Охота без милосердия - Михаил Март

Мы не знали, сколько прошло времени, но мы выползли к небольшому ранчо. Конечно, обессиленные, мы не рискнули заходить в дом. Рядом с ним стояло несколько сараев и амбар. В одну из этих лачуг мы и забрались. Через крохотное окошко был виден дом.

Мы нуждались в отдыхе. У меня распухло плечо и я не мог пошевелить левой рукой. В сарае была еда, пол был уставлен корзинами с яйцами, яблоками, сливами. Мы набили свои утробы до отказа. Помимо еды тут была солома, ящики, коробки. Чез не выдержал и заснул, я подполз к воротам и в щель наблюдал за домом. Около веранды стоял грузовик, набитый ящиками. В тот момент у нас не хватало ни сил, ни мужества для того, чтобы угнать эту тачку. Все, на что я был способен – это наблюдать.

Когда взошла луна, из дома вышел крепкий детина лет пятидесяти, смуглый, обросший, похожий на обезьяну. Его сопровождала девчушка лет шестнадцати. Он был очень нежен с ней. Фермер сел в машину и уехал, а девчонка вернулась в дом.

Не долго мне удалось продержаться, я и не заметил, как уснул. Проснулся я перед восходом солнца от яркого света фонаря. Ворота были распахнуты настежь. Я с трудом различил худенькую стройную фигурку девчушки, это остановило меня от опасного движения. За поясом у меня был пистолет с двумя патронами. Чез свой выбросил, он разрядил его при облаве на реке. Я обернулся назад. Чез сидел на соломе и тупо смотрел на хозяйку, не понимая, где он находится.

– Вы кто? – тихо спросила она.

Я боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть ее.

– Мы ничего плохо вам не сделаем. Нас преследует полиция, мы сейчас уйдем.

Девушка оказалась не из пугливых, она подошла ко мне, села на корточки и взглянула на мое плечо.

– Вы ранены?

– Картечь.

– Как бы не поучилось заражения крови. Сейчас принесу аптечку, инструменты и воду. Вы только не беспокойтесь, я уже работала сестрой милосердия.

Она взглянула на Чеза.

– А вам придется мне помочь. Подержите своего приятеля.

Вскоре она вернулась, и мы открыли филиал полевого госпиталя. Чезу и впрямь пришлось меня держать. Девчонка вытащила из плеча четыре свинцовые горошины, промыла рану и завязала ее.

Когда операция закончилась, солнце уже взошло.

– Кого вы провожали на машине? – спросил я.

– Отца. Он возит продукты для ночного кафе на Гранд Хейвен.

– На Мичиган?

– Да. У него хороший заказчик и он каждый вечер отвозит туда свежие яйца, кур и фрукты. Этим мы и живем.

– Нам туда и надо, – задумчиво протянул Чез.

– Я постараюсь вам помочь. Отцу о вас говорить нельзя. Вчера к нему приходили фермеры, они его звали на охоту. Убили старого Гринспека, и полиция утверждает, что бандиты где-то здесь. Отец отказался из-за того, что ему приходится уезжать по вечерам. Завтра… точнее сегодня вечером, он вновь должен ехать в город. Вы залезете в кузов, а я заложу вас ящиками и корзинами. Когда отец подъезжает к кафе, он идет оформлять бумаги, а к машине выходят грузчики. У вас несколько минут, чтобы выскочить из машины.

– Когда вернется ваш отец?

– К вечеру. Поужинает и опять уедет. День он проведет в городе, у него появилась там женщина. Хозяйством занимаюсь я. Вам нужно отдохнуть. Сюда, кроме меня, никто не заходит. А вечером я зайду за вами.

Девушка покормила нас и ушла. Мы вновь заснули.

Сквозь сон я почувствовал, что меня кто-то трогает. Я открыл глаза и увидел настороженное лицо Чеза. Он поднес палец к губам и кивнул мне на дверь. Я прислушался и услышал мужские голоса. Подобравшись к дверям, я взглянул в щель. Ничего хорошего я не увидел.

У дома стояли два патрульных «форда» дорожной полиции, трое парней в форме и двое в штатском. Они вели допрос нашей спасительницы.

Мы тут же перебрались в дальний угол, залезли на сеновал и закопались в сено.

Как я и думал, эти типы так просто не уехали. Заскрипели ворота сарая, послышался грохот ящиков, пару раз ткнули чем-то в сено, но вскоре все затихло. Мы пролежали в тишине еще какое-то время, затем выползли из укрытия.

Я подошел к окну и осторожно глянул в него. Машин уже не было. Около часа я вел наблюдение за домом, но так никого и не увидел. Мы решили, что копы забрали девчонку с собой. Пустой двор и мертвая тишина. Мы решили осмотреть дом. Когда мы вышли на середину двора, тогда они нас и накрыли. Один вышел из дома, другой из-за угла амбара. Они держали в руках пистолеты. Полицейские уехали, а эти в штатском остались.

– Я так и знал, что девчонка врет! – сказал толстяк, из-под шляпы которого лил пот.

День стоял жаркий и их можно понять, они были в костюмах при полной амуниции.

– Ну, что курчавые, нагулялись? – спросил коротышка от амбара. – Здесь вас и похороним.

– Пойдем за лопатой, дружок, – приказал толстяк, ткнув стволом пистолета в мою сторону.

– Так вы отстрел ведете? – спросил я. – А мне казалось, нас арестовать хотят!

– Кому вы нужны, придурки? Только камеру занимали и жратву переводили. Идем в сарай за лопатой, а ты, – он указал на Чеза, – руки за голову и садись на землю, где стоишь. Мэл, держи его на мушке. Шелохнется, стреляй.

Я направился к сараю. Толстяк сошел с крыльца и нагнал меня у дверей, в сарай мы вошли вместе.

– Как это вы догадались, что мы здесь? – спросил я, направляясь в угол, где лежали вилы и лопаты. Он шел следом, не отводя от меня пушку.

– Проще простого. Машину Гринспека мы нашли у перекрестка, а в ней пиджак с чужого плеча. Бензина не хватило. Куда деваться? А тут фермеры подсказали, что обстреляли вас в лодке и вы пристали к этому берегу. Значит, если болото не засосало, значит вы здесь. И девчонка двух слов связать не могла. Делай выводы!

– Умные вы ребята!

Я покопался в углу, разобрал лопаты и взялся за рукоятку вил.

– А этот что тут делает? – крикнул я, глядя на дверь.

Толстяк резко повернул голову назад, я вскинул вилы и сделал выпад. Два пера из четырех проткнули толстяку его жирную шею насквозь.

На мое счастье он не успел выстрелить и свалился на землю вместе с вилами. Я поднял его пистолет и выглянул из сарая.

Чез сидел под ярким солнцем в центре двора, положив руки на затылок. Его охранник наблюдал за ним из-за амбара и на собирался выходить из укрытия.

Если я задержусь, то вызову подозрение. Риск оценивался в жизнь Чеза, и я не имел права распоряжаться его жизнью. Обойти амбар с тыла – не минутное дело Я пошел на риск, решив не подвергать риску Чеза.

Вернувшись в сарай, я взял две лопаты, перекинул их через плечо, а пистолет зажал под мышкой так, чтобы легко мог его выхватить и вышел из сарая. Шел я спокойно, понурив голову, как каждый, кому предложили бы вырыть себе могилу. Я вышел в центр двора и, загородив собой Чеза, бросил на землю лопаты. В том месте, где стоял коротышка, его уже не оказалось. Его голос послышался у меня за спиной.