Последнее правило - Джоди Пиколт

Она закидывает ногу на ногу. Они у нее очень длинные, как у жирафа. Жирафы и зебры. А я слон, который не может забыть.

— Джейкоб, ты отдаешь себе отчет в том, что в глазах закона ты поступил неправильно?

— У закона нет глаз, — отвечаю я. — Есть суды и судьи, свидетели и присяжные, но глаз нет.

Интересно, где Оливер откопал этого психиатра, если уж говорить начистоту?

— Ты понимаешь, что поступил неправильно?

Я качаю головой.

— Я все сделал правильно.

— Почему ты так думаешь?

— Я следовал правилам.

— Каким правилам?

Я бы рассказал ей больше, но она поделится с остальными, а это значит, что неприятности будут не только у меня. Я понимаю, она ждет от меня объяснений, она даже подалась вперед. Я вжимаюсь в кресло. Это означает коснуться изображения зебры, но я выбираю меньшее из двух зол.

— «Я вижу мертвых».

Доктор Ньюкомб не сводит с меня глаз.

— Это из «Шестого чувства», — говорю я.

— Я знаю, — отвечает она и склоняет голову набок. — Ты веришь в бога, Джейкоб?

— Мы не ходим в церковь. Мама говорит: в ней корень зла.

— Я не спрашиваю, что твоя мама говорит о религии. Меня интересует, что ты о ней думаешь.

— Я о ней не думаю.

— А правила, о которых ты упомянул? — спрашивает доктор Ньюкомб.

Мы сменили тему разговора?

— Ты знаешь, что существует закон: нельзя убивать людей?

— Да.

— Как ты думаешь, убить человека неправильно? — задает вопрос доктор Ньюкомб.

Разумеется, но я не могу это сказать. Не могу сказать, потому что признать это правило — значит, нарушить другое. Я встаю и начинаю ходить по кабинету, переваливаясь с носка на пятку, потому что иногда это помогает синхронизировать работу остальной части мозга и тела.

Но я молчу.

Тем не менее доктор Ньюкомб сдаваться не намерена.

— Когда ты находился в доме Джесс в день ее смерти, ты понимал, что нехорошо убивать людей?

— «Я не плохой, — цитирую я, — просто судьба такая».

— Мне необходимо знать ответ на этот вопрос, Джейкоб. В тот день, когда ты находился в доме у Джесс, ты понимал, что поступаешь неправильно?

— Нет, — тут же отвечаю я. — Я следовал правилам.

— Ты передвигал тело Джесс? — спрашивает психиатр.

— Я воссоздавал место происшествия.

— Зачем ты уничтожил улики в доме?

— Потому что человек должен за собою убирать.

Доктор Ньюкомб делает пометки для себя.

— За пару дней до смерти Джесс у вас вспыхнула ссора во время занятия, верно?

— Да.

— Что она тебе сказала?

— «Исчезни».

— Тем не менее ты пришел к ней во вторник?

Я кивнул.

— Да. У нас была назначена встреча.

— Джесс явно была тобой недовольна. Зачем ты пришел?

— Люди всегда говорят не то, что думают, — пожимаю я плечами. — Например, когда Тео велит мне «взять себя в руки», это не значит, что мне нужно обхватить себя руками, а просто успокоиться. Я решил, что так же поступила и Джесс.

— Как ты отреагировал на слова жертвы?

Я качаю головой.

— Не понимаю, о чем вы говорите?

— Когда ты пришел к Джесс, ты кричал на нее?

В ту секунду я наклонился над ее лицом и крикнул, чтобы она проснулась.

— Кричал, — признаюсь я, — но она не ответила.

— Ты понимаешь, что Джесс больше не вернешь?

Разумеется, понимаю. Я бы мог порассказать доктору Ньюкомб о разложении тела.

— Да.

— Думаешь, в тот день Джесс испугалась?

— Не знаю.

— Как бы ты чувствовал себя на месте жертвы?

На мгновение я задумываюсь.

— Мертвым, — отвечаю я.