Когда умирает король - Элина Бакман

Посыл он уловил сразу же, еще бы. Но до сих пор понятия не имеет, кто за всем этим стоит. Ни малейшего. Хотя кидал тихий клич по своей сети. Даже в даркнет заглядывал, предлагая немалые деньги. Поймавший убийцу с клеймом получил бы шестизначную сумму. Но за дело так никто и не взялся. Будто убийцы не существовало в принципе. Его лучшие детективы всегда на шаг позади. Эта мысль буквально парализует Мертанена. Неужели в его случае Ян тоже опоздает? Форс был найден мертвым, и ничего нельзя было сделать. Его разрывает от беспокойства. И тут звонит телефон.

Мертанен допивает виски в гостиной, прежде чем пустить в ход новый план. Он всегда считал себя умнее остальных. Но что-то в поведении субъекта заставляет его нервничать. Мертанен воспроизводит в голове голос убийцы. Незнакомый, хотя не нужно работать в ЦКП, чтобы знать о способах искажения звука. Желание отомстить пробуждает в людях редкую изобретательность. Месть — проверенный временем внутренний мотиватор. Ненависть, крепнущая по мере ожидания, делает из обычного человека настоящего монстра. По этой причине Мертанен и перестал недооценивать убийцу.

Да кто это может быть? Кому еще, кроме тех спятивших дамочек, обо всем известно? Какое-то время Мертанен был убежден, что убийца — это кто-то из своих, из их четверки. Однако число подозреваемых стремительно сокращалось, и теперь он не знает, что и думать. Он даже себе верить перестал. О расследовании ему известно все. Очевидно, убийца реализует какой-то четкий сценарий, следует схеме. Один звонок, раскаленная метка и долгая, карающая смерть. Звонок уже был. Убийца сообщил ему время. Время и место встречи. Спокойное место, чтобы побеседовать. По мнению убийцы, раскаяние принесет грязной душонке Мертанена подлинное успокоение.

Мертанен обдумывает варианты. В целом с остальными жертвами и их поступками его уже ничто не объединяет, однако кое-какие сомнительные моменты навсегда запятнают его блестящую карьеру. И один из таких «моментов» — Ян. Наверняка он уже обо всем догадался и достроил необходимый контекст. Но свои люди могут укрыть Мертанена на неопределенное время, стоит только захотеть. Мертанен отпивает еще немного виски, напиток обжигает горло, и в голове вырисовывается на редкость ясная картина. Бежать нельзя. Угроз всего две. Свои и враг. Одно другого не лучше. Но если ему удастся ошарашить убийцу и при этом выжить, то есть еще Ян со своими догадками. Как много ему известно? Так что после успешной встречи с убийцей нужно будет еще и ломать голову над тем, чтобы Ян не пустил известные ему факты в свободное плавание.

Мертанен бросает взгляд на часы. Нужно еще немного выждать. Он достает из ящика журнального столика пистолет, заряжает его и опустошает бокал с виски. Понятно, что ему не избежать грядущих событий. Даже если ЦКП приставит к его дому охрану или предоставит убежище. Сейчас уровень его безопасности на нуле. Да он чувствовал бы себя увереннее в окружении разъяренных медведей. Потому и не было смысла сообщать верхушке. Однако какую-то машину он все же заметил. За ним уже присматривают. Человек Яна?

Есть лишь один способ покончить со всем этим. Убить скотину самому, прежде чем тот успеет пикнуть. Тогда Мертанен окончательно успокоится и водомерка вновь обратится белой акулой. Мертанен смотрит на время и невидящим взглядом буравит пустоту. Затем поднимается и гасит свет на верхнем этаже. Подходит к окну, проверяет двор. Надо как-то оторваться от той машины. Терпение на исходе, он ждет того часа, когда можно будет взять оружие, вылезти в окно и отправиться на ночную охоту.

27 ИЮЛЯ, СУББОТА, ХАРТОЛА

Когда наутро Саана просыпается, мысль об идеальном подозреваемом продолжает грызть ее изнутри. Нужно ли поделиться с кем-то этой версией? Можно было бы на всякий случай поговорить с Яном.

Блуждая в своих мыслях, Саана выходит во двор и садится рядом с тетей на качели. Инкери пришла домой далеко за полночь. Саана дразнит тетю, то и дело спрашивая «Ну-у-у?». Они завтракают на свежем воздухе и покачиваются на качелях, улыбаясь каждая своим мыслям.

Тишину нарушает входящее сообщение: телефон вибрирует в кармане халата. Тетя отрывается от газеты, поднимая заинтересованный взгляд. Это от Лео.

«Как насчет обеда в усадьбе? В меню суп-пюре с любистоком и свежие бутерброды. На десерт расскажешь, как продвигается твое расследование».

Саана улыбается, читая приглашение Леонарда Фалька, и мельком смотрит на тетю. Та увлеченно изучает газету. Саана оглядывает себя через фронтальную камеру. Опухшая какая-то, и круги под глазами на ярком солнце кажутся еще внушительнее. А чего она, собственно, так забеспокоилась? Ее сердце отдано Яну, просто его мир жесток и мрачен.

Близится время обеда, Саана седлает велосипед и несется по влажной тропинке. Всю ночь лил дождь, и в воздухе разливается его свежесть, а капельки до сих пор поблескивают на травинках и листьях деревьев. По пути Саана думает о Хелене и убитых мужчинах. Расследование всего одного происшествия заставило ее взглянуть на мир по-иному. Как Яну вообще удается видеть в людях хоть что-то хорошее? Она начала подозревать абсолютно всех. Инкери держит при себе то, что связано с Хеленой, так что насчет тети нельзя быть на сто процентов уверенной, ей самое место в списке подозреваемых. Воспоминание о фильме «Подозрительные лица», подарившем ей неожиданную идею, не дает Саане покоя. Это серьезное обвинение, и Саане почти стыдно даже в мыслях озвучивать нечто подобное — разгадку самого нашумевшего дела этого лета. Однако она не в силах совладать с собой. Что, если она права? Может, Лео подскажет, как быть с этим предположением.

Саана притормаживает у знакомой ветряной мельницы и поворачивает в сторону двора. Она прислоняет велосипед к стене одного из строений и дальше идет пешком. Носы кроссовок быстро намокают во влажной траве.

Приусадебный двор пустует. Видимо, сегодня нет экскурсий и музей закрыт. Саана некоторое время бродит по двору и, когда поиски Лео оказываются безрезультатными, возвращается к велосипеду. Он вообще здесь? Саана заглядывает в телефон, дабы еще раз прочитать, на какое время они договорились, и тут приходит эсэмэска от Яна. Она вызывает улыбку и одновременно — укол совести. Встреча с Лео кажется ей предательством. Возможно, это оно и есть. Лео выказал вежливую заинтересованность в расследовании дела Хелены и даже помогал искать информацию, но Саана не уверена, что за этой встречей не кроется что-то еще. Для Лео это свидание?

Наверное, обед с ним — плохая идея. Саана начинает заранее обо всем сожалеть и решает уехать обратно. Она пишет Яну, что охотится за информацией в усадьбе Коскипяя, — не хочет ничего скрывать. Еще она приписывает вопрос: «Может ли за всем этим стоять женщина по имени Катя, работница дома престарелых “Икипихлая”?» Стоит Саане убрать телефон и почти оседлать велосипед, как в окне одного из домов мелькает какое-то движение. И в дверном проеме возникает улыбающийся Лео.

— Здорово, что пришла. Я чуть было не спалил тосты, — смеется он, небрежно поправляя волосы.

— Привет, — отвечает Саана и смущенно приставляет велосипед обратно к стене.

— Как продвигается расследование? — спрашивает Лео, наливая бесподобно пахнущий суп-пюре в Саанину тарелку. День обещает быть жарким, и они садятся на ступеньках.