено, она не очень поняла — какие-то искаженные лица с открытыми ртами.

Первым делом Синди заглянула в ящики стола. Она искала пистолет, или телефонные счета, или чеки, подтверждающие недавние покупки, или, наконец, героин, с помощью которого, возможно, был умерщвлен Дэвид Гаррисон, — короче, любое свидетельство того, что между Иоахимом и Шоном либо между Иоахимом и Жанин существовала какая-то связь..

Она действовала быстро, спокойно и собранно, но, как и следовало ожидать, ничего не обнаружила. Осмотрев последний ящик, Синди открыла дверь и несколько секунд постояла, прислушиваясь. Судя по звукам, Иоахим все еще находился на кухне.

Снова закрыв дверь, Синди на цыпочках подошла к платяному шкафу и принялась рыться в карманах пиджаков и курток Иоахима, но и там не нашла ничего интересного — всего лишь несколько чеков из книжного магазина да еще один из магазина, торгующего компьютерами. Осмотр верхней полки шкафа также оказался безрезультатным.

Закрыв шкаф, Синди начала обшаривать постель — ощупала подушки, заглянула под одеяло и под простыню, потыкала кулаком матрас — обычный поролон. Тогда она легла на живот и заглянула под кровать — тоже пусто.

— Что вы делаете?— раздался рядом с ней голос Иоахима.

Встав на колени, Синди посмотрела на хозяина квартиры поверх края матраса. Он гипнотизировал ее взглядом, держа в одной руке тарелку с нарезанными овощами, а в другой — тарелку с начос.

— Я уронила сережку, — сказала Синди и мило улыбнулась.

— На вас нет сережек.

— Ох, я оговорилась, — поправилась Синди и снова улыбнулась. — Я имела в виду кольцо.

Лицо Иоахима потемнело. Он поставил тарелки на кровать и нервно провел языком по губам. Синди поднялась на ноги.

— У вас расстроенный вид, — заметила она. — Что-нибудь случилось?

— Ничего. Вот ваша еда.

— Спасибо.

Синди почувствовала, как у нее снова участилось сердцебиение. Она резко выбросила вперед руку, чтобы схватить сумочку, но Иоахим опередил ее. Овладев сумочкой, он заглянул внутрь и обнаружил пистолет.

Синди похолодела. Держа пистолет обеими руками и положив палец на курок, Иоахим прицелился в стену, давая Синди понять, что умеет обращаться с огнестрельным оружием. Затем он медленно опустил пистолет стволом вниз и проверил предохранитель.

— Почему вы ходите с пистолетом двадцать второго калибра?

— Это мое дело.

— При всем уважении к вам, не могу с вами согласиться, — ледяным тоном процедил Иоахим. — Если вы принесли оружие в мой дом, это и меня касается.

Ну, придумай же что-нибудь, мысленно подхлестнула себя Синди.

— Я училась в школе в Нью-Йорке, — сказала она. — Вот и привыкла носить с собой пушку.

— К вашему сведению, вас за это могут арестовать. Это называется незаконное ношение оружия.

— Вы собираетесь позвонить в полицию?

Иоахим неопределенно пожал плечами и взвесил пистолет на ладони.

— Довольно легкая штука.

— Но им можно натворить дел.

— Это верно, — согласился Иоахим и задумался, разглядывая пистолет, а потом добавил, обращаясь не столько к Синди, сколько к самому себе: — Пули входят в тело, но чаще всего не выходят наружу. Особенно при попадании в голову — в этом случае, пробив череп, пуля мечется внутри черепной коробки, превращая мозг в кашу.